Александр Бобров ГОЛИЦЫНСКИЙ СВОД

Александр Бобров ГОЛИЦЫНСКИЙ СВОД

1.

Солнце покуда не тронуло вод —

Воздух лишь, к солнцу смещенный.

Я начинаю Голицынский свод,

Только тебе посвященный…

Только улыбке родной и любви,

Той, что внезапно настигла.

Эти призывные взоры твои

Колют, как острые иглы.

Иглы у елок пушатся опять —

Это весна подступила.

Речку времен поворачивай вспять:

Есть в тебе вечная сила!

2.

Веял ветер над скудным жнивьем,

Навевал по проселкам угрюмым:

"Мы стареем быстрей, чем живем", —

Что-то есть в этом выдохе мудром.

Средь бессониц и сонмища дел,

Под ветвями, что мрачно нависли,

Ворон искоса как-то глядел,

Одобряя осенние мысли.

Дальше — сумерки, тишина

И снега по всему Подмосковью,

Но опять возвернулась весна

Не с желаньем любви, а — с любовью.

Я за это всю мудрость отдам.

Старый ворон снимается с криком.

Верю смеху, припухлым губам

И глазам твоим полуприкрытым.

3.

Стою один на стареньком вокзале,

Уже светло, но не погашен свет.

Я различаю призрачные дали

С вершины пережитых бурных лет.

Они ветрами русскими продуты.

Я даже и не знал, что так люблю…

Быть может, это — лучшие минуты,

А я их по привычке тороплю.

4.

На Пушкинской площади средь суеты

Я понял внезапно и косно:

Никто не приносит поэту цветы

Не в дни юбилея, а просто -

В порыве влюбленности или в тоске.

Луна отражается в луже.

Твердят, что бездушные люди в Москве…

Бездушные? Думаю, хуже!

Никто не цитирует пушкинских строк,

Другое растет поколенье,

Но я от тебя возлагаю цветок

За чудное наше мгновенье.

5.

Я пребываю в какой-то прострации,

Не различаю поселков и сел.

Что хорошо? — по дороге от станции

На подворотне названье прочел.

Я понимаю, что век сей практический

Вечно юлит и поэтому злит.

Только проспект наш Коммунистический

Светлое будущее сулит.

6.

Отгремели державные годы,

Отзвенели хоров голоса.

Наши песни — ушли в переходы,

На поверхности — только попса.

Под землей вспоминают "Землянку"

И "Дороги" сурово поют,

Допоздна и почти спозаранку

Выдают мелодичный салют.

На эстрадах и телеэкранах,

Где тусовочный важен успех,

Не поют о победах и ранах,

Ну а если поют — не о тех.

Но поделки не трогают души,

Мы подымем стихи из темна:

Ведь недаром во имя "Катюши"

Ты, любимая, наречена!

7.

Не подходят к тебе никакие оценки,

Никакой твой вопрос не покажется прост.

Меньше свеч и лампад возжигается в церкви,

Потому что Великий свершается пост.

"Мы грешим?"

Да, грешим. Нет иного ответа.

Опьяняюще волосы пахнут твои.

Но куда же уйти от святого завета,

От воспетой в псалмах и преданьях любви.

Там другая любовь?

А какая другая? —

Ничего не пойму и не в логике суть.

Я целую подошвы твои, дорогая,

За великий, за женский, за праведный путь!