Армейское поприще

Армейское поприще

В шестидесятые прошлого века закосить армию можно было только тремя способами: по блату, по болезни или поступив в вуз. Блата у меня не было. На медосмотре допризывников заставляли дуть в какую-то хреновину. Я дунул на литр. Мне сказали, чтобы прекратил симулировать. Я, поднатужившись, дунул на полтора. В медкарту записали: четыре с половиной.

Невропатолог выслушал, записал и перечитал вслух мои жалобы: «Бессонница… Головные боли… Три задокументированных сотрясения мозга… ГОДЕН! — И с отеческим злорадством добавил: — В армию тебе нужно! Во флот! Чтобы не на три года, а на четыре!» (Хотя тогда уже служили два и три соответственно.) И сделал соответствующую пометку.

Пришлось поступить в университет. Из двадцати пяти моих одноклассников (класс был огромный и по преимуществу мужской, а школа непривилегированной) в вузы поступило двадцать три, в армию пошёл один, а ещё у одного не было на руке трёх пальцев.

Впрочем, ещё двое, вылетев из вузов, впоследствии все-таки отслужили. И ничего хорошего про службу потом не рассказывали. Но и ничего плохого тоже. Дедовщина — да; землячество (штука, рассказывали они, пострашнее дедовщины) — тоже, но жить можно.

На филфаке ЛГУ была военная кафедра. Весьма колоритная: «Гантели надо по утрам поднимать, а не одеяло членом!» В первый день на плацу я закурил по команде «Вольно!», однажды ненароком вынес с кафедры «секретную тетрадь» и на госэкзамене по военному переводу повернулся не через то плечо, но закончил обучение на «отлично».

Как и мой однокашник 3., с которым мы все годы проучились в тандеме. Он не знал немецкого, а я — оружия. За положенное время он успевал разобрать и собрать и свой автомат, и мой; я аналогичным образом управлялся с переводами документации, похищенной нашими штирлицами из закромов бундесвера. Через пару лет 3. навестил меня в Питере — уже майором и с орденом на груди: его признали лучшим переводчиком ГСВГ. Оставалось только догадываться, каковы были там остальные.

От офицерской срочной службы все в той же ГСВГ я уклонился, пересидев месяц в Москве. Да и в дальнейшем (до тридцати лет, как положено) ускользал от армии бесхитростно, но эффективно. Возможно, впрочем, меня не слишком туда хотели. Дотошные университетские доктора выдали мне воистину уникальный диагноз: я оказался годен к прохождению службы в военно-воздушном десанте ВМФ, однако с противопоказаниями против службы в небе и в море. В принципе это означало какую-нибудь прикопанную в лесу станцию радиоперехвата, но звучало все равно странно.

А вот на сборы меня пытались затащить чуть ли не каждые полгода. Но нашла коса на камень! Нигде не служа и живя исключительно на литературные заработки, я вкрадчиво предлагал военкому обратиться к министру обороны с запросом о том, из каких, собственно говоря, средств он собирается оплачивать мои двухмесячные сборы, и категорически отказывался служить в армии за свой счёт. Я ведь, знаете ли, не помещик!.. Подумав и поматерившись, меня отпускали восвояси — с тем, чтобы через несколько месяцев вызвать вновь.

Сборов мы, кстати, не проходили и на военной кафедре: только госэкзамен. Филологи-русисты, из которых лепили артиллеристов, проходили, а филологи-зарубежники — нет. Поэтому я так и не нашёл времени и места принести присягу. Тем не менее в надлежащие сроки мне присваивали очередное звание. Для чего вызывали повесткой все в тот же военкомат. Так что я — для человека, не служившего ни единого дня, — сделал недурную армейскую карьеру. Правда, в отличие от моего ровесника Жириновского, до полковника так и не дорос. Но ведь и заслуг перед Отечеством у меня не в пример меньше.

Министр обороны (закончивший тот же факультет и ту же военную кафедру, что и я, только пятью годами позже), а теперь уже и Дума увлечённо экспериментируют и с призывами, и с отсрочками; вот-вот учредят военную полицию, победят американцев в Иране, Чечню — в космосе и «солдатских матерей» — в зародыше. Конечно, у нас уже не Советская Армия, а её кадрированная пародия, однако тайная доктрина реформ остаётся неизменной: «От меня до следующего столба шагом марш!» И тайная дилемма: этих отмыть — или новых нарожать?

2006

Данный текст является ознакомительным фрагментом.