ГРАБОВОЙ

ГРАБОВОЙ

Хронология событий подтверждает наличие политического заказа по изложенному делу. Так, постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Г.П. Грабового было подписано через три дня после проведения в Москве Учредительного съезда политической партии ДРУГГ. Задержание Г.П.Грабового осуществлено спустя две недели после проведения этого съезда, на котором 300 делегатов представляли интересы жителей 73 регионов России. Публичное намерение Г.П.Грабового баллотироваться на пост Президента РФ (ч.1 и ч.2 ст. 32, ч.3 ст. 3 Конституции РФ) обернулось для него, таким образом, судебным приговором. Возбуждение уголовного дела в отношении Г.П. Грабового было осуществлено по мотивам, надуманным авторами публикаций в газетах «Известия» и «Комсомольская правда» о якобы данном им обещании воскресить детей Беслана. В соответствии с Российскими нормами права такое дело должно было возбуждаться и расследоваться по месту предполагаемого деяния, то есть в Беслане или по месту нахождения гостиницы «Звездная» (САО г. Москвы), где проводились научные семинары Г.П. Грабового. Однако в нарушение действующего законодательства (и это подтверждается материалами дела) предварительное расследование было поручено наиболее одиозному органу расследования, уже зарекомендовавшему себя в подобных делах, — прокуратуре ЦАО г. Москвы. Это, бесспорно, свидетельствует о нарушении закона о подследственности и производстве предварительного расследования, что установлено ст. ст. 151–152 УПК РФ. Данные факторы, наряду с многочисленными случаями нарушения процессуального закона при расследовании дела и его рассмотрении в суде, наряду с полным игнорированием обоснованных ходатайств, жалоб и заявлений обвиняемого и его адвокатов, подтверждают не уголовное, а именно политическое преследование Г.П. Грабового, его заказной характер, свидетельствуют о наличии уголовных репрессий за свободу и конституционные права человека в России. В данном случае репрессии учинены за выдвижение Г.П. Грабового кандидатом на пост Президента Российской Федерации. Факты причастности Г.П. Грабового к событиям, изложенным в клеветнических публикациях, не нашли своего подтверждения, само уголовное дело было возбуждено в отсутствии события преступления и при отсутствии в деянии Г.П. Грабового состава преступления (ст. 24 УПК РФ), что также выдаёт заказной характер этого дела.

В результате изложенных обстоятельств сформировалось противоправное правосудие, проведенное с грубым нарушением территориальной подсудности (ст. 32 УПК РФ) и других правовых норм… А результатом этого стало лишение Г.П. Грабового гарантированного права «на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которых оно отнесено законом» (ст. 47 Конституции РФ).

Вменяя в вину Г.П. Грабовому хищение денежных средств граждан путем обмана и злоупотребления доверием, следствием и судом не добыто совершенно никаких доказательств того, что он кого-то действительно обманул, что он у кого-то украл деньги и безвозмездно их присвоил. При том, что суд вменил Г.П. Грабовому вину в совершении преступления в составе организованной им преступной группы, никто из этой группы ни в обвинительном заключении, ни в приговоре не назван, а в чем заключается мошенничество, не сказано. Весь приговор построен на сплошных домыслах, догадках и предположениях, что не помешало приговорить подсудимого к 11 годам лишения свободы и невиданному по размерам штрафу.

Как записано в приговоре, все так называемые 11 эпизодов мошенничества, вменяемые Г.П. Грабовому, «совершены при неустановленных следствием обстоятельствах… с неустановленными лицами (стр. 1–2 приговора Таганского районного суда г. Москвы от 7 июля 2008 г.)». Именно такие и подобные записи делают похожим состоявшийся судебный приговор на акты внесудебных расправ эпохи объективного вменения и репрессий против политических противников прошлых времен. В отсутствие события и состава преступления судом предприняты действия по осуждению Г.П. Грабового также и по религиозным мотивам, что вообще выходит за рамки правосудия и правового поля России и международных норм о правах человека.

В частности, по всем эпизодам обвинения суд вменяет в вину Г.П. Грабовому распространение христианской религии и веры в воскрешение. «Потерпевшая… приобрела его книгу, прочитав которую поверила в то, что возможно воскрешение людей…» (стр. 23 указанного приговора суда). Это является не только нарушением ст. 28, ч.3 ст. 56 Конституции Российской Федерации, но и ст. 9 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (свобода мысли, совести и религии), но также лишает Г.П. Грабового права свободы выражения мнения, что подтверждает нарушение ст. 10 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд нарушил не только право на свободу мнения, совести и вероисповедания самого Грабового Г.П., но и права десятков миллионов верующих христиан и мусульман в России, последователей Г.П. Грабового. По сути, суд констатировал, что он отрицает основы христианской и мусульманской религий в России и осуждает за веру.

Фактически 73 региональных представительства политической партии ДРУГГ, поддержавшей политические и религиозные идеи Г.П. Грабового, были объявлены вне закона. В Уфе (Республика Башкортостан) были предприняты попытки направить регионального лидера в психиатрическую лечебницу. В Белгороде сотрудники УБЭП по инициативе УФСБ учинили погром в офисе с уголовным преследованием регионального руководителя. Подобные репрессии произошли в Томске, Москве, Калининграде, Новосибирске и других городах России.

Преступное безразличие и молчание органов государственной власти в отношении массовых нарушений прав человека и даже нежелание отвечать на тысячи обращений граждан достаточно наглядно характеризуют существующий режим России. Журналист «Новой газеты» Елена Милашина в 21 номере газеты от 27 марта 2008 года прямо заявляет: «…«добро» на арест Грабового два года назад было получено у самого Владимира Путина». В настоящем политическом преследовании было продемонстрировано тотальное использование государственных СМИ для распространения клеветы в отношении Г.П.Грабового и матерей Беслана, невзирая на письма и выступления общественной организации «Матери Беслана» в подтверждение того, что Грабовой Г.П. никогда не приезжал в Беслан и никогда не давал никаких обещаний родственникам пострадавших от теракта 1–3 сентября 2004 г. (в том числе не давал и обещаний воскресить кого-либо). Распространение этой клеветы и осуждение за изложенную в ней ложную информацию стало отличительной чертой данного дела.

Приведенные юридические факты и хронология событий подтверждают, что судебное преследование Г.П. Грабового состоялось в Таганском районном суде г. Москвы по политическим и религиозным мотивам. Это судебное преследование носит характер политических репрессий за конституционные права и свободы и свидетельствует о грубом нарушение Конституции РФ и международного права при осуществлении уголовного судопроизводства». На прессконференции были представлены для ознакомления участниками: Постановление о возбуждении уголовного дела от 20.03.2006 г; протокол Учредительного съезда политической партии ДРУГГ РФ от 17.03.06 г.; письмо Министерства юстиции РФ № 11/6-34 от 29.03.2005 г.; информация из Российской газеты от 03.05.2006 г. (Программа партии ДРУГГ РФ); обращение Председателя организации «Матери Беслана» С.П. Дудиевой; кассационная жалоба адвоката В.И. Сергеева на незаконный приговор Таганского суда гор. Москвы.

Участники мероприятия обратились в Международную Амнистию 1 Easton Street, London WC1X 0DW, UK Amnesty International с ЗАЯВЛЕНИЕМ «О признании Григория Петровича Грабового политическим заключенным, подвергнутым политическим репрессиям» и просили рассмотреть изложенные факты».

В.И. СЕРГЕЕВ, адвокат