Чемоданное настроение / Общество и наука / Общество

Чемоданное настроение / Общество и наука / Общество

Чемоданное настроение

Общество и наука Общество

Как втащить на главную площадь страны диван, чемодан, саквояж, картину, корзинку, картонку и маленькую собачонку

 

История с появлением на Красной площади гигантского чемодана от Louis Vuitton смахивает на детектив. С одной стороны, мировой гигант люкса божится (и нет повода ему не верить), что получил для своей акции все необходимые визы и согласования. А вот официальные органы, ответственные за главную площадь страны, всячески открещиваются от «самостроя». В этой связи бытуют три версии. Версия первая: посадка на Красной площади Матиаса Руста и появление там огромного чемодана — явления одного порядка. Вторая: раскрыта страшная тайна — Красная площадь не является режимным объектом. И, наконец, версия правдоподобная: официальные органы выдали владельцам чемодана все необходимые согласования, но после начавшейся шумихи сняли с себя всякую ответственность. «Итоги» решили разобраться, к кому обращаться, если в следующий раз на Красной площади появится сантехническое изделие размером с Мавзолей.

Профессионалы от event-бизнеса уверяют, что установка чемодана не могла состояться без Федеральной службы охраны и Комендатуры Московского Кремля. «Все, что происходит на охраняемой ФСО территории, к которой, вне всякого сомнения, относится Красная площадь, санкционируется именно в этом ведомстве, — делится с «Итогами» исполнительный директор компании «Единая дирекция культурно-массовых мероприятий» Андрей Гуревич. — В структуре этого ведомства работает так называемый политический отдел, который рассматривает обращения от организаций и частных лиц по поводу проведения любых акций на Красной площади. Именно там санкционировали съемки ряда голливудских фильмов, где есть эпизоды с Красной площадью, там же согласуют и все прочие мероприятия».

Совершенно понятно, что у человека с улицы шансов договориться с ФСО нет. Есть еще нюанс, который отметил в беседе с «Итогами» один из наших собеседников: «Судачат, что якобы разрешение на установку объекта было получено за откат, даже шутка в Сети появилась: за чемодан занесли чемоданчик. Но я больше чем уверен — ничего подобного не было. По собственному опыту работы с ФСО и другими государственными структурами могу сказать, что для них главное — грамотная презентация, в которой будет детально разъяснена культурная, общественная и историческая значимость мероприятия, прибыль от которого, как правило, отправляется на благотворительность».

Если вы грамотно обосновали и презентовали свою акцию в ФСО — это почти стопроцентная гарантия того, что мероприятие санкционируют. Дальше дело техники. Понятно, что к работам по возведению того или иного объекта на главной площади страны не привлекут сомнительного подрядчика — это будет профессиональная команда, действующая строго в рамках технического задания заказчика, работавшая на Красной площади не раз и не два. Это означает, что проверенный подрядчик, получив заказ, как правило, сам получает все необходимые согласования от пожарной инспекции, МВД и других многочисленных служб — главное, чтобы имелось принципиальное добро, скрепленное подписью кого-то из первых лиц ФСО.

Специалисты event-рынка полагают, что в случае с чемоданом имел место следующий алгоритм. Судя по всему, принципиальное добро от ФСО на возведение данного объекта получал лично председатель комитета по стратегическому развитию ГУМа Михаил Куснирович — влиятельный бизнесмен, имеющий в кремлевском истеблишменте давние и прочные связи. Именно его называют основным заказчиком скандальной инсталляции. В ФСО объект был презентован исключительно как выставочный павильон с акцентом на патриотизм. Дело в том, что конструкция на Красной площади — точная копия чемодана князя Владимира Орлова, начальника военно-походной Его Императорского Величества канцелярии, который генерал заказал в начале XX века у Louis Vuitton. Чемодан украшен российским триколором и инициалами P. W. O. (Prince Wladimir Orlov). Внутри павильона посетителей ожидала бы экспозиция, представляющая дорожные аксессуары знаменитых клиентов компании. Например, сундук-библиотека Эрнеста Хемингуэя, портплед танцовщицы Айседоры Дункан и сундук великого князя Кирилла Владимировича. Выручка от продажи билетов должна была уйти в благотворительный фонд Натальи Водяновой. Президент компании Louis Vuitton в Северной Европе Роберто Эггз заявил: «Этой экспозицией мы хотим продемонстрировать, что связи дома Louis Vuitton с Россией куда более давние и прочные, чем об этом можно было подумать».

Иными словами, презентация была выполнена филигранно — тут вам и историческое наследие, и культурная составляющая, и общественная значимость, и благотворительность. Более того, аналогичный по размеру зеркальный павильон от Dior, выстроенный на Красной площади этим летом, никаких неприятных ассоциаций у общественности не вызвал. Почему же не повезло Louis Vuitton? Как заявил «Итогам» один из обитателей Госдумы, все дело в том, что в нашей культурной традиции слово «чемодан» имеет исключительно негативную смысловую нагрузку. Начиная с одесского шлягера «А ну-ка убери свой чемоданчик» и русофобского лозунга «Чемодан — вокзал — Россия», заканчивая чемоданами компромата и чемоданчиком с откатом. Один из кремлевских апокрифов гласит, что скандал поднялся после того, как кто-то из местных небожителей поинтересовался, почему это некоторых сотрудников нет на рабочих местах, и услышал, что все фоткаются на Красной площади подле гигантского чемодана. Случилось страшное: большое начальство оказалось, мягко говоря, не в курсе. Остальное вы знаете: депутаты подняли шум, а все причастные и непричастные к скандалу чиновники хором заявили, что про чемодан слышат впервые. Вот характерный образчик бюрократического негодования: согласно заявлению Росреестра конструкция площадью 450 квадратных метров была установлена на главном земельном участке страны с нарушением законодательства. Красная площадь относится к землям неразграниченной госсобственности. Земельному участку под чемоданом кадастровый номер не присваивался, и по нормам ГК РФ участок не мог быть предоставлен в аренду.

Впрочем, у участников event-рынка нет никаких сомнений, что организаторы акции имели на руках все легальные разрешения на установку вышеупомянутого объекта. В ФСО ситуацию не комментируют, но в подтверждение этой версии один из бывших сотрудников ведомства на условиях анонимности рассказал «Итогам», как выдавалось разрешение на съемки фильма «Красная жара» со Шварценеггером в главной роли: «На нас вышли представители голливудских продюсеров и сказали, что одну из сцен фильма — финальную, предполагается снять на Красной площади. Мы потребовали сценарий, причем не только эпизода, связанного с российскими сценами, но и всего фильма. Было подписано несколько соглашений, в которых мы обязались не разглашать сценарий, а также обеспечить все необходимое для съемок. Наши долго боялись, согласовывали с первыми лицами, ведь это был первый случай, когда голливудский фильм снимался на Красной площади. И, надо сказать, многие были против — герой Шварценеггера в образе советского милиционера расстреливал людей без суда и следствия. Однако добро все же дали. Эпизод снимался три дня, за что было заплачено около трех миллионов долларов. Естественно, все проводилось официально, через бухгалтерию. Вообще договориться о съемках на Красной площади несложно, главное, чтобы были соблюдены все моменты, связанные с имиджем страны и самой площади».

Эта история поставила власти в глупое положение. Было бы проще признать очевидное: дескать, да разрешение на монтаж выдали честь по чести, а по поводу чемодана не дотумкали. Но столоначальники признают свои ошибки только по приговору народного суда. Видимо, поэтому и приняли соломоново решение, возбудив административное дело по статье «Самовольное занятие земельного участка». Цена вопроса — 20 тысяч целковых. Имена же «виновников торжества» мы узнаем через месяц-другой, когда указом президента на пенсию отправится парочка убеленных сединами генералов. В этой истории жальче всех французов — те хотели как лучше, а получили как всегда. Уже появился грустный анекдот: рентабельность инвестиций в Россию равна Красной площади поделенной на объем чемодана.

При участии Елизаветы Солововой