ПОЕЗДКА В КОММУНИЗМ

ПОЕЗДКА В КОММУНИЗМ

Я отдыхал в международном доме отдыха журналистов под Варной. Вдруг мне сообщают, что разыскивает меня представитель «Работническо дело» – главной партийной газеты Болгарии в то время. Он передает мне записку от ответственного секретаря «Правды» С. В. Цукасова. «Помоги коллегам, – писал он. – Оставайся в Болгарии столько, сколько надо». Я понял сразу, что речь идет о полете первого болгарского космонавта.

Было несколько идей, как именно сделать полет незабываемым. Одна из них – зажечь искусственную звезду над Родопами. Во время пролета корабля над Болгарией надо разом, во всех домах выключить свет, а потом зажечь лампочки одновременно – космонавты поймут, что их приветствует вся страна. Идею коллеги поддержали. А я придумал сюжет повести «Звезда над Родопами». В ней будет рассказываться не только о самом полете, но и о становлении и развитии космических наук в Болгарии, о сотрудничестве ученых и специалистов двух стран.

Но сначала надо было решить одну «проблемку», связанную с фамилией будущего первого космонавта Болгарии. Дело в том, что готовились к полету Кокалов и Александров. Лидерство было у Кокалова, предполагалось, что он станет основным пилотом, а дублером – Александров. Вот только фамилия звучала по-русски не очень приятно… Однако Георгий категорически возражал против смены ее на материнскую «Иванов», так как отец был против. Сын не мог его ослушаться.

Поехали на родину Кокалова в город Ловеч. Отец и мать Георгия приняли нас радушно. Был накрыт стол. На нем появилась бутылочка «сливовицы» – отменного напитка!

Разговор начался позже, когда мы уже прилично выпили и закусили.

Я впрямую сказал отцу, что сын не полетит в космос, если не сменит фамилию на «Иванов».

Отец сразу же согласился. Тут же болгарские товарищи организовали через военных связь со Звездным городком, к телефону позвали Георгия. Отец сказал ему, что согласен на изменение фамилии… А потом уже добавил мне:

– Ну почему мне так не сказали сразу? Неужели я противился бы – ведь все равно для всех жителей Ловеча, которые нас знают, Георгий останется Кокаловым!

– И для меня тоже! – заверил я. В то время главным было то, чтобы мой старинный приятель Николай Рукавишников и новый друг Георгий Иванов впервые в истории наших стран вместе полетели бы в космос.

Однако я не знал, насколько драматическим и тяжелым станет их полет…

Сразу после выхода на орбиту выяснилось, что прогорел двигатель и корабль не сможет вернуться на Землю. Все расчеты показывали, что шансы на спасение у Рукавишникова и Иванова ничтожные. Корабль останется на орбите, через несколько дней космонавты погибнут.

Николай был опытным инженером и пилотом, а потому быстро понял, что именно произошло. Он ничего не сказал Георгию. Однако позже выяснилось, что и тот все прекрасно понял, но виду не подал. Так и летали они сутки, не говоря друг другу ничего.

Но случилось чудо: двигатель сработал, и спускаемый аппарат приземлился точно в расчетном районе. Наземные службы этого не ждали, а потому космонавтов встречали только степные волки, но они теперь уже им не были страшны…

А в Москве решали, как отметить этот полет. Вышло спокойное сообщение ТАСС, мол, программа полета выполнена, и космонавты благополучно вернулись на Землю. Правда, на самом «верху» посчитали, что звезды Героев давать Георгию и Николаю не следует: все-таки до станции они не долетели, научную программу не выполнили…

Мне кажется, тут свою решающую роль сказала «Правда».

В газете появился очерк размером на полосу. Он назывался «Подвиг „Сатурнов“». В нем подробно рассказывалось о том, что произошло с советско-болгарским экипажем, какое испытание они выдержали, что пережили на орбите (ребята были со мной откровенны!). Материал заканчивался словами о том, что в истории космонавтики полет Рукавишникова и Иванова останется одним из самых драматических, а потому и героических.

Николай Рукавишников стал дважды Героем Советского Союза, а Георгий Иванов – Героем. Вскоре оба космонавта получили и высшие награды Болгарии.

Повесть «Звезда над Родопами» печаталась одновременно в «Правде» и «Работническо дело»…

А при чем здесь «поездка в коммунизм»?

Дело в том, что по приглашению руководства Болгарии мы с женой приехали в Болгарию. Поездили по стране, побывали на знаменитых курортах, встречались с очень интересными людьми и… не истратили ни копейки! Вот потому-то и называем до сих пор эти дни «поездкой в коммунизм».

Вскоре я написал пьесу «Район посадки неизвестен». Она была поставлена в Театре имени Н.В. Гоголя. Рукавишников и Иванов регулярно бывали на спектакле – приглашали в театр своих друзей. Они вновь и вновь переживали те события в космосе, о которым им напоминали со сцены.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.