Последствия советской нацполитики

Последствия советской нацполитики

В XXI веке Кремль продолжает во многом руководствоваться доктринами советской национальной политики, заложенной еще Лениным и Сталиным. Об этом свидетельствует хотя бы смешанное со страхом нежелание российской власти отказаться от национально-территориального деления России. Россия является в настоящее время федерацией, состоящей из чисто территориальных субъектов — областей и краев и национально-территориальных образований — национальных республик, которые де-факто являются более высокой формой субъектов Федерации, так как имеют собственные конституции, президентов, национальную автономию, флаги, гимны, национальный язык и ту или иную форму национальной консолидации так называемого «титульного» народа.

Сейчас, как и прежде, национальные республики пользуются немалыми бюджетными преференциями Москвы. Оппозиция даже провозгласила лозунг «Хватит кормить Кавказ!», немедленно поддержанный «великодержавным шовинистическим» большинством. Представители народов Кавказа, которых Ленин и Сталин называли «отсталыми», сейчас разъезжают в иномарках представительского класса по центру Москву и палят из пистолетов. А глава Дагестана Рамазан Абдулатипов, бывший сотрудник Отдела национальных отношений ЦК КПСС, безуспешно призывает сородичей: «Хватит кормиться с рук рязанского мужика!»

В экспертном сообществе сохранилось влияние «специалистов» по межнациональным отношениям и демографии, которые по-прежнему ориентируются на ленино-сталинскую «дружбу народов». Например, на одном из заседаний демографической секции Центрального дома ученых РАН в маме 2013 года было предложено выдавать вид на жительство детям мигрантов, а также сделать для них бесплатным медобслуживание и диспансеризацию, а гражданство давать в упрощенном порядке. «Эксперты» почему-то игнорируют хотя бы тот факт, что европейская политика мультикультурализма потерпела на Западе сокрушительное поражение. Эта политика была сформирована левацким послевоенным движением как реакция на европейский нацизм и фашизм. Постоянный представитель России при НАТО Дмитрий Рогозин, выступая 8 сентября 2011 года на третьем Мировом политическом форуме в Ярославле с докладом по национальному вопросу, обрушился с критикой на европейскую политику мультикультурализма:

«Толерантность» и «мультикультурализм» в европейском исполнении работают не на интеграцию иностранцев или тем более их ассимиляцию (как в прошлые века), а на сегрегацию и создание «пятой колонны» Юга, которая не прочь взорвать «безбожный Запад» изнутри. При этом интеграционные механизмы (образование, армия, профессиональная социализация и др.) работают хорошо, но охватывают лишь малую часть иммигрантов. И вот я делаю вывод: интеграция возможна только в сильную доминирующую культуру, а не в «толерантность» и «безликость».

Вот только один пример сохранения советских принципов в межнациональных отношениях, который недавно продемонстрировали чиновники из столичного департамента образования. Двух учительниц московской школы № 847 уволили за призывы к «нерусским» ученикам соблюдать российские законы. Преподаватель литературы Марина Ступич узнала от учеников, что школьники разных национальностей начали ходить на занятия с ножами. Тогда педагог решила вмешаться и пояснить приезжим, что в России они должны жить по местным законам. При этом женщина поделилась с молодым поколением личными воспоминаниями, рассказав о той помощи, которую оказывали русские представителям соседних республик, и о тех притеснениях, с которыми они столкнулись позднее, в годы развала Союза, когда их «насиловали» и «гнали».

«Я считаю, что эта земля, которая отвоевана моими родственниками и тысячами таких же простых русских солдат… И я имею право диктовать здесь свои условия! И вам не дано здесь устанавливать свои правила!» — говорила другая учительница этой школы Светлана Шамаева.

Еще цитата: «Когда едешь в транспорте… И каждый на своем языке — тэтэтэтэтэ. Ты в государстве, где государственный язык — русский, ты обязан разговаривать на русском языке. Это тоже ущемление наших прав. Почему вы считаете, что ущемление русских — это абсолютно нормальное явление? Почему вы считаете, что вы здесь можете себя вести так, как вы бы себя в своих аулах не повели?».

Одна из учениц записала речь преподавателя на диктофон и показала своей маме — гражданке Азербайджана, приехавшей в Россию в 1999 году. Та, в свою очередь, пошла к директору школы и потребовала уволить Шамаеву.

На следующий же день после визита родительницы Светлана Шамаева была уволена. Ее коллега Марина Ступич последовала за ней за то, что во время монолога учительницы зашла в класс и поддержала ее позицию.

После публикации сообщений об инциденте в СМИ, конфликт выплеснулся в блогосферу. Многие из пользователей при этом заняли сторону учительниц.

«Думаю, разумный шаг забрать из такой школы документы, чтобы никакие раджабы условия не диктовали, и лояльность к ним здесь только мешает, мы себя УЖЕ чувствуем гостями их диаспоры, в горы господа, в горы», — написала на одном из сайтов некая Вика. «Становится страшно отправлять ребенка в такую школу! Куда же смотрит департамент образования?» — поддержала ее другая пользовательница.

«Департамент образования поддержал увольнение учителей. Слово за судом… и общественным мнением. Если бы сейчас, пусть не все, пусть половина русских забрали бы документы своих детей из школы, где диктуют условия диаспоры, то вопрос восстановления на работе Ступич и Шамаевой решился бы мгновенно», — считает пользовательница с ником Русская. Она же обращается к директрисе школы: «Г-жа Жданенко, Вы реально оказались не «в струе». Почему в Вашей школе нерусские находятся в привилегированном положении? Вымогают деньги с учеников, диктуют дресскод, угрожают «вмешательством диаспоры?»

«Придет время и детишки из диаспоры перережут всю администрацию, как баранов, и им за это ничего не будет!» — написал некий Сергей. «Учителя молодцы, сказали все правильно. А что их наказывают — не их вина. Виновата путинская «стабильность». Это он устроил в России и Москве проходной двор-помойку и развел какие-то диаспоры. Приезжают все, кому ни лень, оформляют гражданство. Скоро русские уже окажутся в меньшинстве, и это, увы, не шутка. Случившееся в школе — неизбежное следствие политики проходного двора. А реакция директора показывает, насколько процесс уже запущен», — считает еще один комментатор, подписавшийся просто Андреем.

Пользователи социальной сети ВКонтакте тоже склоняются к тому, что «качать права и устанавливать чурбанские порядки» лучше у себя на родине, а не в гостях». «Это в России теперь новые бабайки??? ()… ужасно, я возмущена до предела, что творится на родине», — пишут они на странице группы «Русский дайджест». «Все правильно учитель сказала, а родители нормальных детишек могли бы и поактивней вступится за педагога, если хотят, чтобы не диаспоры чурбанские порядки устанавливали в школе», — говорится в еще одном комментарии.

Еще одна такая же «советская» инициатива была выдвинута департаментом образования Москвы. Московским школьникам будут преподавать уроки толерантности, для чего в образовательных учреждениях хотят внедрить специальное пособие «Этно-Москва». Корень межнациональных проблем, по мнению столичных чиновников от образования, лежит в отсутствии национального взаимоуважения.

«Многие школьники не знают, что такое Навруз, Сабантуй, Ханука, за счет незнания у них нередко возникает агрессивное отношение к разным этносам. И это надо исправить», — поясняют в департаменте образования Москвы.

Почему-то ряд функционеров, в том числе от системы образования, которые проповедуют необходимость расширения миграционных потоков, считают, что российское общество плохо подготовлено к приему мигрантов, поэтому его надо срочно к этому готовить, считает директор Института демографических исследований Игорь Белобородов.

На самом деле программы толерантности, если и имеют смысл, то в большей степени по отношению к приезжим, утверждает ученый. Более того, эти программы должны реализовываться не столько в российских школах, сколько в стране выезда. То есть именно в российских посольствах, консульствах, дип-представительствах перед разрешением въезда должен проходить многоэтапный экзамен, который бы четко фильтровал миграционные потоки на желательные и нежелательные.

К нам должны ехать те, кто не склонен к преступлениям, те, кто готов вписаться, по крайней мере стремиться к тому, чтобы интегрироваться в российское общество и быть благонадежным представителем своей страны на нашей земле.

Поэтому, естественно, любые такие программы могут иметь место, но эффект от них будет гораздо выше, если не только россиян будут воспитывать в толерантном духе, но и вторую сторону этого процесса. Это как минимум двухсубъектные отношения и программы.

Более того, имеет смысл тогда и на Кавказе, и в Татарстане по отношению к местному населению такие программы вводить, не только для русского большинства, а применительно к регионам, где такие проблемы есть или могут появиться. Общая стабильность создается за счет примирительных действий во всех частях нашей большой страны.

Впрочем, гораздо эффективнее было бы заниматься более фундаментальными вещами. По большому счету проявления радикализма, насилия — это результат воспитания в семье, утверждает Белобородов. И если в молодежной среде в России встречаются такие явления, как неприятие людей чужой национальности, одобрение радикальных идеологий, вплоть до фашизма и нацизма, то это опять-таки проблема семейная. Сейчас жизненно необходимо внедрять комплексные программы семейного воспитания, которые бы базировались на традиционных семейных ценностях. Это, по мнению ученого, можно делать только при содействии с РПЦ и другими традиционными конфессиями.

Сейчас необходимо сокращать миграцию в Россию. Если посмотреть в корень проблем, то радикализация молодежи и со стороны россиян, и со стороны мигрантов — результат именно массовой миграции. Не было бы миграции — не было бы всплеска этнической преступности, не было бы такого неприятия приезжих и не было бы такой радикализации молодежи, утверждает директор Института демографических исследований.

* * *

В 1914 году население нашей страны cоставляло 182 млн человек. Только за 20 лет правления императора Николая II население Российской империи возросло на 60 млн человек. Естественный прирост превысил 3 млн в год. Это означает, что к 1960 году численность населения должна была бы достигнуть 275 млн человек, тогда как в СССР на этот момент проживало 215 млн. Таким образом, революция, гражданская война, геноцид 20-х и 30-х годов вместе со Второй мировой войной обошлись в 60 млн жизней.

По расчетам знаменитого ученого Дмитрия Ивановича Менделеева, сделанным в конце XIX века, население России к началу XXI века должно было составить 400 млн человек! Причем Дмитрий Иванович имел в виду только русский народ. Сейчас бывшие преподаватели научного коммунизма называют этот прогноз «продуктом грубейшей манипуляции сознанием».

Но о какой манипуляции может идти речь, если мы можем легко убедиться в правильности этого шокирующего прогноза, посмотрев, например, на график роста населения Финляндии, входившей при жизни Менделеева в состав Российской империи. Итак, население Финляндии за этот период выросло с 2,4 млн (1890) до 5,4 млн (2012), то есть более чем в два раза, — точно по расчетам великого ученого.

Так что нам следует представлять, сколь ужасны последствия эксперимента, организованного Шиффом, Парвусом, Троцким, Лениным и компанией.

Не так давно был выпущен доклад «Демографическая ситуация в России в 1992–2010 гг. Два десятилетия депопуляции», подготовленный директором Института демографических исследований Игорем Белобородовым, входящим в состав экспертного совета Комитета Совета Федерации по делам СНГ. По сути, этот доклад можно считать приговором государственной национальной политике, начиная еще с советских времен.

Известно, что население России перестало себя воспроизводить еще в 1964–1965 гг., пишет Белобородов. С тех пор российское общество вступило в фазу так называемой латентной (скрытой) депопуляции. Исключением из почти тридцатилетней тенденции латентной депопуляции в России стали несколько лет в конце восьмидесятых (1986–1988 гг.), которые были связанны с экономическими мерами поддержки семьи и материнства. Однако после непродолжительного возврата в 1989–1991 гг. к обозначенной тенденции, начался переход из латентной в более болезненную — открытую фазу депопуляции, продолжающуюся в данный момент.

Начиная с 1992 года российское население стало сокращаться. За последние девятнадцать лет (1992–2010): естественная убыль населения России — составила 13,1 млн человек; положительный миграционный обмен (т. е. компенсация естественной убыли за счет миграционного прироста) составил 6,4 млн человек. В результате за указанный период российское население сократилось на 6,7 млн человек и продолжает сокращаться дальше.

Только за последний год депопуляция фактически «стерла» с карты России население такого города как, например, Новороссийск. По данным Федеральной службы государственной статистики (Росстата), потери в численности населения за 2010 год составили 239,6 тыс.

Если принять во внимание искажающую и одновременно компенсирующую роль внешней миграции, то окажется, что итоговые демографические потери за 2010 год составили 81,6 тыс. человек, что сопоставимо, к примеру, с населением г. Ессентуки.

В течение указанного периода население сокращалось в 71 из 83 российских регионов. Процесс депопуляции охватил все федеральные округа. В Центральном федеральном округе сокращение населения происходило в 15 субъектах из 18. В Сибирском федеральном округе аналогичная ситуация наблюдалась в 10 из 12 субъектов. В Уральском федеральном округе уменьшились в численности 3 из 6 субъектов. В Северо-Западном, Приволжском, Дальневосточном и Южном округах потери населения имели место во всех без исключения субъектах. И только в Северо-Кавказском федеральном округе в большинстве его субъектов наблюдался рост населения — в 4 из 7.

Таким образом, лишь в двенадцати из восьмидесяти трех субъектов Российской Федерации численные изменения в населении имели устойчивую положительную динамику: на Алтае, в Белгородской области, в Дагестане, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Москве, Московской области, Тюменской области, Тыве, ХМАО, ЯНАО, Чечне.

При этом в подавляющем большинстве указанных регионов население не уменьшилось лишь благодаря иммиграции и/или инерционному эффекту благоприятной половозрастной структуры.

Если бы не действие данных факторов, то низкая рождаемость (ниже уровня замещения поколений) не позволила бы данным регионам сохранить даже прежнее количество жителей.

Только в трех из указанных регионов наблюдается суммарный коэффициент рождаемости, обеспечивающий демографическое воспроизводство: на Алтае (2,36), в Тыве (2,8) и в Чечне (3,37).

Наглядной иллюстрацией демографической трагедии России являются данные по абсолютным числам родившихся и умерших. За период с 1992 по 2010 год в России зафиксировано 27 564,1 тыс. родившихся, в то время как число умерших составило 40 674,5 тыс. человек.

Эти данные свидетельствуют, что смертность в нашей стране в отмеченные годы превышала рождаемость в 1,5 раза. В результате вышеописанных неблагоприятных тенденций численность постоянного населения России сократилась со 148 514,7 тыс. человек (на начало 1992 г.) до 141 832,9 тыс. человек (на конец 2010 г.). Иными словами, за последние 19 лет Россия безвозвратно потеряла 4,5 % своего первоначального населения.

Подчеркнем, что в данном случае имеются в виду демографические потери с учетом «компенсирующей миграции». Чистая же убыль российского населения, без учета миграционных вливаний, за тот же период составила 8,8 %.

Важно отметить, что, несмотря на беспрецедентное по своим масштабам сокращение численности населения, разрушительная демографическая инерция только набирает силу. По наиболее вероятному варианту последнего прогноза ООН при дальнейшем развитии депопуляционных процессов население России к середине ХХI века может сократиться до 108,9 млн, или почти на 33 млн человек.

Впрочем, прогнозы российских специалистов еще более пессимистичны. Согласно расчетам отечественных исследователей численность населения к середине ХХI века может сократиться до 71,4–90,6 млн, или на 51–70,5 млн человек.

Данные статистики убедительно свидетельствуют о последовательном сокращении числа браков, продолжает Белобородов. За последние полвека (с 1960 по 2010 г.) абсолютное число ежегодно заключаемых браков сократилось на 284,5 тыс. — с 1499,6 тыс. до 1215 тыс., хотя контингенты наиболее бракоспособных возрастов увеличились на 1,9 млн человек.

Общий так называемый «коэффициент брачности» сократился за указанный период почти в 1,5 раза — с 12,5 до 8,5 браков на 1000 человек. Нельзя не отметить, что происходящее снижение числа браков наблюдается на фоне относительно благополучной половозрастной структуры последнего десятилетия (в отличие от послевоенных 1950-х и 1960-х гг.), так как в последние годы в брачный возраст вступает поколение последнего советского «беби-бума» (1982–1988).

Действие данного фактора, как ожидается, продлится не дольше 2012–2014 гг., после чего ситуация будет стремительно ухудшаться.

В соответствии со сложившимися тенденциями подвергся существенным изменениям и средний возраст вступления в брак. За межпереписной период (1989–2002 гг.) этот показатель повысился: для мужчин на 2 года, для женщин — на 1,5 года и составил 25,8 года для женихов и 23,1 года для невест[3].

Отрицательную роль в демографическом развитии России продолжает играть рост числа внебрачных сожительств. По состоянию на 2002 г. в «гражданском браке» из 34 млн российских семей состояли свыше 3 млн.

По последним социологическим опросам, в России фиксируется дальнейшее распространение отказов от регистрации браков или их откладывания при вступлении в фактические супружеские отношения.

Согласно результатам выборочного обследования «Семья и рождаемость» (2009), в состоянии внебрачного сожительства пребывают 10,6 % российских женщин и 14,1 % российских мужчин, находящихся в первом незарегистрированном браке. Самая высокая доля состоящих в первом незарегистрированном браке приходится на возрастную группу до 25 лет: 25,5 % — для женщин и 32,2 % — мужчин.

Демографический эффект распространения внебрачных сожительств легко оценить, если учесть, что уровень рождаемости в незарегистрированных союзах как минимум в два раза ниже, чем в легитимных браках.

По итогам пилотного обследования «Семья и рождаемость», проведенного в 2006 г. Федеральной службой государственной статистики в трех российских регионах (Республике Марий Эл, Нижегородской и Тверской областях), выяснилось, что у подростков, которые полагают, что брак нужно зарегистрировать прежде, чем начинать жить вместе, среднее желаемое число детей составляет 2,26, а ожидаемое — 2,06. У тех же, кто полагает, что сначала надо пожить вместе год-два и проверить свои чувства, а затем регистрировать брак, эти показатели равны, соответственно, 1,91 и 1,58.

Зеркальным отражением разрушения семейных ценностей является динамика разводов. Итогом девальвации ценности семейного образа жизни стал почти трехкратный рост числа разводов за сравнительно небольшой промежуток времени: с 1,5 — в 1960 г. до 4,4 — в 1992 г. в расчете на 1000 человек. Аналогичный разрыв по сравнению с 1960 г. наблюдается и в настоящее время.

В 2010 г. в России распалось более половины от заключенных в данном году браков: 640 тыс. разводов против 1,2 млн браков, отмечает в своем докладе директор Института демографических исследований.

Высокий уровень разводов характерен для многих современных государств. Однако именно Россия в последние годы занимает первое место в мире по расторжению браков, существенно опережая другие страны. Ранее первенство по этому показателю держали США, однако начиная с 1995 года Россия стала периодически лидировать и в этом печальном рейтинге.

В результате отрицательных трансформаций в массовом репродуктивном поведении с 1992–1993 гг. в России началось сокращение численности населения. Почти сорокалетняя пауза между снижением рождаемости ниже критического уровня и наступлением депопуляции объясняется демографической инерцией, связанной с потенциалом благоприятной половозрастной структуры, сформировавшейся в прежние годы.

В настоящее время, несмотря на государственные попытки материального стимулирования рождаемости (жилищные программы, «материнский капитал», льготы, компенсации, пособия и т. д.), малодетные предпочтения российских семей нисколько не изменились, что вполне согласуется с отечественным и зарубежным опытом введения подобных мер.

«Материнский капитал», превысивший на момент написания этих строк 365 700 рублей, и прочие материальные «стимуляторы» не способны существенно повлиять на итоговое число рождений. Число детей на одну женщину в данный момент находится на уровне тех же значений, которые наблюдались в начале 1990-х (1,4–1,5 ребенка), с которых началась история российской депопуляции.

Одним из следствий низкой рождаемости является деформация семейной структуры населения. За межпереписной период (1989–2002) доля семей с одним ребенком повысилась с 51 % до 65 %, а доли семей с двумя, а также тремя и более детьми, напротив, резко уменьшились: с 39 % до 28 % для двухдетных и с 10 % до 6,6 % — для семей с тремя и более детьми. Ситуация в 2002 г. оказалась хуже не только по сравнению с 1989 г., но даже по сравнению с 1979 г., хотя в тот период активной семейной политики в стране не проводилось.

Усугубляющим фактором демографического кризиса является беспрецедентно высокая для России внебрачная рождаемость, которая выступает следствием массовой распространенности незарегистрированных сожительств, отмечает Белобородов. В настоящее время впервые за всю российскую историю число внебрачных рождений составляет почти треть от общего числа.

Об изменении ценностных ориентаций на обзаведение семьей с детьми свидетельствует и сдвиг рождаемости к более поздним возрастам. Средний возраст матери при рождении ребенка в 2009 г. достиг 27,4 года. С 1995 г. этот показатель повысился на 2,4 года и, судя по наметившейся тенденции и опыту других стран, в ближайшей перспективе позднее материнство может стать для России детородной нормой.

Однако статистика российской депопуляции не ограничивается сверхнизкой рождаемостью. К ней следует добавить массовые аборты. К сожалению, наша страна — лидер по прерыванию беременностей. Только за период с 1992 по 2010 г., не успев родиться, в России погибли 40,5 млн детей.

Стоит заметить, что речь идет о далеко не полных данных официальной статистики, в которую почти не входят аборты, совершаемые в частных клиниках и прерывания беременности с помощью фармакологических препаратов (т. н. медикаментозные аборты). Если учитывать все аборты, то их конечная цифра, по нашим оценкам, составит не менее 80 млн.

…Акцентируя внимание на определяющей роли снижения рождаемости в структуре российской депопуляции, стоит отметить и крайне неблагоприятную динамику в отношении смертности, продолжает Белобородов. Относительно высокий, по меркам развитых стран, уровень смертности в России ведет к усугублению разразившегося демографического кризиса.

В начале ХХI века Россия характеризуется низкой продолжительностью жизни не только в сравнении с экономически развитыми странами, но и на фоне государств с близкими к российскому уровнями экономического развития. По сравнению с государствами, имеющими схожий с Россией среднедушевой ВВП по паритету покупательной способности (Белоруссия, Бразилия, Мексика, Турция и др.), это отставание составляло 5–10 лет: 5,5–14 лет для мужчин и 3–6 лет для женщин.

По продолжительности жизни Россия находится на 162-м месте из 220 стран, по которым имеются соответствующие сведения. В этом списке нашу страну опережают такие развивающиеся государства, как Марокко, Шри-Ланка, Тунис, Колумбия, Алжир, Узбекистан, Никарагуа, Киргизия и т. д.

Для России характерен один из самых больших разрывов в продолжительности жизни между мужчинами и женщинами (11,9 года в 2009 г.), что является следствием высокой смертности мужчин в трудоспособном возрасте. Подобный гендерный разрыв является свидетельством не только демографического, но и социального неблагополучия. Среди всех умерших почти 30 % приходится на лиц трудоспособных возрастов (более 560 тыс. человек в год), из них 80 % — мужчины.

Укажем особо, подчеркивает Белобородов, что за вышеописанными усредненными цифрами скрывается значительная региональная дифференциация. Самые высокие показатели ожидаемой продолжительности жизни отмечены в республиках Северного Кавказа и Москве, где они превысили 69 лет для мужчин и 77 лет — для женщин.

Особое место ученый уделяет в своем докладе проблеме миграции. По абсолютному объему иммиграции Россия занимает второе место в мире, уступая лишь США — государству с давними традициями иммиграции и отработанной системой ассимиляции приезжих. Масштабы миграции настораживают своей стихийностью: за период 1992–2010 гг. только в поле зрения официальной статистики попали 8,4 млн иммигрантов.

Даже если согласиться с очень спорным предположением, будто большинство приехавших (около 2/3) — этнические русские, то так или иначе получается, что по официальным (далеко не полным) данным с начала девяностых к нам въехало 2,8 млн человек с иной культурой и ментальностью.

В то же время, по некоторым оценкам, численность незаконных иммигрантов, пребывающих на территории России, доходит до 15–18 млн человек, т. е. составляет примерно 10,5–12,7 % населения.

За период с 1992 по 2010 г. Россию покинуло более 3,6 млн человек. В основном это были квалифицированные специалисты, пополнившие экономически активное население, а также интеллектуальный и репродуктивный потенциал других стран.

Только по официальным данным, из-за активной женской эмиграции, стимулируемой разного рода агентствами по трудоустройству за рубежом, за период с 1994 по 2009 г. из России выехали почти 900 тысяч женщин. Значительная часть из них преступным путем, под предлогом поиска хорошо оплачиваемой работы, оказалась вовлечена в секс-индустрию и другие нелегальные виды деятельности. Целесообразно предположить, что реальная цифра уехавших из России женщин является выше официальной в 1,5–2 раза.

По имеющимся косвенным оценкам, женская эмиграция привела к прямым репродуктивным потерям в виде нерождения 833 тысяч детей в ближайшем пятилетии.

В заключение директор Института демографических исследований Игорь Белобородов указывает, что данные о демографической динамике свидетельствуют о многолетнем пребывании России в состоянии глубокого демографического кризиса. Дальнейшее ухудшение демографической ситуации чревато многочисленными негативными последствиями, угрожающими существованию общества и безопасности государства. Депопуляция по сути означает самоубийство населения, исчезновение нации и ее культуры.

* * *

Интересно сопоставить данные из доклада Института демографических исследований с докладом Всемирного банка «Миграция и развитие» и другой статистикой ФМС, а также различных научных центров. Как уже говорилось, половина ВВП Таджикистана формируется за счет денежных переводов мигрантов, работающих в России. Интересно, что объемы переводов в страны бывшего СССР напрямую связаны с ценами на нефть. При этом из стран Западной Европы мигранты посылают домой куда меньше денег, чем из России.

Согласно докладу Всемирного банка, Таджикистан стал лидером по поступлениям денежных переводов от мигрантов по итогам 2011 года. Этот показатель рассчитывается в процентном отношении к ВВП страны.

Денежные переводы таджикских мигрантов составили 47 % от ВВП страны, который в 2011 году оценивался в 6,7 млрд долларов. По данным Всемирного банка, почти 47 % 7,5-миллионного населения Таджикистана живут за чертой бедности, то есть менее чем на 2 доллара в день.

На втором месте Либерия: мигранты этой страны перечислили на родину сумму, равную 31 % ВВП. На третьем — мигранты из Киргизии, денежные переводы которых составили 29 % ВВП. В списке экономик, которые сильно зависят от средств, зарабатываемых трудовыми эмигрантами, — Лесото (27 % ВВП), Молдавия (23 % ВВП), Непал (22 % ВВП) и Самоа (21 % ВВП).

Авторы доклада Всемирного банка указывают, что рост переводов в страны СНГ обеспечивается в основном за счет доходов, полученных мигрантами в богатой нефтью России. В отчете приводится график, который показывает эту тенденцию: объем переводов трудовых мигрантов в страны бывшего Советского Союза напрямую связан с изменениями цен на нефть. Если цены на нефть высокие, это позволяет трудовым мигрантам больше заработать и большую сумму отправить домой. И наоборот.

Так, согласно графику, к третьему кварталу 2006 года цена барреля нефти приблизилась к 60 долларам, внешние переводы из России в страны СНГ выросли до 5 млрд долларов. В третьем квартале 2008 года, когда цена на нефть взлетела выше 120 долларов за баррель, выросли и денежные переводы из России до 8 млрд долларов. В кризисном 2009 году, когда цена на нефть упала вдвое до 60 долларов за баррель, резко снижается и объем переводов из России — до 3 млрд долларов.

Однако затем объем денежных переводов постепенно начинается снова расти на фоне восстановления нефтяных цен. К третьему кварталу 2012 года из России в страны СНГ было направлено 6,5 млрд долларов денежных переводов при цене нефти в районе 100 долларов за баррель. Мигранты из стран СНГ, которые работают в России, в последние четыре года извлекают большую выгоду из роста цен на нефть.

Авторы доклада указывают на разительный контраст: из стран Западной Европы мигранты посылают домой куда меньше денег, чем из России. По данным Всемирного банка, Россия занимает третье место в мире после США и Саудовской Аравии по объему денежных переводов, направляемых из страны на родину рабочими-мигрантами.

По данным ЦБ РФ, объем личных переводов из России в страны СНГ в 2011 году достиг 16,7 млрд долларов, что почти на 24 % больше показателя предыдущего года. Личные переводы — это доходы временных или постоянных мигрантов.

Лидером переведенных из России средств в 2011 году стал Узбекистан — 4,9 млрд долларов. Мигранты отправили на родину даже больше, чем сам Узбекистан экспортировал в Россию: объем экспорта составил всего 4,405 млрд долларов.

Много заработали в России и трудовые мигранты из Украины и Таджикистана: гастарбайтеры этих стран отправили из России переводы на 3,1 млрд и 2,7 млрд долларов соответственно. Из России в Молдавию в прошлом году было переведено 1,6 млрд долларов, в Киргизию — 1,4 млрд долларов, в Армению — 1,2 млрд долларов, в Азербайджан — 955 млн долларов, в Белоруссию — 458 млн долларов, в Казахстан — 290 млн долларов, в Туркмению — 22 млн долларов.

Переводимые трудовыми мигрантами на родину средства, которые они заработали в России, являются своего рода дотацией России в экономику бывших советских республик.

Денежные переводы трудовых мигрантов в страну происхождения дают положительный эффект. Во-первых, поступления иностранной валюты на внутренний рынок позволяют защитить национальную валюту. Во-вторых, растущие объемы денежных переводов помогают банковской системе страны. Кроме того, деньги из нефтяной России позволяют поддерживать социальную стабильность в странах бывшего Советского Союза, где ВВП на душу населения более низкий.

Коротко говоря, Россия, как и прежде в СССР, остается главным донором стран Средней Азии, а в это время ее собственные граждане пребывают в заброшенном положении.

Федеральная миграционная служба РФ оценила число иностранцев в России, в том числе находящихся в стране нелегально. По подсчетам за первые месяцы 2013 года, более 3 млн из 10,2 млн приезжих нарушили срок законного пребывания. «Большинство нарушителей — граждане Узбекистана. Их почти 900 тысяч человек, граждан Украины — более 500 тысяч, Таджикистана — 400 тысяч», — сообщил глава ФМС Константин Ромодановский. — Можно предположить, что они нелегально работают. Как правило, большая их часть сосредоточена в городах-мегаполисах.

Эти же народы составляют большинство от общего числа иностранцев — 10,2 млн человек. 23 % из них — узбеки, 13,3 % — украинцы, 10,2 % — таджики. Имеются данные, что лишь 1,5 млн законно работают на основании разрешения на работу или патента, 4,2 млн иностранцев прибывают с целями, не связанными с осуществлением трудовой деятельности.

Узбекистан лидирует по количеству граждан, стремящихся получить гражданство России, а из государств за пределами бывшего СССР — Китай. По мнению экспертов, российское гражданство привлекательно только для жителей бедных азиатских стран. Даже из Украины, Белоруссии и Молдовы сейчас едут в основном в Европу. Чтобы восполнить убыль населения, чиновники ищут русских по всему миру и недавно заманили в Приморье староверов из Боливии. Однако миллионы годами живущих в России мигрантов хотят, но не могут получить гражданство из-за бюрократических преград и вынуждены оставаться нелегалами.

По данным Росстата, в первом полугодии 2013 года российское гражданство либо вид на жительство в нашей стране (статистика не разделяет эти две категории) получили 159 тысяч человек. Эмигрировали из России на порядок меньше — 15,1 тысячи человек. Только в США, Канаду и Финляндию уехало больше эмигрантов, чем приняла Россия оттуда. В пользу России баланс даже с Израилем, Германией и Грецией. Однако больше половины притока иммигрантов приходится на среднеазиатские республики бывшего СССР. Лидируют Узбекистан (28,6 тысячи человек) и Киргизия (19,9 тысячи). Почти 30 тысяч человек переехали жить в Россию из стран Закавказья (лидер — Армения, которую покинули 15 тысяч граждан). 1,6 тысячи человек переселились в Россию из бывших советских прибалтийских республик. Из стран дальнего зарубежья больше всего иммигрантов из Китая (3 тысячи) и Германии (1,9 тысячи).

Получить российское гражданство стремятся прежде всего жители государств Средней Азии, говорит бывший замдиректора Федеральной миграционной службы, президент фонда «Миграция 21 век» Вячеслав Поставнин: «Гражданам Киргизии или Казахстана иногда проще получить гражданство благодаря двусторонним договорам, чем разрешение на работу». Завлабораторией миграции Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Жанна Зайончковская оценивает число потенциальных переселенцев из республик бывшего СССР в шесть млн человек, в том числе 1,5 млн этнических русских. При этом из славянских Украины и Белоруссии большого притока не будет: почти все желающие переселиться из этих стран в Россию это уже сделали. Ведущий научный сотрудник Института демографии Высшей школы экономики Никита Мкртчян подтверждает, что уезжающие из Украины, Белоруссии, Молдовы и прибалтийских республик стремятся главным образом в страны Евросоюза, а не в Россию.

Потребность России в переселенцах, по словам Жанны Зайончковской, составляет миллион человек в год: из-за демографической ямы трудоспособное население страны к 2025 году сократится на 14 млн человек, а за счет занятости пенсионеров и домохозяек можно закрыть лишь треть этой бреши. Остальное могут заполнить только иммигранты — по 700 тысяч трудовых мигрантов в год или по миллиону с учетом стариков и детей.

Такой приток был зафиксирован в Россию лишь однажды — в 1994 году. В тот год только из Казахстана переехали в Россию 236 тысяч человек, а из Украины — 138 тысяч. С тех пор число переселенцев сократилось с 867 тысяч в 1995 году до 119 тысяч в 2004-м. Зайончковская говорит, что на приток иммигрантов влияли поправки в законы о гражданстве и об иностранцах. Когда законы ужесточали, россиянами или обладателями вида на жительство в России становились меньше людей, когда смягчали — больше. В 2007 году закон смягчили, и иммиграция подскочила до 286 тысяч человек и с тех пор остается примерно на том же уровне.

Надежды на переезд в Россию всех этнических русских из республик бывшего СССР не оправдались, рассказывает бывший замдиректора ФМС завкафедрой социальной статистики и демографии РГСУ Ольга Воробьева: из 25 млн в Россию вернулась лишь треть — примерно восемь млн. Большинство обустраивались на новом месте своими силами — пособия на переезд и беспроцентные ссуды на покупку жилья появились в конце 90-х и полагались лишь получившим статус вынужденных переселенцев.

Теперь многих русских из бывших советских республик уже не привлечешь. По словам демографа Мкртчяна, старшее поколение не поедет, потому что постарело, их дети — потому что обжились в тех странах и связывают свое будущее с ними, а не с Россией. Кроме того, в Казахстане и Азербайджане существенно улучшилась экономическая ситуация, и уровень жизни многих граждан этих республик близок к российскому.

С 2012 года начала действовать программа по содействию добровольному переселению соотечественников в Россию. Соотечественниками считаются живущие за рубежом представители «народов, исторически проживающих на территории Российской Федерации». Чиновники решили не просто пополнить Россию гражданами, но и заселить соотечественниками те территории, где населения не хватает. Более половины (55,7 процента) заявок на участие в программе поступило из Казахстана и Узбекистана, однако в поисках соотечественников российский МИД добрался до Латинской Америки и минувшим летом переселил в Приморье общину староверов из Боливии.

Участники программы получают субсидию на перевоз имущества, право беспошлинно ввезти личные автомобили, а местные власти должны предоставить переселенцам жилье. В обмен на это переселенцы должны прожить на новом месте минимум два года. По данным Минрегионразвития, к середине этого года по программе переселения соотечественников в Россию переехали 44,2 тысячи человек. Однако треть из них выбрали в качестве нового места жительства Калининградскую область, в то время как в программе участвуют 32 региона. Ехать в отдаленные поселки в Сибири и на Дальнем Востоке переселенцы не хотят.

Получить российское гражданство иммигрант может в общем порядке или в упрощенном. Под упрощенный порядок подпадают те, у кого хотя бы один из родителей проживает в России и является ее гражданином, граждане бывшего СССР, не получившие после распада страны никакого другого гражданства, родившиеся на территории России до распада СССР, выпускники российских вузов, супруги граждан России, прожившие в браке не меньше трех лет, а также ветераны Великой Отечественной войны, постоянно проживающие на территории России. К гражданам Казахстана, Киргизии и Белоруссии российское законодательство еще мягче — чтобы получить российский паспорт, им в соответствии с договорами между этими странами и Россией достаточно отказаться от прежнего гражданства.

Остальным же для получения гражданства нужно пять лет законно жить и работать в России. Для большинства мигрантов это оказывается невозможным, говорит Жанна Зайончковская: устроиться на работу по трудовому договору сложно, а получить временную регистрацию по месту проживания — еще сложнее, так как владельцы сдаваемых квартир боятся, что зарегистрированного мигранта потом не удастся выселить. В результате из приблизительно 5–7 млн постоянно проживающих в России иностранцев получать гражданство удается единицам. Директор Центра этнополитических и региональных исследований Владимир Мукомель рассказывает, что «по общей процедуре» гражданство ежегодно получают не более ста человек — менее 0,1 процента от общего числа становящихся гражданами России. В ФМС подтвердили, что за семь месяцев 2013 года в общем порядке гражданство получили 50 человек, тогда как в упрощенном — 31,6 тысячи человек, а в соответствии с международными соглашениями — 41,7 тысячи. По оценке г-на Мукомеля, стать российскими гражданами хотели бы треть гастарбайтеров, по оценке г-жи Зайончковской — половина мигрантов хотели бы жить и работать в России, имея вид на жительство или российский паспорт.

Несколько лет назад в число льготных категорий для получения вида на жительство и затем гражданства включили высококвалифицированных специалистов. Однако для них Россия не слишком привлекательна. По словам Никиты Мкртчяна, счет привлеченных специалистов идет на сотни. По данным Росстата, из переселившихся в Россию в прошлом году 175,6 тысячи человек старше 14 лет ученые степени кандидата или доктора наук имели только 252 человека (менее 0,2 процента). Основным мотивом переезда (61,2 процента случаев) стали семейные обстоятельства. 2,1 тысячи человек переехали в Россию из-за обострения межнациональных отношений (лидер — Киргизия, откуда уехали 718 человек), 282 — из-за разгула преступности, 308 — из-за «несоответствия природно-климатическим условиям».

Представитель лево-либерального крыла экспертов — директор по макроэкономическим исследованиям НИУ Высшей школы экономики Сергей Алексашенко — проводит советскую линию нацполитики, утверждая, что в России существует острый дефицит рабочих рук. Однако реальность гораздо более сложная, чем представляют ее последователи идеологических догм. По данным Росстата, в период 2000–2010 гг. общая численность рабочей силы в России выросла с 65,2 млн до 69,8 млн человек. Численность работников в сегменте неквалифицированной рабочей силы, составлявшая в 2000 г. 8,7 млн человек, к 2002 г. сократилась до 7,5 млн человек. В течение последних восьми лет этот показатель оставался неизменным: в 2010 г. численность неквалифицированной рабочей силы составляла все те же 7,5 млн человек. На основе этих данных видно, что если в России и существует нехватка рабочих рук, то только в сегменте квалифицированного труда. В сегменте же низкоквалифицированного труда этого дефицита не существует, наоборот, масштабная миграция из стран Средней Азии дестимулирует реструктуризацию сектора неквалифицированной рабочей силы.

Россия существенно уступает развитым странам по уровню производительности труда. По данным Организации экономического развития и сотрудничества (ОЭСР), в 2011 г. средняя почасовая выработка в России составляла лишь 21,5 долл., что существенно ниже уровня США (60,2 долл.), Германии (55,8 долл.) и Франции (57,7 долл.). Это означает, что главным потенциальным драйвером роста российской экономики является повышение производительности труда. Высвобождению этого ресурса мешает несколько факторов.

Во-первых, российский рынок труда чрезвычайно зарегулирован. Об этом, в частности, свидетельствует индекс защиты занятости ОЭСР, ранжирующий рынки труда по шкале от 0 (низкий уровень регулирования) до 6 (высокий уровень регулирования). В 2008 г. российское трудовое законодательство в сегменте постоянных работников получило оценку 2,77 балла, что существенно выше аналогичного показателя для США (0,56), Великобритании (1,17) и Австралии (1,37).

Во-вторых, в российской экономике доминируют государственные компании. Если в работающей по всему миру компании Royal Dutch Shell занято 87 тыс. сотрудников, то в отечественной Роснефти — 168 тыс. человек. Численность штата таких госкорпораций, как Газпром (404 тыс. человек), Ростехнологии (900 тыс. человек) и РЖД (1 млн 75 тыс. человек), говорит сама за себя. В сфере ЖКХ занято 4,2 млн человек.

В-третьих, в России сильно раздуты штаты бюрократических ведомств. По данным Росстата, в 2012 г. в федеральных и региональных органах государственной власти было занято 737,7 тыс. человек. Количество муниципальных чиновников составляло 336,3 тыс. человек. Численность сотрудников Министерства внутренних дел составляет 1,1 млн человек.

В-четвертых, в России до сих пор существует институт призывной армии. В результате ежегодно около 300 тыс. молодых людей оказываются за пределами рынка труда.

В-пятых, в России очень низкая внутренняя мобильность населения. Согласно данным Института демографии Высшей школы экономики, если в 1990 г. во внутренней миграции было задействовано 4,3 млн жителей РСФСР, то в 2010 г. — лишь 2,1 млн граждан Российской Федерации.

Реструктуризация государственных корпораций, глубокая перестройка бюрократического аппарата, полная отмена армейского призыва, радикальная либерализация рынка труда, стимулирование внутренней миграции — все эти меры окажут сильное воздействие на российский рынок рабочей силы. Внедрение миграционных барьеров для стран Средней Азии и Закавказья не станет барьером на пути экономического роста. Наоборот, это поспособствует технологическому обновлению секторов экономики, в которых заняты работники, не обладающие высокой квалификацией. Вместе с тем необходимо отменить въездные визы для граждан стран — членов ОЭСР. До тех пор, пока Россия закрыта от развитого мира, ни о какой модернизации не может идти речи.

Весьма красноречивым является еще один показатель эффективности государственной политики в области труда: оказывается, средний класс в России пополняют в основном чиновники и силовики. Доля квалифицированных специалистов рыночного сектора, частных предпринимателей и интеллигенции постепенно вымывается за счет быстрого роста доли бюрократов и силовиков.

Подобная ситуация соответствует сложившейся структуре экономики с высокой долей госсектора и практикой перераспределения доходов за счет бюджета, а не поддержки предпринимательской инициативы, пришли к выводу в НИСП. К среднему классу, по последним оценкам НИСП, относится 18,9 % семей. За 2004–2011 годы он рос примерно на 1 процентный пункт ежегодно — намного медленнее, чем росла экономика (ВВП на душу населения за этот период утроился).

Данный текст является ознакомительным фрагментом.