Юрий Кузнецов "С РОССИЕЙ ОСТАЛСЯ ПОЭТ…"

Юрий Кузнецов "С РОССИЕЙ ОСТАЛСЯ ПОЭТ…"

ЯВЛЕНИЕ ПОД ОЛИМПОМ

Крытый именем Боговой матери,

Есть один под Олимпом шалман.

Там встречаются правдоискатели,

Осквернители-гробокопатели,

Исторические толкователи.

Не поймёшь: кто дурак, а кто пьян.

И явилась на чёрную пятницу,

Как из бездны, бледна и страшна,

Баба — дура по самую задницу.

— Я Россия! — сказала она. —

Деревенская ли, городская ли,

Дня прожить не могла без вранья.

Все собаки на западе лаяли,

Если дул ветерок от меня.

Ваша правда, о правдоискатели!

Я пропала. Ищите меня!

Ваша воля, о гробокопатели!

Вы живьём закопали меня.

О бессмысленные толкователи,

Вы толкуете мимо меня…

А катитесь все к чёртовой матери!

Поминайте, как звали меня…

Крытый именем Боговой матери

Был шалман, а теперь его нет.

Покатилось всё к чёртовой матери…

А с Россией остался поэт.

СЧАСТЛИВЫЙ АКИМ

В лес пустился за счастьем Аким-простота.

А в лесу глухомань, а в лесу духота,

Неприветливый воздух сгустился.

Зги не видно. Аким заблудился.

Бес прикинулся пнём,

и расшибся Аким

И упал… И гроза разразилась над ним.

Заприметила молния беса —

Вспыхнул пень среди тёмного леса.

Оклемался Аким: пень горит перед ним,

А над пламенем плавает призрачный дым,

И виденья, плывущие в дыме,

Отзываются дрожью в Акиме.

Он руками схватил этот дым наугад.

О, как радостно руки на солнце блестят!

Его руки счастливые машут,

Его ноги весёлые пляшут.

Удивился Господь: "Эх, Аким-простота!

Знал бы ты, что в руках у тебя пустота,

Не махал бы на Бога руками…" —

И послал ему птицу с дарами.

И спустилась та птица с небесной горы,

И рассыпала перед Акимом дары,

И над ним заметалась кругами:

"Простота! Что се топчешь ногами?

Эти Божьи дары не имеют цены,

Как сияние солнца и отблеск луны!.."

Но едва ли Аким замечает,

Что он топчет, и так отвечает

На сияние солнца и отблеск луны:

— Не возьму я даров: мои руки полны.

И готов я плясать до упада —

Ничего мне от Бога не надо.

АНЮТА

Придите на цветы взглянуть,

Всего одна минута!

Приколет розу вам на грудь

Цветочница Анюта.

Забытая песенка

Эта жизнь — всего одна минута,

Да и та проходит без следа.

Где она, цветочница Анюта?

Я её не видел никогда.

Жизнь моя давно идёт к развязке,

Подавая знак средь бела дня.

Это не Анютины ли глазки

В чистом поле смотрят на меня?

Это не она ли Бога просит

Отпустить её на малый срок?

Слышу ясно — как рукой подносит

С того света чистый голосок.

Я лежу, усыпанный цветами,

Запах розы издали ловлю:

Он сулит мне скорое свиданье

С той, кого, не ведая, люблю.

Придите на цветы взглянуть,

Всего одна минута!

Положит розу вам на грудь

Та самая Анюта.

СОСНА

Я люблю смотреть в ночное небо.

Вон звезда проносится во мгле,

И жену земного ширпотреба

Пригибает, как траву, к земле.

Женщина меня не понимает,

Снятся ей совсем земные сны.

Это ли ей душу поднимает

Ну хотя бы выше той сосны?..

Ночь стоит за звёздным частоколом.

Петухи и бабы верят снам…

Что у баб шумело под подолом,

Петухи вещали по утрам.

Били в бубны молодые игры,

Страсть качалась грудью и бедром.

Там, где бабы выпускали иглы,

Мужики рубили топором.

У мужской печали есть резоны:

Девки были больно хороши.

А отколь взялись дурные жёны,

Это тайна сердца — не души.

А душа тоскует по простору

И звездой проносится во мгле…

А сосна шумит родному бору,

Хоть его давно нет на земле.

АВТОПОРТРЕТ

Я проснулся на портрете

И раскрыл глаза.

Виды есть на этом свете,

Только жить нельзя.

Снились мне иные дали.

Где они сейчас?

— Где бывали? Что видали? —

Я спросил у глаз.

— Во своясях мы бывали, —

Говорят глаза, —

И такое мы видали,

Что забыть нельзя…

Где глаза мои бывали,

Я бывал не раз.

Что глаза мои видали,

Вижу, как сейчас.

Не ужасную Медузу,

Не любовь-змею,

Не рыдающую Музу —

Вижу смерть мою.

Хороша она собою

И души милей,

Только выглядит слепою…

Не мигнуть ли ей?

СЛЕПОЕ ПЯТНО

Пятно — предатель ближних глаз,

Его зовут слепым.

Предатель блещет среди нас

Отсутствием своим.

Его отсутствие косит

И со смешком гнусит:

"Через меня иль сатану,

Но попустил Господь

Скосить великую страну:

И дух её, и плоть".