ИНТЕРВЬЮ, КАК ТАЙСКИЙ МАССАЖ

ИНТЕРВЬЮ, КАК ТАЙСКИЙ МАССАЖ

Эта книга, как вы поняли – это во многом, книга полезных советов. Опыт любого человека бесценен, особенно если ты самокритичен и открыт для новых идей. Я уже приводил примеры, как мои коллеги понимают ту или иную журналистскую проблему, и как они решают ее для себя. Способов брать интервью – тысячи. Я когда-то напишу целую отдельную книгу, как интервью берут мои коллеги. Делают они это замечательно.

И я решил не ограничиваться собственным опытом ведения интервью, а поговорить на эту тему с некоторыми из них.

Когда я послушал на диктофоне запись, я решил, что ничего не буду менять, а просто расшифрую наш разговор. Мне это кажется правильным, потому что в простой расшифровке, как нельзя лучше, проявляется характер того, с кем беседуешь.

Моя коллега Ксения Ларина – прекрасный мастер брать интервью. Она может говорить с кем угодно, о чем угодно, но специализируется на людях искусства и разных гуманитарных темах. С необычайной легкостью и изяществом она ведет детские передачи. Согласитесь, что это не просто: когда к тебе приходит настоящая звезда или ты беседуешь с ребенком, очень важна доверительность.

Я решил спросить, как именно Ксения этого добивается.

КСЕНИЯ. В начале разговора я люблю человека полностью расслабить. Я действую, как тайская массажистка. То есть человек приходит, садится передо мной, и я начинаю рассказывать ему, какой он прекрасный, и за что мы его любим.

Я. Это лукавство?

КСЕНИЯ. Нет. Я приглашаю тех, кого люблю. Если я человека не люблю, а это не информационный эфир, а настоящее интервью, то есть, если ты не любишь человека, если он тебе неприятен, интервью не получится. Я начинаю спрашивать себя, а что меня связывает с этим человеком, даже если мы до этого не были знакомы. И обязательно, что-то находится. Может, это его книжка, может, какая-то роль. А может, мне кто-то о нем что-то хорошее говорил. Тут важно помнить, что любой человек готов бесконечно говорить на главную тему – о себе. Если я начинаю вначале разговора спрашивать этого человека о чем-то другом, он даже расстраивается. (Смеется.)

И вот когда гость понимает, что пришел к человеку, который о нем много знает и его любит, когда он полностью расслаблен, то вот тут-то можно задавать ему любые вопросы. Тут-то и будет главная интрига.

Я. А что это за интрига?

КСЕНИЯ. А это результат твоей подготовки. Готовясь к разговору, ты смотришь, что этот человек где сказал, в чем замечен, в чем замешан. Тут важно понять, что я вообще хочу от интервью. Поскольку мы всегда все обо всех знаем, мне интересно другое: почему человек в своей жизни, поступил так, а не иначе. Конечно, я имею в виду не личную жизнь, а общественную, ибо все наши гости какие-то общественно важные поступки совершают. Я всегда ищу какую-то драматургию разговора, а драматургия для меня всегда завязана на личностном сюжете.

Я. А как ты выстраиваешь план разговора с гостем?

КСЕНИЯ. Только в голове. Когда-то я делала пометки на бумаге. Но потом поняла, что они меня отвлекают. Ты все время думаешь о своих пометках и не слушаешь собеседника.

А тут-то и главный секрет. Он в том, что если ты его по-настоящему слушаешь, то он обязательно скажет что-то такое, что тебя необычайно заинтересует, и дальнейшие вопросы и будут той драматургией, которую я ищу. Только она будет естественной. Ты смотришь в Интернет и видишь его тысячу интервью и сотни переписанных биографий. Все уже давно не интересно. Поэтому сюжет разговора можно выстроить только на интонациях и неожиданных словах.

Я. Когда мои гости выходят из эфира, то они всегда ждут комплимента. Я его говорю, но на вопрос, получил ли я, как ведущий, от них то, что хотел, я всегда замечаю, что для меня разговор – это просто разговор. Он не имеет особой цели. А для тебя?

КСЕНИЯ. Для меня имеет. Я хочу главного – разбудить в госте эмоцию. Когда гость эмоционален, то, даже если он молчит, эта пауза слышна и читается.

У меня такое не раз было в эфире. Гость молчал, а вся аудитория замирала. Все понимали, почему он молчит. И ждали следующей фразы. То есть человек молчит, но тысячи людей понимают почему. Он думает, он ищет, что сказать. Он мучается в поисках слов. Это удивительно, когда молчание в эфире говорит больше слов.

Интервью – это всегда больше, чем слова!