12. Попутный ветер Вседержительности

12. Попутный ветер Вседержительности

Так или иначе в общем им мире живут те, для кого «есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется [121] жизнь», и потому в каждый такой миг надо уметь брать и взять от жизни всё [122], что она способна дать; и те, кто стараетсякаждый миг жить так, как дoлжно жить всегда, будучи полномочным представителем Вечности на Земле. Они действительно ведут себя в жизни по-разному: первые большей частью — так, «как все» в безразлично [123]-автоматическом обществе, а вторые большей частью — иначе. И даже, казалось бы, участвуя вместе в одних и тех же делах общества, в действительности они пребывают в качественно отличных друг от друга видах деятельности.

И уже в этой жизни между ними лежит граница, непроходимая для временщиков, но проницаемая для сопричастных вечности; и вечность входит в поток суеты, оставаясь невидимой для временщиков, как , остается невидим в чистой воде. Эта граница пролегает не во времени и не в пространстве. Она пролегает в деятельности и бездеятельности каждого, кто живет на Земле. Эта граница разделяет концепции организации жизни общества как единого организма. И хотя на первый взгляд в истории прослеживается концептуальное разнообразие, но в действительности каждая из множества известных исторически частных концепций выражает более или менее ярко и чисто одну из двух генеральных концепций:

· Высший промысел ведёт [124] цивилизацию к тому, чтобы вся без исключения деятельность индивидов в ней, во всех частотных диапазонах благостно протекала («Слава в вышних Богу, мир на земли и в человецех благоволение…» [125]) на основе построения внутренне не напряженных систем отношений между всеми членами общества, что обеспечивает каждому из них свободу творить Добро.

· Противники этой генеральной концепции строят иерархически организованные системы прямого и опосредованного принуждения и программирования поведения как индивидов, так и коллективов, порождая в общественных отношениях разнородную напряженность.

Если сторонники первой сеют во всякое время (настоящее для каждого из них) семена, на протяжении всей истории прорастающие будущим (по отношению к историческому времени жизни каждого из них), в котором необратимо находят воплощение те или иные идеалы, свойственные избранной ими Промыслительной концепции; то её противники не в состоянии даже прийти к общности целей, но общими для разных их партий (мафий, кланов, семей) методами пытаются смять данное им Свыше настоящее, чтобы вылепить из него вожделенное для каждой из их партий [126].

Изнасиловать и измять настоящее, дабы слепить из него вожделенное, — это то, что объединяет всех противников Промысла вне зависимости от того, что для каждой из их партий (мафий, кланов, семей) вожделенно то, что неприемлемо всем прочим, и не всё ими вожделенное является объективным злом. Вследствие отсутствия единства целей они воюют не только против Промысла (кто целеустремленно, а кто и в нравственно обусловленной разнородной слепоте своей), но и месят друг друга, воюя между собой, подавляя и разминая всё, что не в силах этому противиться, дабы вылепить потом свой идеал или же то, что получится.

Но возможности Объективной реальности неизмеримо мощнее возможностей каждого из них и их коалиций, и потому Жизнь при воплощении в неё Промысла сминает и их самих, и их поделки. А если кто-то из них в силу каких-то причин отказывается от метода прямого и непосредственного насилования Жизни, то, будучи носителями «Я-центричного» мировоззрения, они не в состоянии развернуть эффективную деятельность на основе принципа построения внутренне не напряженных систем, поскольку не имеют возможности свое «Я-центричное» мировоззрение, не сообразное Объективной реальности, утвердить в обществе в качестве господствующего [127], так как в обществе распространяются и иные разновидности «Я-центризма», а также и более мощные мировоззренческие системы.

Соответственно тому, что в жизни цивилизации одновременно осуществляются две взаимно исключающие одна другую генеральные концепции организации жизни общества, все действия и бездействия, которые способен осознано и бессознательно совершать индивид на протяжении всей своей жизни, принадлежат к трём различным категориям:

· Те, которые концептуально безразличны в силу разных причин (обусловленность внесоциальными процессами или уровнем развития общества в данную историческую эпоху) и могут принадлежать деятельности, осуществляемой и в той, и в другой генеральной концепции. Примерами такого рода сознательной и бессознательной деятельности является почти всё то, что обусловлено биологией вида Человек разумный, а также и такие общественные процессы как производство на основе общественного объединения труда, невозможность жить без которого обусловлена реальной нравственностью и духовностью цивилизации (различие между концепциями в том, на какие цели ориентировано производство и какими средствами осуществляется управление производством и распределением произведенного).

· Те, которые во всех без исключения обстоятельствах выражают либо ту, либо другую генеральную концепцию. Так, установление монополии на Знание с целью создания зависимости от “знахарей”-монополистов остального общества во всех случаях выражает противную Промыслу концепцию. То же касается и кредитно-финансовой системы со ссудным процентом (ростовщичество индивидуальное и корпоративное банковское, включая международное, и поддержка ростовщической мафии населением имеющимися у него свободными средствами, вложенными в банки и “ценные” бумаги), порождающей рабовладение на основе финансового диктата. Организация и соучастие в производстве и сбыте “пищевого” алкоголя и прочих дурманов, их потребление — тоже работа против Промысла.

· Те, которые в зависимости от стечения сопутствующих обстоятельств оказываются либо концептуально безразличными, либо выражают какую-то одну из двух генеральных концепций. Так строительство жилья необходимо, но если размеры жилья таковы, что семья не в состоянии управляться с повседневными делами в своем доме без профессиональной прислуги или замещающих её «бедных родственников», то построив такой “дворец”, она идет против Промысла, чем бы ни пытались оправдаться её члены; но если размеры жилья недостаточны и потому стесняют несколько поколений одной семьи, препятствуя их совместной жизни в ладу и взаимной заботе друг о друге (а именно это необходимо для правильного личностного становления детей, и в каковом качестве семью нескольких поколений не может заменить никакой общественный институт), то это тоже против Промысла [128].

Именно вследствие такого разделения на три категории всякой повседневной деятельности, в общем-то доступной всем и каждому, предложение заняться , дабы освободиться от диктата и программирования поведения в обход контроля сознания со стороны противников общественной инициативы, предложенной в Едином Завете, и не является абстракционизмом, оторванным от реальной жизни, поскольку сообразное и соразмерное Объективной реальности мировоззрение позволяет каждую возможность действия и бездействия в повседневной жизни самостоятельно в заблаговременно соотнести с допустимостью либо недопустимостью действия по отношению к избранной генеральной концепции в зависимости от конкретного стечения обстоятельств.

То есть на вопрос «что делать?», каждый должен уметь отвечать себе сам, осмысляя данное ему в Различение на основе мировоззрения триединства материи-информации-меры.

Дело не только в том, что низкочастотные процессы являются объемлющими и фоновыми по отношению к высокочастотным. Дело в том, что многие низкочастотные процессы складываются из непродолжительных самих по себе тактов, содержащих в себе какую-то законченную совокупность действий, порождающих промежуточный результат в неком продолжительном их объемлющем процессе. В каждом таком такте могут быть весьма краткие действия и паузы между действиями: как короткие, так и продолжительные паузы, охватывающие жизни многих поколений.

И только генеральных концепций и позволяет слагать в преемственности поколений желательные низкочастотные продолжительные процессы из непродолжительных тактов повседневной деятельности множества людей; и точно также оно позволяет сдерживать, разрушать течение нежелательных процессов или преобразовывать их в желательные, внося в их течение что-то, им прежде не свойственное.

Результаты такой продолжительной деятельности, слагаемой из множества коротких тактов, могут быть весьма большими как при личностном масштабе рассмотрения, так и при общественном в целом масштабе рассмотрения. Начнем с личностного:

Если Вы ежедневно читаете с соображением по пять страниц в день, то за 365 дней Вы способны прочесть и понять 1825 страниц [129] текста.

Возможно, что Вы в текущей суете своих дел не найдете свободного времени, чтобы в один присест прочитать книгу в 1000 страниц. Но почти всякий способен найти время [130], чтобы прочитывать по 5 страниц в день и осмыслять прочитанное, не забывая того, что прочитал ранее, и сопоставляя прочитанное с тем, что непосредственно ощущает в себе и вокруг себя. Это реально: для этого необходимо всего на один час меньше смотреть телевизор, или не просиживать с пустобрехами за бутылкой пива, или отказаться еще от какой-нибудь ерунды. Но такая реальность уже принадлежит низкочастотному процессу по отношению к физиологически аналогичному прочтению детектива или какого-то иного чтива, предназначенного для того, чтобы убить свободное время по дороге на работу или на дачу в автобусе или электричке; то же касается и публицистики «на злобу дня».

Последствия прочтения могут быть разными: прочитанный когда-то детектив или острейшая публицистика «на злобу дня», которая звала «что-то [131] делать» «прямо сейчас», через год забудутся, будучи намертво погребенными в глубинах памяти под пластами развлекательного чтива, прочитанного позднее, последующих публикаций «на злобу дня» и информацией текущей повседневности. Это пройдет без особых последствий для Вашей жизни, если пренебречь тем , что Вы по-прежнему будете рабом никчемной суеты.

Вспомните судьбу той публицистики, что волновала Вас и многих во второй половине 1980-х, отзываясь на которую, толпы устремились неведомо куда [132], не понимая ничего в продолжительной перспективе происходящего, а в получилось то, что есть ныне. Тогда многие тоже рвались «что-то делать» «прямо сейчас», а сценаристы-постановщики общественных бедствий и трагедий находили, кому из них и что делать в соответствии со сценариями, адресуясь к их реальной нравственности, устремлениям и готовности делать то, что они уже умеют: от праздно болтать, завораживая остальную толпу, до стрелять на поражение.

Постоянно возбуждаемые публицистикой и ситуациями-раздражителями их автоматизмов поведения, застигнутые врасплох обыватели не находили времени для того, чтобы заняться , дабы превзойти в способности управлять течением событий сторонников неприемлемых им концепций и вести себя на иной мировоззренческой основе концептуально целесообразно, укладывая свои действия в матрицы-сценарии течения приемлемых им продолжительных (низкочастотных) процессов. С тех пор так много можно было сделать, что мы бы все уже жили в гораздо лучшем и благоустроенном обществе и мире, нежели те, что имеют место быть сейчас, если бы хотя бы половина всех “активистов”-суетистов не суетилась, а спокойно, не взирая «на злобу дня», ежедневно поставляемую озлобленной журналистикой, занялась своим и проистекающей из мировоззрения деятельностью в порядке осуществления общественной (коллективной) инициативы на принципах построения внутренне не напряженных систем отношений между людьми.

Но они в своем большинстве не обращали и не обращают внимания на то, что ситуации-раздражители их автоматизмовповедения создавались и создаются целенаправленно, вследствие чего каждый из них фактически мало отличим от дистанционно управляемого “лунохода”, а все они вместе бoльшую часть срока их жизни образуют стада “луноходов”, бессмысленно — с точки зрения человечности — вытаптывающих просторы родной планеты.

Если алгоритм поведения, активизированный “злободневной” ситуацией-раздражителем, по прошествии какого-то времени оказывается неэффективным для осуществления их безосновательных надежд и устремлений, то для подавляющего большинства это открывается внезапно. За разочарованием такого рода следуют взрывы эмоций или депрессия (отсутствие сил и эмоций) и попытки переключиться либо на какой-то другой алгоритм бессмысленного автоматического поведения, либо на внешнее управление со стороны вожделенного ими вождя — “доброго пастыря”. Хотя, если бы они думали (что значит, воображали конкретно в своем внутреннем мире течение событий в Объективной реальности, в которых они участвуют, — а для этого и необходимо сообразное Объективной реальности мировоззрение, построение которого в себе они считают оторванным от жизни абстракционизмом, мешающим им “жить” «прямо сейчас»), то — в подавляющем большинстве случаев — непригодность алгоритма для осуществления желанного открывалась бы им задолго до начала его бессмысленно автоматической отработки в ситуациях-раздражителях.

И это заблаговременное открытие, — обусловленное эффективным мировоззрением, — дало бы каждому из них возможность не поддерживать те процессы, которые они реально поддержали своею деятельностью или бездеятельностью, а творчески поддержать другие процессы, которые бы принесли другие плоды [133].

И в этом случае, индивиды, каждому из которых Свыше дана свобода выбора линии поведения, а также и общества таких индивидов, не оказывались бы в стрессовых обстоятельствах, аналогичных тем, что ныне переживает «СНГ», а в историческом прошлом раз в пятьдесят лет (а то и чаще) переживала Россия — региональная цивилизация.

Но и после всех этих многолетних бедствий и общественных неурядиц предложение заняться для них неприемлемо потому, что они якобы хотят «что-то делать» «прямо сейчас» и не желают “попусту тратить время” на то, чтобы обрести в себе основу для происходящего. А именно это и необходимо делать «прямо сейчас» так, чтобы всегда было хорошо, поскольку в противном случае придется лежать подобно слепому, глухому, мертвому камню в кладке социальной пирамиды, как то изображено на долларовой макулатуре.

Но в России-СССР такими были не все. Другие, посмотрев на начало всей реформаторской суеты, определили для себя: когда это всё изойдет на нет, то в обществе должно уже быть развито то мировоззрение и миропонимание, на основе которых оно сможет жить, а для этого необходимо работать, сотворяя то, что станет основой будущего общества. И, дабы дать обществу такую основу, они спокойно уже тогда (а оно в те времена представляло собой «прямо сейчас») занялись и деятельностью в порядке осуществления общественной инициативы, не взирая «на злобу дня»: ни в дни ГКЧП, ни в дни беловежских соглашений и “отречения от престола” М.С.Горбачева, ни в дни мартовского 1993 г. противостояния Верховного Совета РСФСР и Президентской администрации, ни в дни расстрела московского Белого дома в 1993 г., ни в дни августовского 1998 г. падения курса рубля.

Всё это время они занимались деятельностью, поддерживающей и порождающей продолжительные (низкочастотные) процессы в русле общественной инициативы, предложенной в Едином Завете. И в результате этой каждодневной деятельности будут не только промежуточные итоги, но и неискоренимые, необратимые достижения.

Тем из них, кому было что сказать другим людям, хватало двух-трех часов в каждый день для того, чтобы написать несколько страничек. По мере того, как они росли мировоззренчески, их общественная инициатива набирала силу и — при поддержке Свыше — наращивала свои возможности эффективного воздействия на течение событий, распространяя свою дееспособность на всё более высокочастотные диапазоны процессов. В результате то, что было написано в течение нескольких лет в темпе по нескольку страничек в день, было издано и стало составляющей Русской культуры и достоянием всех заинтересованных лиц.

Так общественная инициатива на принципе построения внутренне не напряженных систем, вбирая в себя многих, достигла того, что к настоящему времени сложилась целая библиотека [134], ссылки на основные произведения которой даны и в настоящей записке.

И это — один из необратимых результатовобщественного в целом масштаба деятельности в русле Единого Завета общественной инициативы, ибо что написано пером — не вырубишь топором, даже если бы это был топор палача или топор войны. И как изрёк А.С.Пушкин: «невозможно перекупить влияния обнародованной мысли».

Какие еще доказательства эффективности общественной инициативы, предложенной в Едином Завете и действующей на основе принципа построения внутренне не напряженных систем отношений между индивидами, необходимы для того, кто ощущает течение жизни и способен думать, не будучи убежденным злодеем?

И если в Ваши руки «прямо сейчас» попадёт достойная книга, то за год вдумчивого чтения по 5 страниц в день, она способна открыть перед Вами пути к таким мировоззренческим высотам и просторам, которые и не грезились тем высшим посвященным в нечто (сути чего они не понимают, поскольку всякое посвящение ограничено, а над всякой системы посвящений еще есть оккультные внесоциальные хозяева [135]), о которых назидательно писал Е.Гильбо, ничего не сообщая по существу, но предлагая начать процесс альтернативного посвящения “прямо сейчас”: «сегодня, во всяком случае, не позднее конца 1999 года. Кто не успел, тот опоздал».

Обрести благую долю в вечности никогда не поздно: пока человек жив и, пребывая в сознании, способен мыслить, — он не опоздал [136]. Но идти или взлетать к этим высотам и просторам каждому всё же придется самому, своим единоличным трудом, и никто не сделает за него того, что может сделать только он сам:

Собственное мировоззрение, миропонимание — это те продукты единоличного труда, которые невозможно отторгнуть у других ни принуждением, ни хитростью, ни купив в готовом к употреблению виде. С другой стороны, их невозможно ни подарить другому по своей воле, ни продать, ни навязать какой бы то ни было силой или внедрить в психику в обход сознания.

Выстроить свое мировоззрение и миропонимание — это то, что каждый может сделать для себя только сам. Другие могут только указать ему на такую возможность, объяснив свое видение и понимание, и не более того. И если он последует этой возможности, то он сможет помочь другим совершить такое же и сделать многое другое.

Тем не менее многие эмоционально (и, казалось бы, бессмысленно) реагируют «на злобу дня», которая постоянно выдергивает их из продолжительных (низкочастотных) процессов, осознанно удерживаясь на гребне которых, только и можно пройти через «злобу дня», не будучи ею захваченным, остановленным, опрокинутым. Поскольку это связано с эмоциональной реакцией на происходящее, то мы приходим к вопросу об эмоциях, так или иначе свойственных человеку в его поведении.

Мировоззрение триединства материи-информации-меры открывает совершенно иное видение вопроса об эмоциях, хорошем либо дурном настроении. И это видение просто невыразимо в традициях психологических школ как Запада, так и ведически-знахарского Востока, вследствие того, что в их мировоззрении информация не объективна, а субъективна [137] либо к ней не выражено определённое отношение.

В мировоззрении же триединства материи-информации-меры вопрос об эмоциях в поведении человека оказывается неразрывно связанным с двумя другими вопросами, рассматриваемыми изолированно друг от друга большинством психологов и психиатров:

· во-первых, это вопрос соотношении сознательных и бессознательных составляющих ;

· во-вторых, это вопрос об объективной — истинной, а не декларируемой и не показной нравственности индивида.

В мировоззрении триединства материи-информации-меры «эмоции + истинная объективная нравственность + сознательные и бессознательные составляющие процесса мышления» предстают как единый алгоритмический комплекс, обрабатывающий объективную информацию как ту, что поступает от органов чувств (телесных и биополевых — духовных), так и ту, что хранится в памяти. Именно в этой триаде, представляющей собой единый алгоритмический комплекс преобразования информации, вырабатывается внутреннее и внешнее поведение всякого индивида.

Для того, чтобы «иметь жизнь и иметь её с избытком» [138], а не