Борец с режимом

Борец с режимом

Алексей часто выступает на разных радиостанциях. То, что он говорит и как он говорит, наверняка повышает им рейтинг, и его с удовольствием зовут. Он бы с радостью повышал рейтинг и телеканалам, но это не от него зависит. Журналистам приятно иметь дело с Навальным – у него на все готов экспромт. Иначе говоря, у него обо всем есть собственное мнение, даже если он его никогда до того не артикулировал. Ему, правда, немного обидно: давать интервью приходится так часто, что вопросы начинают повторяться.

– Как победить коррупцию?

– Важнейшие условия борьбы с коррупцией – это политическая конкуренция, свобода средств массовой информации и децентрализация власти.

– Каким должно быть наказание?

– Неотвратимым! Дело не в тяжести. Потенциального преступника пугает не тяжесть кары, а ее неотвратимость. Каждый раз, когда у нас что-то взрывается, мы слышим: нужно ужесточить ответственность за происшествия на транспорте. Очередной скандал с наркотиками – введем за торговлю наркотиками смертную казнь!

Можно еще ввести четвертование или сожжение. Да хоть что ты введи! Это ерунда. Если все знают, что можно откупиться, это не работает. Путь хоть год, но человек должен знать, что за свои проступки будет наказан.

– А что тогда со смертной казнью?

– У нас, да и во всем мире, система правосудия не идеальна. Всегда существует возможность судебной ошибки, и мы не имеем морального права никого казнить. Кроме того, пожизненное заключение куда более серьезное наказание, чем смертная казнь. И публичность наказания совершенно не исключена. Пожалуйста, проводите публичные процессы и приговаривайте к пожизненному заключению. Процессы даже должны быть публичными.

– Где вы берете информацию для своих расследований?

– Коррупция у нас настолько открыта, что всю информацию о ней можно получить из отчета компании. В 99 % случаев мне присылают темы по электронной почте. Если я вижу, что информация заслуживает внимания, я пытаюсь ее проверить. Но чаще всего ничего толкового не сообщают. Иногда я общаюсь с людьми очень испуганными. У них есть для этого причины, но они все равно хотят передать информацию. Назначают встречу на улице. Подъезжает одна машина, потом она тебя отвозит к другой. Я сам стараюсь больше говорить по Скайпу, потому что мои телефоны прослушивают.

– Можно ли отличить жулика с первого взгляда?

– Я людей насквозь не вижу. Мне многие говорят, что я сам выгляжу как человек, которому невозможно поверить, что он делает все это искренне.

– Нужно ли легализовать марихуану?

– Надо бороться не с косяками, а с теми, кто продает героин. Марихуана должна быть запрещена, но сажать молодежь за 3 г не нужно. Борьба должна идти в сторону серьезного, репрессивного ограничения табакокурения и употребления алкоголя. Многие со мною не согласятся, но это должно быть сделано, потому что мы вырождаемся. Путин может это сделать, но ради сохранения популярности не делает.

– Как вы относитесь к Сталину?

– Сталин и Гитлер – главные палачи русского народа. Роль Сталина крайне негативна. Но суд над ним не нужен. Люди должны быть образованными и учить историю, читать мемуары Жукова, „Архипелаг ГУЛАГ", и им не придется изживать тоталитарное сознание. Те, кто хотят разобраться, посмотрят и увидят, что там, где Сталина не было, индустриализация прошла не хуже, только при этом никого не гноили. Говорить, что мы не сможем что-то сделать, пока что-то не осмыслим или не переосмыслим, – пустая трата времени. Осмыслять нужно то, что происходит сейчас, кто такой Путин и какова его роль. Если кто-то хочет заниматься десталинизацией, пусть занимаются, это их право. Мне это не интересно. Нужно не бороться, а просвещать. Нация не может и не должна жить в режиме самоуничижения. Люди хотят гордиться страной. Мы-то за что должны каяться? Вот я поддерживал расстрел Верховного Совета, я за это и каюсь».

– Нужно ли захоронить Ленина?

– Можно провести референдум и спросить граждан. Лично мне не нравится, что есть Мавзолей и кладбище вдоль Кремлевской стены, куда никого не пускают, лучше бы там лавки стояли. Нужно либо всех перезахоронить, либо пусть там люди свободно ходят. Как православный я считаю, что лучше захоронить.

– Нужна ли нам новая революция?

– Я сторонник возможного и полезного. Эволюция лучше революции. Но если завтра люди решат, что не могут больше терпеть, выйдут на улицы и потребуют свободных выборов, я в них буду обязательно участвовать и буду претендовать на лидерские позиции. Но будет конкуренция, все повылезают и тоже захотят возглавить. Тогда я буду заниматься политикой в ее традиционном понимании – что-то создавать и участвовать в выборах, писать законопроекты и предлагать программы. Но для этого ведь я все сейчас и делаю.

– Кто из исторических фигур для вас образец для подражания?

– Кумира у меня нет. Не из принципа. А просто нет. Ты сам определяешь масштаб, сам определяешь горизонты своей деятельности. Мне кажется тупостью: „Кто ваш политический идеал? – Столыпин!". Или – ваш девиз? И сиди, выдумывай какую-то фигню.

– Про вас сочиняют анекдоты.

– Чего скромничать, мне нравится быть героем анекдотов. Я отлично понимаю, что если о человеке начали придумывать анекдоты, то это признание.

В феврале 2011-го Навальный был гостем радио Финам-ФМ в программе Юрия Пронько «Сухой остаток». Все шло как всегда: в студии ведущий, напротив него Алексей, один задает вопросы, другой на них отвечает. На пятой минуте эфира журналист спросил: «Как вы относитесь к „Единой России"?». Это был один из тех вопросов, на которые Алексею уже много раз приходилось отвечать – сперва себе, а потом и другим. Экспромта в этот раз Юрий Пронько не ждал, ему были нужны знаменитые навальновские честность и прямота. И Алексей не обманул ожиданий. «К партии „Единая Россия" я отношусь очень плохо, – произнес он без запинки, и добавил: – Это партия коррупции, партия жуликов и воров». И разговор пошел дальше.

Ничего нового Навальный не сказал, на разные лады эту мысль много лет повторяли все оппозиционеры, и он в том числе. Более того, слова «жулики» и «воры» давно и прочно вошли в его собственный словарь. Если по примеру анализа Посланий Президента провести разбор текстов и выступлений Алексея за последние лет пять, скорее всего окажется, что по частоте употребления они идут одними из первых, где-то между личными местоимениями и словом «Путин».

Новое было в другом: когда приходит время идти в атаку, кто-то должен развернуть красный флаг. Слова про жуликов и воров как раз и стали тем флагом, который подхватили и левый фланг, и правый, и благополучные тылы, предпочитающие обсуждать новости с передовой в своих «уютных жежешечках», в буржуазных кофейнях и даже на лавочках у подъездов. Как и бывает со всяким «мемом», мем «„Единая Россия" – партия жуликов и воров» родился непреднамеренно, без усилия со стороны автора.

«Выражается сильно российский народ, и если наградит кого словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собой и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света», – написал Николай Гоголь еще 170 лет назад в «Мертвых душах».

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Это правда, просто достаточно удачно сформулированная. Люди именно так ощущают, так оценивают эту партию и эту власть. А второе, почему фразу сразу подхватили, – не нужно надрыва. Все должно быть легко и весело. Вот есть партия жуликов и воров, она отравляет всем нам жизнь, нас это, конечно, бесит и раздражает. Но не надо рвать на себе рубашку. Не нужно биться головой об стену. Просто приди и проголосуй против них. Понятно, что сейчас они узурпировали власть и могут что-то с нами сделать, а мы с ними ничего. Ну и что? Это твой личный протест, твоя личная месть. Это твоя возможность лично ткнуть в них острой палкой и получить от этого удовольствие.

Хотим мы того или нет, но это „мы“ и „они“ существует. Они все для этого сделали. Эта вертикаль власти – они создали в государстве опричнину. Они же сами это педалируют, очень любят говорить: „Мы – государевы люди!“. Они навешали на себя всяких атрибутов, подчеркивающих их положение, сделали специальное брендирование себя. Они сделали абсолютно все, чтобы противопоставить себя обществу. Можно быть „мы“, а можно стать „они“. Для этого нужно вступить в „Единую Россию“ и повторить все те лживые заклинания, которые они повторяют. Правда, тогда будь готов, что повторять придется долго. Ты должен долго врать и обманывать, чтобы получить доступ к тому, чтобы воровать. Конечно, в этой партии есть люди, которые в ней состоят по стечению обстоятельств или по малодушию. Я знаю немногих нормальных, даже приятных людей, которые говорят – ну, так получилось. Но я не могу их уважать. Я нормально с ними разговариваю, могу ценить какие-то их прошлые достижения, я могу оценить их хорошие человеческие качества, если они у них есть. Но эти люди сознательно пошли на подлость и сознательно работают против своего народа и против своей страны. Их никто не заставлял под дулом пистолета туда вступать и отождествлять себя с этой властью, которая нас всех грабит. Сейчас не Советский Союз, когда вступление в КПСС было для многих единственной возможностью чего-то добиться в жизни. Сейчас все возможно без этого, все имеют выбор.

В „Единой России“ другое – они сами этого жаждут. Поэтому я не собираюсь входить в их положение. Они сами присасываются к этой свиноматке. Некоторые из поросят надевают круглые очечки и говорят, что смотрят авторское кино, и поэтому считают себя более продвинутыми. Но от этого они не перестают быть свиньями. Вся эта прислуживающая интеллектуальная элита, режиссеры и театральные деятели, творческая интеллигенция, которые скажут – что ж ты меня жуликом называешь, когда я „Оскара“ получил или крутой роман написал? Да ты еще хуже! Потому что это двойная подлость. Если ты такой успешный, тебе-то зачем это нужно? И чем больше у тебя заслуг, тем более гнусным выглядит твой поступок.

Все эти спортсмены или звезды шоу-бизнеса в их фракции – это ширма. Это фронтмены, чтобы можно было сказать, что у них есть люди с заслугами, которых все знают. Выйдет Навальный и скажет, что они жулики и воры. Тогда сразу выпустят одного из них, и он заявит: „Я на борцовском ковре за страну кровью харкал, а ты что сделал?“.

Что касается законов, которые по идее должна принимать Дума, все они сейчас пишутся в правительстве и Администрации президента. Они к этому не имеют никакого отношения. Ельцин не мог ничего сделать, у него всегда был конфликт с Думой. В этом смысле у Путина был уникальный шанс, и он его использовал до 2003 года. Кое-что правильное они сделали – подоходный налог, например. Через „Единую Россию“ они реализуют политическую волю, штампуют законы. Они могли бы сделать любую полезную реформу. Но все возможности они растрачивают неизвестно на что. Когда возникает угроза настоящего волеизъявления, они принимают закон против референдумов. Когда начинают расти оппозиционные настроения, они принимают закон, по которому никто без их разрешения не может создать партию. Когда люди выходят на улицу, они принимают закон, который уменьшает возможность проведения митингов. Их идеи могут завтра же превращаться в реальность. Мало кто из людей, управляющих государством, имеет такую возможность.

Было заявлено немало хороших вещей: реформа армии, доступное жилье, здравоохранение. Мы ничего этого не получили. Одни разговоры. Они могут принять прекрасный закон о госзакупках, об этом много говорят, но они этого не делают. Не потому, что они не понимают, что это нужно, они про это сами говорят. Но над этим надо работать, а у них другая повестка – им пофигу, потому что „бабки“ идут.

Конкретный пример: почему не могут принять закон, по которому можно было бы на территориях, прилегающих к большим городам, переводить землю из одной категории в другую в уведомительном порядке? Сделать нормальный ликвидный рынок земли? На нее сразу упала бы цена. Например, вокруг Кирова какие-то люди скупили всю землю и сидят на ней. Пусть сидят, это частная собственность. Но если ввести налог, скажем, 1000 рублей за каждую сотку сверх какого-то количества, эта земля поступит в оборот, и она не будет стоить заоблачные деньги, потому что ты тоже будешь платить этот налог, а значит, не будешь скупать ее в гигантских количествах. Московская область размером с Бельгию, там навалом земли, но она все равно безумно дорогая. Если это сделать, уже завтра земля будет доступна очень многим. Но есть Росреестр, есть Росимущество, земельные комитеты, кадастры, и у всех своя повестка – каждый на этом зарабатывает деньги, это их коррупционный ресурс, и ничего не проходит.

Властный импульс сразу разбивается о кучу маленьких коммерческих интересов разных чиновников и ведомств. Президент же реально хочет, чтобы его поручения выполнялись. А они не выполняются. Сами создали вертикаль власти, а та оказалась неэффективной. Она работает для сбора денег, насаждения везде портретов, организации выборного процесса, подчиненности силовых структур, которые будут выполнять твои приказы. Но для реформ и улучшения жизни она оказалась непригодной. Это плата. Все имеет плюсы и минусы. Они создали систему личной власти и в режиме ручного управления могут решить любой вопрос, но системно это совершенно беспомощно[48]. Поэтому их власть, с точки зрения общества, стала бесполезной и бессмысленной. Единственная основа этой власти – популярность Путина. Сейчас он уже теряет ее из-за „Единой России“, но у него нет другого выхода, они стали заложниками друг друга. Поэтому изобретают этот „Народный фронт“, чтобы, сохранив инструмент, не очень сильно ассоциироваться с „Единой Россией[49]. Но сути это не меняет. В Думе все равно будет „Единая Россия“, и она будет выполнять ту же самую функцию. Неважно, как персонально будут звать ее депутатов, они будут делать то, что им скажут…»

Кроме Навального, были еще два человека, благодаря которым словосочетание «партия жуликов и воров» стало лейтмотивом избирательной кампании 2011 года. Точно следуя духу гоголевских заветов, они попытались опровергнуть сделанное Алексеем заявление и высекли сами себя. Первым был некий адвокат Горгадзе, кавалер ордена «За профессионализм, честь и деловую репутацию» III степени. Впечатлившись успехом речи

Навального, он захотел получить свои 15 минут славы. Этот правозащитник усмотрел в выступлении Алексея «состав» и, в соответствии со своими представлениями о профессионализме, решил вступиться за честь и деловую репутацию всей «партии жуликов и воров». Услуга, правда, оказалась еще той «третьей степени».

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…В этом интервью я много разных вещей сказал, его много людей послушало, много посмотрело на YouTube, но все бы его благополучно забыли, если бы не нашелся этот деятель. Он написал в Интернете, что к нему обратились какие-то возмущенные простые члены партии и что он подает на Навального в суд за фразу про „партию жуликов и воров“. Мне тут же 100 человек прислали это ссылками в твиттер. И я сам написал, что „Единая Россия“ подает на меня в суд, потому что обиделась на „партию жуликов и воров“.

А незадолго до этого были процессы, где был суд Немцова и Милова против Путина, когда тот на своей пресс-конференции про них сказал, что в 90-е они поураганили и украли миллиарды[50]. А еще раньше был суд с Грызловым, после того как он сказал, что газета „Ведомости[51] – пособник террористов, который он выиграл, потому что это было признано оценочным суждением. И Путин удивительным образом выиграл у Немцова и Милова, потому что это тоже оказалось оценочным суждением. И тогда я сказал: „Я пойду в этот суд и дословно повторю всю аргументацию Путина и Грызлова, и посмотрим, выиграю я или проиграю“. В своем блоге я повесил опрос, считаете ли вы „Единую Россию“ партией жуликов и воров, где написал: хочу, чтобы проголосовали 10 тысяч человек. В итоге проголосовали почти 40 тысяч, из которых 96 % согласились, что „Единая Россия“ – это партия жуликов и воров. В результате никакого суда, конечно, не было…»

Вторым человеком, приложившим руку к раскрутке лозунга, стал председатель комитета Госдумы по экономической политике и предпринимательству Евгений Федоров, депутат от «Единой России». Впервые за много лет функционер этой партии столь высокого ранга согласился (или даже вызвался) дебатировать с представителем «несистемной» оппозиции. Трудно сказать, что было целью его участия в следующей программе Юрия Пронько – слова Навального он оспаривать не стал, а в основном напирал на некий мировой заговор против своей партии, членом которого, судя по всему, с его точки зрения, является Алексей. Битва Навального и Федорова благодаря последнему стала шедевром жанра stand up comedy: даже сотрудники радиостанции собрались за стеклом студии и давились от хохота. После передачи осталось всего два вопроса: 1) Как мог этот человек так долго занимать столь высокий пост? и 2) Почему он после своего выступления все еще продолжает его занимать?

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Весьма занятна оценка дебатов самой «Единой Россией»:

Навальный не смог очернить «Единую Россию».

От Навального, который в Интернете известен своими разоблачениями коррупции в органах власти и госкомпаниях, ожидали большего – фактов, документов, доказательств. Однако блогер ограничился лишь голословными заявлениями и основывал свои суждения лишь на собственных наблюдениях и неподтвержденной информации.

По-поводу заголовка отлично сказали в твиттере: «Навальный не смог очернить „Единую Россию", потому что воры и жулики из этой партии украли всю чёрную краску».

Депутат Фёдоров заодно обвинил меня в том, что я расследую «дело Транснефти», чтобы «получить у неё подряд». На видео с 46:20. Видимо, хочу построить скромный нефтеналивной терминал.

Евгений мужчина серьёзный, слов на ветер не бросает. Обещал предоставить документы.

Ждём.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Хитрый Пронько решил эту тему развить и позвонил мне, сказав, что Федоров согласился со мной дебатировать. Я к этой идее поначалу отнесся достаточно прохладно, но поскольку тот председатель комитета по экономики Госдумы, бросил мне вызов, то отказываться было глупо. Не знаю, так ли это было на самом деле, но мне было подано, что если ты откажешься, то струсил. Тогда я подготовился: посмотрел выступления этого Федорова, посмотрел в Интернете его декларацию о доходах, написал заранее пост в Интернете. В результате многие стали это воспринимать как некую битву „Единой России“ против меня, хотя она таковой не являлась.

В конце программы провели sms-опрос, и я выиграл с результатом 99,1 %. Причем, наверное, если бы этот Федоров молчал, я бы выиграл с меньшим результатом. Он сделал совершенно все, чтобы я победил. Он не использовал абсолютно никакой другой аргументации, кроме того, что вокруг один сплошной американский заговор и вы все американские засланцы. Он сам себя высек. Его даже было немного жалко. На этих так называемых дебатах было миллион раз повторено про жуликов и воров, и его усилиями „жулики и воры“ окончательно превратились в мем, дебаты стали хитом, их посмотрело 800 000 человек, что для почти часовой программы в Интернете, где сидят две говорящие головы, было настоящим рекордом. Это, наверное, стало и новым шагом в моей популярности.

Против меня и до этого регулярно появлялись заказные статьи – по ВТБ, „Транснефти“ и так далее, – но конкретно пошла заказуха именно после „жуликов и воров“. После них я окончательно стал врагом Администрации. Они нашли в моем лице главного врага и мочат меня. Это мне доставляет массу удовольствия, потому что я понимаю, что это для них болезненно. Мне же вдруг стало понятно, как и с помощью каких механизмов может быстро распространяться информация через Интернет и доноситься до людей, которые находятся далеко от него: через неделю бабушки в Удмуртии стояли на улице с плакатами про „партию жуликов и воров“. По большому счету, никто это определение не придумывал, оно родилось само, так получилось, в короткой фразе выразилась вся сущность этой партии и этой власти, которую люди сразу ухватили. Но на меня оно наложило некую обязанность, что я должен делать это дальше. Это превратилось в проект…»

Стоит ли говорить, что никаких документов о своем «сотрудничестве» с «Транснефтью» от депутата Федорова Навальный не дождался. Более того, возвращаться к дискуссии единороссу было явно не с руки, поскольку общее мнение Интернета – как его пользователей, так и новостных сайтов – сводилось к одному слову в качестве резюме – «позор». Многие, правда, высказывались в том духе, что необходимо продолжить дебаты с участием членов «Единой России», поскольку это очень весело и поднимает настроение. Так или иначе, как это всегда и бывало раньше, сама жизнь дала Алексею ответ на любимый вопрос всех русских революционеров – «что делать?». Через три дня после эфира Навальный решил закрепить успех: он объявил конкурс плаката на тему «„Единая Россия" – партия жуликов и воров», а заодно обнародовал свою новую стратегию.

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Вынужден признать, что горячо любимая мной тема бойкота выборов провалилась. Ну, не работает это. То есть на выборы никто, конечно, не ходит, но не потому что бойкотирует, а потому, что просто уже не обращает внимание. Думаю, для всех нормальных людей в нашей стране настало время сменить политическую стратегию.

Цель кампании проста. Средствами онлайн и офлайн максимально продвинуть два простых месседжа:

1. Единая Россия – партия жуликов и воров.

2. Обязательно приходи на выборы и голосуй против «Единой России». За любую другую партию.

У нас нет дедлайна. У нас нет технических показателей. Нет сроков. Мы никуда не торопимся. Строго говоря, текущие выборы и их результат ничего для нас не означают. И вообще, всё это можно делать, не напрягаясь, развлекаясь и получая удовольствие.

За неделю на конкурс было прислано 400 плакатов, а каждый новый пост Алексея в ЖЖ, посвященный кампании, собирал тысячи отзывов, причем авторы их подавляющего большинства его поддержали (отзывы противников носили в основном характер шаблонных оскорблений, чем наводили на мысль о своем «инструментальном» происхождении). И хотя не все «несистемные» политики поддержали идею «проголосуй за любую партию, кроме „Единой России"» (некоторые все так же предлагают бойкот выборов или порчу бюллетеня), уже никто не сомневается в способности Навального мобилизовать большое число людей. В 2011 году к его многочисленным занятиям – судам с корпорациями, РосПилу и другим – сама собою добавилась роль главного политического оппонента российской власти. Заиметь Алексея в своих рядах теперь хотят очень многие: в ЛДПР обсуждали, не пригласить ли его в партию; незарегистрированный ПАРНАС делал ему предложение стать сопредседателем; лидер «Справедливой России» Сергей Миронов заявлял, что он его союзник (в партию, правда, не звал, поскольку понимает, что Навальный все равно не пойдет). Вряд ли только «Единая Россия» рассматривала идею предложить ему что-нибудь.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Успешность этой кампании окончательно определила мою стратегию на выборах, которые состоятся в декабре. Из этого родился лозунг „Приходи на выборы и проголосуй за любую партию, кроме ‘Единой России’“. Родилась концепция политического действия: голосуй против „Единой России“, агитируй за любую партию, кроме „Единой России“. Каждый из нас может посвятить свои 15 минут в день борьбе с режимом. Многие телевизору верят больше, чем другим источникам информации, поэтому каждый нормальный гражданин должен сделать очень простые вещи: сказать своей бабушке, что „Единая Россия“ – это партия жуликов и воров, сагитировать одного человека, выбрать плакат, который ему нравится, распечатать и повесить его в своем подъезде. Вот и все. И не нужно никаких глобальных концепций.

Я приложу все усилия, чтобы вовлечь в эту кампанию много людей. Уверен, что это достижимо через Интернет и принесет реальную пользу, несмотря на отвратительность всех остальных партий. „Единая Россия“ обладает политической монополией. Эта монополия должна быть разрушена. У меня нет иллюзий: понятно, что они включат административный ресурс, будут рисовать себе голоса. Но все не нарисуют, и это намного более болезненно, чем бойкот, за который я агитировал на прошлых выборах. Бойкот – это нормальная гражданская позиция, но это демобилизация общества: совесть у каждого будет чиста, но в целом ничего не изменится. А прийти и проголосовать против „Единой России“ – это мобилизация, призыв ко всем. Мы все давно хотим сделать нечто по-настоящему общее – это как раз такая возможность, причем для самого широкого круга людей. Практически для всех. Мы покажем сами себе, что мы способны что-то сделать вместе. Это правильная национальная оппозиционная политическая идея, которой давно не было. Она особенно ценна тем, что родилась коллективно и продвигается коллективно. Есть различные концепции протеста: самоисключение из списков избирателей, испортить бюллетень и другие. Но в них я не смогу убедить даже своих друзей. А бабушку в них убедить точно не смогу, потому что это слишком сложно. Мы должны предложить нечто одновременно единое, эффективное и понятное миллионам людей. Интуитивно правильное. И это именно то, что я смогу разъяснить всем…»

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Конечно, не стоит увлекаться и заблуждаться насчет «у „Единой России" нулевой рейтинг». Путин, возможно, долго будет являться самым популярным политиком. Но с рейтингом в 35 %. Планомерная работа оппозиции должна вернуть рейтинг ЕР туда, где он должен быть – 20–25 %. Население отлично и без ФОМа с ВЦИОМом чувствует силу власти. Кожей. Реальную легитимность даёт реальная поддержка, а не галочки в бюллетенях. Поддержка рассыпается. Вот по этому трухлявому (но все еще большому) пню и должен быть нанесен удар.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Выборы большинством будут все равно восприняты как легитимные. Оттого, что мы останемся дома, мы не сделаем их менее или более нелегитимными. Явка все равно будет. Голоса тех, кто не пришел или испортил бюллетень, при распределении все равно идут в пользу „Единой России“. Так устроена у нас система подсчета.

Да, у меня нет иллюзий по поводу коммунистов, „Правого дела“, „Яблока“ и т. д. Эти партии жаждут такой кампании, но они слишком слабы и трусливы, чтобы ее объявить. Они сидят под своим камнем и потирают лапки, такие осторожные маленькие гады, в смысле рептилии. Они высовывают головки, водят язычком, но осмелеют они, только когда мы это сделаем. Когда мы заявим, что берем удар на себя. Они тоже считают это хорошей кампанией, но никогда не проартикулируют, они слишком зависимы. И когда мне говорят, что моими руками будут загребать жар все эти «системные» партии, я это понимаю. Но это все равно нужно делать. Мы должны ослабить монополию „Единой России“, чтобы эти маленькие трусливые земноводные немножко осмелели в Думе. Если случится чудо, и „Единая Россия“ потеряет свои 50 %, она будет вынуждена с ними договариваться. Тогда они сразу надуют щеки, но и это хорошо.

Заставить „Единую Россию“ договариваться, идти на компромисс – это, возможно, не задача максимум, но это реальная, достижимая цель. Потому что сейчас они могут делать вообще что угодно. Это первый важный шаг. Кроме того, нужно понимать, что агитация против них – это снижение их реального рейтинга, потому что легитимность Путина, легитимность его режима базируется не на каких-то силовиках, а на реальной поддержке граждан. Поэтому критическая атака и развенчание всех мифов о Путине и „Единой России“ лишает его реальной поддержки, большое количество людей от него отвернется.

На самом деле, кампания против „Единой России“ – это кампания против Путина. Мы будем ходить и рассказывать про этих его фсбэшников, которые устроили детей в банки, мы будем говорить про новый феодализм, про „Гунвор“, про Ротенбергов, про Ковальчуков, про дачный кооператив „Озеро“. Какое-то число людей это услышит, какое-то число людей наконец-то осознает, что у нас бандитский режим, что у нас постоянно крадут и нас постоянно обворовывают. Когда наступит время провести над преступниками процесс, будет огромное число свидетелей. Неважно, когда это произойдет. Очень многие думали, что с ними этого никогда не случится, – и Мубарак, и Бен Али, и Пиночет. Рано или поздно случится.

У меня есть четкая стратегия, у меня есть принципы, на которых я стою. Нет никаких „окон возможностей“ и нет никаких дедлайнов. Ты должен делать то, что ты делаешь, то, что считаешь правильным, не оглядываясь ни на что. Поддерживают меня сегодня – спасибо. Перестанут поддерживать – я все равно буду это делать. Я буду осуществлять действия, которые болезненны для власти, оказывают на нее практическое давление. РосПил – это давление на конкретных чиновников, на конкретные департаменты. „’Единая Россия’ – партия жуликов и воров“ – это практическое давление на конкретную партию. И другие проекты точно такие же. Я уверен, что давить на власть очень эффективно. Грызть ее, откалывать от нее куски. Могут быть разные векторы. Кто-то пишет статьи. Другие говорят, что идут в Госдуму, чтобы принимать законы, давить, получить трибуну и так далее. Это имеет право на существование. Но эффективность этого по соотношению цена/качество очень низкая. Такой низкий КПД меня не устраивает, и я этим заниматься не буду. Возбудить дело против „Газпрома“ я считаю намного более эффективным и полезным. Писать какие-то программы и бегать с ними к Суркову – это требует слишком много энергии, а какой от этого будет результат, все уже много раз видели собственными глазами. Продвигать кампанию про партию жуликов и воров куда более эффективно. Если меня мочат и пишут заказные статьи, значит, я работаю эффективно. Когда против меня возбуждают уголовное дело – это наивысшая оценка моей эффективности.

В Йеле у нас в группе был один человек из Туниса, предприниматель и политик, уже за сорок лет. Мы много обсуждали политическую ситуацию у нас и у них: они были очень сходны, но у них не было свободного Интернета, они были зажаты и забиты, и он очень завидовал. Про свою страну он говорил: как ужасно, оппозиция может работать только из Франции, население поддерживает этого кошмарного Бен Али, полиция подконтрольна, армия подконтрольна, уровень жизни достаточно высокий и никто не ропщет. К нам на занятия приезжал какой-то их местный блогер, показывал акции, которые они проводили. Эти акции выглядели совершенно убого; наше 31-е число по сравнению с этим настоящая феерия. Три участника, семь журналистов – это были самые мощные их протестные акции. И, конечно, лейтмотивом было, что у России гораздо больше шансов на перемены, а в Тунисе никогда ничего не произойдет.

Это было в декабре. А в январе все рассыпалось, и этот блогер стал министром информации. Это произвело на меня огромное впечатление: они, представители оппозиции, были последними людьми, кто верил, что возможны какие-то перемены…»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.