«Герой Бородина, Москвы защитник…»

«Герой Бородина, Москвы защитник…»

«Герой Бородина, Москвы защитник…»

О ратных подвигах светлейшего князя Дмитрия Владимировича Голицына

Каждый раз, когда мне удаётся побывать в Эрмитаже, я стараюсь не обойти вниманием Военную галерею Зимнего дворца, запечатлевшую образы полководцев - участников Отечественной войны 1812 года.

В ряду прославленных героев Бородина, чьи портреты украшают галерею, неизменно привлекает своей выразительностью портрет князя Дмитрия Владимировича Голицына (1777-1844), исполненный художником Дж. Доу в 1820 году. На картине мы видим полководца в самом расцвете жизненных сил. Его общегенеральский кавалерийский вицмундир образца 1814 года украшают награды за военную службу. А их у него было немало: ордена Св. Александра Невского и Св. Владимира 1-й степени, орден Св. Георгия 3-го класса, серебряная медаль участника Отечественной войны 1812 г., а также иностранные награды: австрийский военный орден Марии Терезии 3-й степени, Кульмский крест, прусский орден Красного орла Большого креста и баварский военный орден Максимилиана Иосифа 2-й степени и другие.

Дмитрий Владимирович Голицын - наследник славного аристократического рода, многие представители которого доказали верность отечеству, пребывая на ратной службе. Голицыну, ранее сражавшемуся с наполеоновскими войсками в основном в Западной Европе, вскоре предстояло сразиться с французской армией на Русской земле.

В августе 1812 года генерал-лейтенант Голицын получил под своё командование кавалерию 2-й Западной армии князя Багратиона.

Подчинённая Голицыну кавалерия включала в себя 2-ю кирасирскую дивизию (из состава 8-го пехотного корпуса, 20 эскадронов, порядка 2800 человек) и 4-й резервный кавалерийский корпус (32 эскадрона и 12 орудий, порядка 4300 человек). Итого под командованием Голицына находилось более 7000 человек: 52 эскадрона и 12 орудий. В составе 2-й дивизии был и Орденский кирасирский полк, шефом которого был Голицын.

Уже 24 августа, в преддверии Бородинского сражения, Голицын повёл в бой приданные ему войска, о чём на следующий день главнокомандующий Кутузов доносил его императорскому величеству: "Армии ввёл я в позицию при Бородине в ожидании сил неприятельских на себя. 24-го числа с отступлением арьергарда к Кор-де-Баталь неприятель предпринял направление в важных силах на левый наш фланг, находящийся под командою Князя Багратиона. Видев стремление неприятеля главнейшими силами на сей пункт, дабы сделать таковой надёжнее, признал я за нужное загнуть оный укреплённым прежде сего возвышением. С 2 часов пополудни и даже в ночи сражение происходило весьма жаркое; и войска [?] в сей день оказали ту твёрдость, какую заметил я с самого приезда моего к армиям".

Неприятель, которого Кутузов не называет, - дивизионный генерал, князь Юзеф Понятовский, который вместе с приданным ему 5-м армейским корпусом войска Великого герцогства Варшавского, решил испытать на прочность левое крыло Русской армии. В корпусе Понятовского было в полтора раза больше человек - 10 тысяч, и в четыре раза больше орудий - 50. Далее в рапорте Кутузов отмечает войска Голицына:

"Вторая же кирасирская дивизия должна будучи даже в темноте сделать последнюю из своих атак, особенно отличилась, и вообще все войска не только не уступили ни одного шага неприятелю, но везде поражали его с уроном с его стороны. При сём взяты пленные и 8 пушек, из коих 3 совершенно подбитые, оставлены на месте".

Сам Голицын на протяжении всего боя находился в гуще сражения, разорвавшимся рядом с ним снарядом под ним убило лошадь, его адъютанты были ранены. Но самого генерала вражеская пуля миновала. Он получил благодарность Кутузова.

А ранним утром 26 августа началось Бородинское сражение. И вновь Наполеон основной удар направил на левый фланг русских войск. И вновь Голицыну пришлось быть в гуще событий, отражая натиск французской армии.

Адъютант генерала Милорадовича Фёдор Глинка был непосредственным участником боя и одарённым литератором. В конце 1830-х годов увидели свет его "Очерки Бородинского сражения", названные В.Г. Белинским "единственной книгой на русском языке, в которой один из величайших фактов отечественной славы рассказан так живо, увлекательно и так общедоступно!". Подвигам князя Голицына отведено в этой книге особое и почётное место. Первый эпизод иллюстрирует кровопролитный бой за Семёновские флеши, впоследствии названные Багратионовыми, так как  именно их обороняла армия Багратиона:

"Посмотрим ещё вокруг себя. Вот 1-й корпус кавалерии генерала Нансути; он занимает пространство между войсками Нея и одним пехотным каре против сожжённой деревни. Этот корпус[?] бьётся с полками кирасир русских, которые ещё раз пытаются отнять позицию при деревне семёновской. Какая картина! Реданты Семёновские на минуту захвачены французами. Кутузов тотчас велит поставить новую боковую батарею в 25 пушек. Она приведена в соединение с другими и, крестя поле, режет французов продольными выстрелами по фронту и в тыл. Ядра пронизывают ряды. Между тем реданты опять в руках русских, и вот Мюрат мчится впереди, и за ним целый разлив его кавалерии. Он наезжает прямо на реданты, а Голицын с кирасирами объезжает его прямо с боку и в тыл. Как они режутся! Какая теснота! Конница топчет раненых; трупы дробятся под колёсами артиллерии. Живые конные стены сшибаются, трещат и, под грозным гулом пальбы, при страшных криках, среди лопающихся гранат, без памяти хлещутся палашами и саблями. И вот (я боюсь, чтобы вы не закричали ура!) наша конница расшибла французские эскадроны: они мешаются, кружатся, бегут[?]".

Когда читаешь описание Бородинского сражения, обращает внимание на себя то, как описано участие в нём Голицына. Вот гренадерские батальоны "отстаивают" батареи, вот генерал-лейтенант Тучков "отбрасывает поляков", а Коновницын "отбивает" редуты. А Голицын не просто бьётся, он "врубается" во французскую конницу. За участие в Бородинском сражении Голицын был награждён орденом Святого Георгия 3-й степени.

Один из ярких эпизодов следующего, победного для России этапа Отечественной войны с участием Голицына - сражение 3-6 ноября под городом Красный (ныне посёлок, Смоленская область), итогом которого стал разгром арьергарда Великой армии Наполеона. Именно в Красном Русская армия под командованием Кутузова настигла отступающую армию Наполеона, понёсшую потери, сравнимые с битвой при Бородине.

В журнале боевых действий за эти дни, предоставленном Кутузовым императору, читаем: "Армия, следуя кратчайшим путём в направлении к г. Красному, чтобы пресечь путь сильному неприятелю, 5 ноября двинулась на поражение его. Генерал Милорадович со 2-м и 7-м пехотными и 1-м кавалерийским корпусами, находясь скрытно при большой дороге у деревни Мерлино, допустил корпус Маршала Даву приблизиться к Красному; в то время 3-й корпус и 2-я кирасирская дивизия, составляющие центр всей армии под командою генерал-лейтенанта князя Голицына, подходили к г. Красному. Неприятель, видя приближение войск, остановился перед сим городом и приготовился к бою. Тогда действие артиллерии нашей открылось со всех сторон[?] Генерал Милорадович теснил неприятеля с тылу, когда генерал-лейтенант князь Голицын поражал его с центра[?] Таковое тесное положение неприятеля побудило его на отчаянные меры, и он, сформируясь в густые колонны, хотел прорваться сквозь авангард генерал-майора барона Розена; но[?] были совершенно истреблены. Другие же неприятельские колонны, хотевшие овладеть батареею корпуса генерал-лейтенанта князя Голицына, были поражены 2-ю кирасирскою дивизиею и Ревельским пехотным полком. В сем случае Французской гвардии первый вольтижёрный полк совершенно был истреблён. [?]Неприятель, повсюду разбитый, обратился в бегство[?]".

И здесь хочется привести мнение непререкаемого авторитета в военной науке, известного историка Карла Клаузевица (участника Бородинского сражения): "Французская армия перестала существовать, а вся кампания завершилась полным успехом русских за исключением того, что им не удалось взять в плен самого Наполеона и его ближайших сотрудников[?]". Отрадно сознавать, что немалый урон французской армии нанесла сабля князя Дмитрия Голицына. Личным итогом Голицына стал орден Святого Александра Невского, пожалованный ему императором 13 января 1813 года.

В дальнейшем Голицын принимал активное участие в Заграничном походе Русской армии 1813-1814 годов. А 19 марта 1814 года император Александр Первый торжественно въехал в столицу Франции. Впервые за несколько столетий иностранные войска маршировали по парижским мостовым. Был среди победителей и князь Дмитрий Голицын, произведённый вскоре в генералы от кавалерии. Это был высший чин в кавалерии.

Немало орденов за свою жизнь получил Голицын - и российских, и зарубежных. Но кажется, что самой главной наградой стало назначение его генерал-губернатором Москвы в 1820 году. Как же ещё мог император Александр Первый  отблагодарить Голицына? Он дал ему Москву в полное распоряжение. Шаг очень символичный. Защитник Москвы стал её градоначальником.

Много, очень много сделал Дмитрий Голицын для восстановления Первопрестольной столицы после опустошительного пожара 1812 года. При нём (а он управлял Москвой почти четверть века) Москва буквально восстала из пепла. Наконец, именно тщанием Голицына и при его неустанном внимании был заложен и строился храм Христа Спасителя - главный памятник Отечественной войне 1812 года. Он, единственный за всю историю Москвы генерал-губернатор, стал светлейшим князем - честь огромная и редкая (к примеру, Кутузов стал светлейшим в самый разгар войны).

Александр ВАСЬКИН