Москва. Кремль. Тов. Дементьеву, бурлаку

Москва. Кремль. Тов. Дементьеву, бурлаку

Владимир Бушин

26 декабря 2013 2

Культура Общество

Заметки по мотивам затянувшегося юбилея

Окончание. Начало - в № 50

Порой на Дементьева накатывает что-то необъяснимое. В самом деле, всю жизнь перебегая из одного служебного кабинета в другой, что повыше, десятилетиями ликуя и фонтанируя, пуская фейерверк и бренча орденами да рыцарским щитом, вдыхая розы и принимая букеты, однажды в лунную ночь поэт вдруг взвыл:

Я одинокий волк

Я не хочу быть в стае

А? Волк - в белых штанах и с красной бабочкой. Одинокий - в объятьях Кобзона, Церетели и Муси-Дуси. Всю жизнь чудно прожил в стае и уверяет, что это поневоле! А вот ещё ужасней:

В отчаянном броске

Хочу я встретить смерть.

И мой оскал ещё внушает страх.

Так и хочется сказать: - Андрюша, касатик, что с тобой, о чем ты? Я знаю тебя шестьдесят с лишним лет, и вот сотни две твоих фестивальных фотографий с улыбками до ушей - и нигде ни единого оскала И какой бросок - в Дворец съездов?

Видимо, в один из таких эпилептических приступов Дементьев подписал гнусное "Письмо 42-х", авторы которого после только что смолкших залпов расстрела парламента умоляли Ельцина "раздавить гадину" патриотизма до конца. И за прошедшие двадцать лет стихотворец не только не раскаялся в этом, а не так давно даже и защищал на страницах "Тверской газеты" как попытку "защитить молодую демократию" с лицом алкаша...

Но вернемся к упомянутой книге и порадуемся тому, сколь широк поэтический размах автора, если даже взглянуть на стихи только с географической стороны! "Встреча в Дюссельдорфе" "Во Франкфурте холодно" "Ночной Брюссель" "Брожу по майскому Парижу" "По Америке в такси" Прекрасно! Однако больше всего, естественно, вот о чем: "Приехавший в Израиль", "Я молюсь о тебе в иудейской стране", "Зимний Иерусалим", "Израильские пальмы", "Российские израильтяне", "Парижская израильтянка", "Израильский парижанин", "Парад в Иерусалиме", "Прощание с Израилем", "В будущем году - в Иерусалиме" И представьте себе, всё это написал бывший член Антисионистского комитета. Какая отрадная метаморфоза!

На этот великий концерт в День Героев во Дворце съездов и я и сам пошел бы, да дорогу забыл. Во-первых, там за два часа сразу можно было увидеть Геннадия Хазанова и Жасмин, Ларису Долину и Репей, даже одного поющего Маршала по имени Александр и много других прославленных артистов. Во-вторых, можно было услышать множество прекрасных песен. Их на слова Дементьева написано, пожалуй, больше, чем на слова Шаферана, Танича и Резника Ильи, вместе взятых.

Наконец, как сам юбиляр наверняка прочитал замечательные стихи. У него есть и о страданиях родины, и о бездарности власти - у него всё есть! Как можно без запаса на черный день? Например:

В беде моя Россия много лет.

Ведь к власти бездари приходят.

И нет уже доверия в народе

Ни к тем, кто лыс, ни к тем, кто сед.

Верно! Только хорошо бы назвать хоть одного лысенького или седенького.

В другой раз между двумя фейерверками у поэта вырвалось:

Пришли крутые времена

Авторитет России продан

Идёт холодная война

Между властями и народом.

Тоже в принципе верно. Только, надо бы пояснить, кем продан авторитет страны сперва на Мальте (Это, мол, мой друг Горбачёв), а потом в Беловежской пуще (Это, мол, тот, кого я просил раздавить гадину). А кроме того, какая же это "холодная война", если двадцать лет народ гибнет и гибнет в бесчисленных катастрофах, авариях, пожарах, наводнениях, а власть сидит и сидит. И пока не думает сматывать удочки.

У Дементьева есть стихотворение "Как важно вовремя уйти", написанное десять лет тому назад, но не потерявшее своей поэтической свежести и актуальности до сих пор.

Да ведь Дементьев вообще интересная, даже уникальная поэтическая единица. Его стихи дают богатую пищу для размышлений. У него, например, довольно часты переклички с другими поэтами. Их интересно проследить. Вот, скажем, строки Константина Ваншенкина:

Видя в небе некий знак,

В поздние писали годы -

Первым делом это Гёте,

Тютчев, Фет и Пастернак.

А почему писали? Известное дело - "женщина причина". И я, говорит, поэтому пишу. Прекрасно! Тем более, что, когда писал это, он был уже лет на пятнадцать старше трёх последних. Молодец! Вот и Дементьев:

В мои года уже стихи не пишут.

Но Гёте был постарше, а писал.

Ну, теперь-то уже не постарше. А главное, ничего гётевского, к сожалению, мне обнаружить не удалось.

Не беда, обнаружат другие.

Ваншенкин писал:

Я люблю тебя, жизнь,

И надеюсь, что это взаимно.

Дементьев тоже любит жизнь и взаимность:

Было всё в моей жизни взаимно

Например?

Люблю Иерусалим.

И чувствую взаимность.

Что ж, взаимность это во многих ситуациях хорошо, хотя и невозможно представить, чтобы и Пушкин написал о Петербурге хотя бы так:

Люблю тебя, Петра творенье,

И надеюсь, что ты уважаешь меня.

И не в силах я вообразить, чтобы, допустим, Лермонтов, воскликнув:

Люблю отчизну я,

тут же присовокупил бы -

И надеюсь, что это взаимно.

Но - кто без греха! Нельзя же требовать ото всех мастеров поэзии пушкинского понимания.

Как уже сказано, Дементьев не только непременный участник разных увеселений, но ещё и ужасно любит ходить по гостям. В этом он последовательно продолжает линию Павла Ивановича Чичикова, а может, Винни Пуха с Пятачком. Помните?

Кто ходит в гости по утрам,

Тот поступает мудро!

Но они, как и Чичиков, ходили к друзьям своего круга и уровня, к братцу Кролику, например. У Дементьева потребность иного уровня: "Я приехал в гости в Тютчеву". Потом заваливается к Пушкину, вломился к Лермонтову, ворвался к Толстому И так вплоть до Мандельштама. А они его приглашали? Никто! И как только не страшно! Даже если начал бы свои визиты с того, кто ближе по времени - с Осипа Эмильевича. Ведь тот наверняка сразу сказал бы:

- Андрей Дмитриевич, вы написали:

Господь одарил Мандельштама

Талантом влиять на слова

- Что вы имеете в виду? Назовите хоть одно слово, на которое я повлиял. В какую сторону? И что с ним стало? Голубчик, совсем не то: я пытался влиять не на слова, а на людей - словами. А вы ещё пишете, будто при этом я хотел,

Чтоб скучные млели от шарма,

А злые теряли права.

- Кто это - скучные и злые? Откуда вы их взяли? Соседи по квартире? А что ещё за шарм? Вы хоть понимаете, что означает это слово? Почему от него млеют и именно скучные? А какие права почему-то теряют из-за этого шарма злые - избирательные, родительские, водительские? В таком духе у вас и дальше:

Господь одарил Мандельштама

Талантом предчувствовать речь

- Какую речь? Чью? Товарища Сталина?

Где даже нежданная драма

Старалась надежду сберечь.

- Вы можете объяснить, что означает этот словесный конгломерат?

И рушился мир Мандельштама

Сквозь боль и растерянный взгляд.

- Так-таки именно сквозь взгляд и рушился?.. Знаете, любезный, позвольте вам выйти вон.

Я не исключаю такого разговора двух поэтов и такой финал.

А потом Дементьев нагрянул, допустим, к Фету.

- Да,- сказал бы Афанасий Афанасьевич, - прочитал я четыре полосы ваших стихов в "Литературке" за недолгое время. Отменно!.. А вы, между прочим, не из дворян?

Это пунктик у Афанасия Афанасьевича. Его отец А.П. Шеншин, дворянин, женился за границей на католичке Каролине Фет, православный обряд венчания не был исполнен, и потому в России брак и родившегося сына не признали законными. Поэт долгие годы потратил на то, чтобы стать Шеншиным и дворянином. А когда, наконец, стал, Тургенев написал ему: "Ну вот, у вас было имя - Фет, а теперь вместо него вы получили фамилию Шеншин".

Дементьев удивился бы вопросу, но у него был заранее приготовленный ответ:

Теперь все хвалятся дворянством.

Мой предок был из крепостных!

- Если из крепостных, а еще уверяете, что батрак, то почему так плохо русский язык знаете? - спросил бы Фет. - Ведь гены должны тут подсказывать и на язык работать, а они у вас почему-то работают на Израиль, как сами признаётесь. А как пишете о любви!

Я с любовью навеки повенчан

Велик запас моей любви

- Сказали бы ещё "велик ресурс". В другом вашем стихотворении я прочитал:

Золотого запаса

Мне время не намыло

- Вон вы о чём - о золотом запасе! Коллега Маяковский писал: "Мне и рубля не накопили строчки". Подумайте только: он о рубле, а вы - о золотом запасе, как председатель Госбанка Эльвира Набиулина... Дальше у Маяковского:

И кроме свежевымытой сорочки,

Скажу по совести, мне ничего не надо.

Вот - истинный поэт! А вы тоскуете о персональном золотом запасе. Стыдно, батенька. Стыдно!

А представьте себе Дементьева в гостях у Пушкина. Тот наверняка сказал бы:

- Вот прочитал у вас:

Поэзия превыше суеты

Верно. Только ведь я ещё когда сказал:

Служенье муз не терпит суеты...

С тех пор это стало общим местом. А у вас и дальше тот же пошиб:

Поэзия с небес нисходит в души.

Она - то "гений чистой красоты",

То отзвук бед

- Ну, сколько можно мурыжить моего "гения красоты"! Да и не мой он, я его у Василия Андреевича позаимствовал. Банальностей у вас невпроворот! Кроме моих, тут и замусоленные строки то Лермонтова об "одиноком парусе", то Тютчева о России, уме и аршине; тут и заезженная "дорога к храму", по которой, мол, надо непременно шествовать; и эксгумированный ныне Нострадамус; и вдруг нахлынувшие в русскую поэзию обитатели Небес - сам Создатель, и Христос, и бесчисленные ангелы порхают Но сколько бы вы ни писали о Небесах, сударь мой, всё равно видно же, что в прошлом вы были завотделом агитации и пропаганды ЦК ВЛКСМ, и, конечно, занимались там антирелигиозной деятельностью.

Тут Дементьев, надо думать, изумится: откуда, мол, знаете?

- Да это же не только пророкам видно, - ответит Александр Сергеевич. - Вот вы пишете:

В то утро Богу было недосуг

- Как это недосуг? Вы что? Бог всеведущ. Неужели это не знали в ЦК комсомола? А дальше просто кошмар:

В небе мерцают искры,

Словно там курит Бог.

- Это уж прямое богохульство! Творец с "беломорканалом" в зубах. Или с трубкой? Неужели от советских людей скрывали и то, что Бог некурящий? Он, может, когда и баловался - ведь и табак дело его рук, интересно попробовать, что получилось, но это было ещё до Ноева потопа. А потом Бог решительно завязал.

- А это что за чушь? -

Я продолжаю влюбляться в тебя

Так же безумно, как некогда Тютчев.

Так же неистово, как в Натали

Пушкин влюблялся в счастливые годы.

- Ну, во-первых, перлов безумства у вас, как сказал поэт, "меньше, чем у нищего копеек". Но что значит "влюблялся"? Сегодня влюбился, завтра разлюбил, потом опять влюбился. Так, что ли? Я влюбился в Наталью Николаевну раз и навсегда. Что вы мне навязываете свою амурную суетливость! А что дальше?

И полыхают над краем земли

Наши года, словно краски восхода

Я окунаюсь в царство красоты,

Где мы с тобою вновь помолодели

Как будто бы сиреневое пламя

Незримо опалило души нам и т.п.

О Господи, сколько велеречивой трескотни! Опять заёмное безумие неистовство пламя полыхание опалённые души царство красоты вечная молодость Густопсовая пошлость! И всё это - прикрываясь нашими именами. Это же беспардонная спекуляция именами классиков. Так что вас заставляет профанировать поэзию?

А совсем недавно Дементьев напечатал стишок, в котором очень сожалеет о том, что люди не знают день своей смерти. Вот если бы мы заранее знали!.. Ну, допустим, прислал бы ему апостол Павел SMSку: "Андрюша, раб Божий, ты сыграешь в ящик в 2015 году в Международный женский день 8 марта". И что? Просто непостижимо, как такая мысль могла родиться в столь светлой голове, читавшей же когда-то "Краткий курс"! Да тогда жизнь превратилась бы с круглосуточный пожизненный кошмар. Одно дело, memento mori, действительно, надо не забывать, что все люди смертны, и совсем другое - дата, которая висит над тобой всю жизнь. Люди каждое утро просыпались бы с одной жуткой мыслью: "Сколько осталось? Успею ли дочитать новую книгу Дементьева в 780 страниц?"

Баратынский считал:

Не вечный для времён,

я вечен для себя.

И с этой мыслью

живут все нормальные люди.

Реклама юбилейного концерта шла под девизом "Никогда ни о чём не жалейте". Это строка из стихотворения юбиляра. Конечно, есть утраты, о которых можно не жалеть, а то и лучше не жалеть. Например, потерял сто или даже тысячу рублей. Да черт с ними. Или поссорился с приятелем. Да какой он был приятель? Лицемер, ханжа, тупица. Пропади он пропадом! Или потерял время на чтение книги "Нет женщин нелюбимых". Чего жалеть, сам виноват. И вообще дело тут не совсем ясное. Помните когда-то популярную мудрую песенку:

Если к другому уходит невеста,

То неизвестно, кому повезло.

Но ведь Дементьев убеждает не жалеть ни о чем. Это - призыв человека перестать быть человеком. Это диверсия против христианской морали, против всей русской культуры, в том числе и против нашей поэзии, бессменный предстоятель которой сквозь слёзы признавался:

Воспоминание безмолвно предо мной

Свой длинный развивает свиток;

И с отвращением читая жизнь мою,

Я трепещу и проклинаю,

И горько жалуюсь, и горько слёзы лью,

Но строк печальных не смываю.

Толстой однажды заметил: "Точнее было бы сказать "строк позорных". И это лишь частный случай сожаления - о своих лично грехах. Но Пушкину не могло и в голову прийти, что настанет время, и появился русский поэт, который на русском языке будет призывать не жалеть ни о наших жертвах Бородинской битвы, ни о повешенных декабристах, ни о растерзанном персами Грибоедове, ни о его Ленском, убитом на дуэли, ни о чём!

Немецкие фашисты уничтожили 27 миллионов моих сограждан, и мне о них не жалеть? Никогда не жалейте о них! - заявляет Дементьев. - Ни об одном!.. Предатели, пробравшиеся в Кремль, убили мою родину СССР, оторвали от меня братьев: украинцев, белорусов, казахов, десятки миллионов братьев - и мне об этом не жалеть? Никогда! - восклицает Дементьев. У меня в сорок лет умер отец, умерли мать и сестры, погиб сын - и мне о них не жалеть? У тебя у самого сын покончил самоубийством. И ты о нем не жалеешь?

Во Дворце съездов в День Героев России под музыкальный грохот будет греметь: "Никогда не жалейте даже об умерших матерях и погибших детях!"

Извини, читатель, чуть не забыл! Ведь к тому длинному списку дементьевских должностей, наград, премий, что приведен выше, есть ещё один смачный довесок - "Царскосельская художественная премия". Ах, как красиво! Тут ведь Пушкин рядом:

Нам целый мир - чужбина,

Отечество нам - Царское Село.

И как сказано - за что? "За яркую лиричность и открытую гражданственность в книгах последних лет". Почему только последних? Да вся его поэзия, начиная  с поэмы о ткачихе Валентине Гагановой, Героине Социалистического труда, недавно почившей, до стихов, посвященных мэру Тель-Авива, насквозь гражданственна. Правда, иногда - открыто, иногда - закрыто. Но правда и то, что об иных его творениях, в частности, о помянутой поэме, можно сказать строками Твардовского:

И всё похоже, всё подобно

Тому, что есть иль может быть,

А в целом так-то несъедобно,

Что в голос хочется завыть

Известием о Царскосельской премии порадовала читателей сама "Литгазета",  дав при этом  фотографии и премианта, и изящного диплома  премии,  и статуэтки какой-то дамы в золоте (не самоварном?), сидящей, кажется, в руках с книгой Дементьева. С чем же ещё?!

А главное, тут же и десятка три стихотворений перманентного премианта.  Не обошлось среди них, конечно, и без таких, написанных ещё  в Иерусалиме: "Какие люди в городе Давида!" Прекрасно! Но разве в Москве таких нет? Медведев, например, не подходит? А Радзинский?

Иные строки сильно озадачивают, однако. Например:

Мы от тех времен ( библейских. - В.Б. ) так далеки,

Как весёлый бомж от президента.

Где он видел весёлых бомжей? Или не понимает смысла этого словечка, возникшего в эпоху ельцинской демократии? Бомжи - несчастные бездомные бродяги. И веселиться они могут разве что, когда им так повезёт, что найдут кусок колбасы, который ты, Дементьев, выбросишь из окна своей шестиоконной квартиры, сочтя, что колбаса эта утратила свою поэтическую свежесть и уже не рифмуется со словом "краса".

Однако, надо быть справедливым, надо признать, что вся эта шестидесятилетняя Ниагара должностей, наград и премий не вскружила голову мультилауреату, не лишила его способности хоть немного соображать. Об этом свидетельствует, в частности, тут же напечатанное стихотворение "Износился мой железный разум".И невольно хочется поддержать поэта:

Износился твой железный разум,

Умерла чугунная душа,

Смотришь ты на мир

стеклянным глазом

И уже не видишь ни шиша.