ЗОЛОТАЯ РАМА

ЗОЛОТАЯ РАМА

Чтобы чудо состоялось

Это происходит так. Вы приезжаете в Москву, и вам сразу начинает казаться, что люди здесь ходят быстрее, а машины носятся, как сумасшедшие. Это первая иллюзия большого города, которой вы поддаетесь. Все происходит в том же темпе, как и у вас. Впечатление создает количество. Просто здесь в тысячу раз больше людей и машин, выше дома и меньше неба. К полудню вы утомляетесь. Не столько оттого, что много ходили, сколько оттого, что много видели! Вы устали бы и сидя у окна гостиничного номера и глядя на московскую улицу. Есть предел зрительной восприимчивости. Ее можно тренировать, но сначала вы выдержите немного. Потом будете рассказывать дома: «В Москве устаешь — там все бегают!» А, между прочим москвичи ходят.

В вашем пребывании в столице есть ориентиры: Проспект Калинина, Лужники, Большой театр, Третьяковская галерея.

Приходит день, когда вы покидаете автобус у кинотеатра «Ударник», переходите короткую горбинку моста, поворачиваете налево и оказываетесь на набережной канала. Здесь спокойная вода, старинные дома. Тишина. Вы уже не едете. Вы идете пешком, сперва по набережной, потом по Лаврушинскому переулку. Ритм вашего существования постепенно спадает, и вы подходите к галерее с нормальным душевным пульсом. Хорошо, что сюда можно не только подъехать, но и прийти пешком.

И вот терема знаменитой Третьяковки, в которой вы никогда не были. Вестибюль. Ковровая дорожка главной лестницы. По обеим сторонам ее в золотых рамах висят картины. Правда, рассмотреть их трудно — мешает лак, блестящий, как стекло, и некуда отойти. Но вы соображаете, что здесь, должно быть, повесили не «главные» картины, и с легким сердцем поднимаетесь дальше, к неведомым сокровищам.

Сейчас произойдет чудо.

И чудо как будто бы происходит. Вы и раньше видели репродукции картин знаменитых художников, но посредничество типографии скрадывало их труд так же, как и размер полотен. Подлинники вас поражают. Искусные, нарядные, торжественные рамы. Свет, льющийся с потолка. Тишина. Вы ходите из зала в зал. Картины, десятки картин, сотни, тысячи. Вы ахаете, вздрагиваете, бросаетесь от одной к другой, потом возвращаетесь, чтобы осмотреть все и ничего не пропустить. И, наконец, вы устаете. Трудно заметить, когда это происходит — во втором, четвертом или пятом зале, но вы вдруг перестаете видеть то, что изображено на картинах. Вернее, вы видите, но, переводя взгляд, мгновенно забываете то, что посмотрели. На вас отовсюду надвигаются рамы, рамы, рамы, золотые, черные, коричневые, прямоугольники, квадраты, овалы, лица, сцены, обнаженные тела… Вы останавливаетесь, встряхиваетесь, садитесь на одни из стульев, предусмотрительно расставленных здесь, отдыхаете. Но через несколько минут энергично поднимаетесь и идете дальше. У вас нет времени, завтра вы уже не можете прийти, и вы добросовестно обходите зал за залом, чтобы осмотреть все. Но дело пошло еще хуже. Очень скоро повторяется то же самое — вы перестаете видеть!

Вам нужно уходить! Вам уже ничто не поможет — вы достигли предела зрительной восприимчивости. Но вы остаетесь — как же не осмотреть все?!

Наконец вы покидаете галерею, выходите на прозрачный воздух переулка, и у вас кружится и побаливает голова. Ночью вам приснятся золотые рамы. Они обступят вас со всех сторон, а с ними надвинутся прямоугольники и квадраты, лица и тела…

Потом дома вы вспомните поразившие вас картины, и будут, как правило, те, которые вы и раньше видели в репродукциях. Но вы не сможете отделаться от большого, не столько яркого, сколько грандиозного и чем-то даже тягостного впечатления, которое оставило в вас первое посещение знаменитого художественного музея.

Чуда проникновения в новый для вас мир искусства, чуда открытия этого мира не состоялось! Вы путешественник, видевший с борта корабля неведомую, огромную, прекрасную страну. Целый день перед вами проплывали ее берега, тысячи ярких огней, заманчивых построек, невиданных сочетаний красок и форм. Сойти на берег вам не удалось. Вы устали смотреть и утомлены, даже склонны думать, что там на берегу, за пределами видимого, ничего больше нет, что эта движущаяся мозаика и есть сущность страны созданной, чтобы ласкать ваш взор и наполнять время, отведенное для развлечений.

Не верьте первому впечатлению! Не прекращайте путешествия, стремитесь на берег, пробирайтесь вглубь! Эта страна доступна — только надо уметь войти в нее! Древние греки говорили: «Гомер каждому, и юноше и мужу, и старцу столько дает, сколько кто может взять».

Это вечное правило искусства.