«И корабль плывёт…»

«И корабль плывёт…»

«И корабль плывёт…»

В том, что нынешний альманах "День поэзии" вышел в свет, повинна и "Юность" - журнал, без которого очень трудно представить сегодняшнюю палитру современной литературы.

Можно даже сказать и так, вовсе без преувеличения, что вся современная литература вышла когда-то из "Юности". Попробуйте это оспорить?! Не получится.

Журнал "Юность" давно миновал критический период, когда можно было поплакаться в жилетку на благотворную тему: журналы никому не нужны и литература никому не нужна. "Юность" нужна своим преданным читателям, которые знают всех без исключения редакторов: Катаева, Полевого, Дементьева, Липатова и Валерия Дударева. Тираж журнала растёт[?] Но главное, журнал по-прежнему остаётся Домом поэтов.

Очередной поэтический ковчег - альманах "День поэзии" - отправился в плавание по бурным житейским волнам. Новелла Матвеева берёт с собою в дорогу компас и лот, "потворствуя прибою, с волною за волною"; бежит Лиля Газизова, словно бегущая по волнам, "через реку времён устало / Гонит лодку Харон седой" (Александр Городницкий). "Там сицилиец жил и скиф, богемец и литвин, / Троянский конь летел сквозь миф, персидский спал павлин", - вторит ему Наталья Гранцева; "Выйду к озеру случайно, / Где зима со всех сторон[?]" - путается в пространстве, словно в словах, Елена Исаева, а Инна Кабыш пророчествует: "[?]И сквозь ветровое стекло / Мой воздух свободы дымится...".

А море гневливо, "на море чёрная буря: Так и вздулись сердитые волны, Так и ходят, так воем и воют[?]"

Чья эта метафора: Феллини или Рембо?

Если Рембо, то компас явно клонит в сторону "Пьяного Корабля":

Я знаю рвущееся небо, и глубины,

И смерчи, и бурун, я знаю ночи тьму...

Если Феллини, то эта история или метафора ещё более загадочна.

"Верные друзья", устремлённые общим делом, отправляются в путешествие по морям, по волнам. Сегодня здесь, а завтра там.

Критика привыкла препарировать творчество поэта на отделы, жанры, вехи, этапы. А у поэзии свои логика, порядок вещей, идущий вразрез с концепциями и критиками, и прочая. Собственно, природа поэзии сродни водной стихии.

Разве не так?

Ощущение стиха невесомое, солнечное, летучее. Поступь поэзии легка, несерьёзна. Да, конечно, обычно поэты, склонные впадать в салонный драматизм, чересчур озабочены своим отражением в зеркале. Но на это не надо обращать особого внимания. Поэт не должен бояться быть смешным, нелепым, слабым...

Нужно просто писать стихи. Только и всего. Уйти напрочь от того, что навязывают время, журнальная критика, мейн[?]стрим. Найти защиту в самоиронии, чтобы если что, то вроде как вас ведь предупреждали: всё это несерьёзно, по-стрекозьи, понарошку, кровь - не кровь, а клюквенный морс!

А что если поэзия - эта несерьёзная наука о душе - всерьёз и надолго?!

Поэтическая лодочка отправляется вплавь из сегодня в завтра:

Я мечтала о морях и кораллах.

Я поесть хотела суп черепаший.

Я шагнула на корабль, а кораблик

Оказался из газеты вчерашней[?]

Ничего страшного. Рукописи не только не горят, но и не тонут. В больничной книге в момент кончины Рембо кто-то сделал такую надпись: "10?ноября 1891?года в возрасте 37?лет скончался негоциант Рембо". По иронии судьбы останки Рембо были отправлены на баке уходящего на Восток фрегата с выставленной из гроба и указующей путь в Эфиопию десницей. Говорят, он якобы занимался работорговлей.

Но ведь мы-то знаем его как поэта, а про рабов ничего не знаем. Поэтому не важно кто, не важно как, не важно на чём, газете вчерашней, старом тазу по морю в грозу, важно, чтобы все добрались целы и невредимы. И чтобы их голос был услышан. Там, в счастливом завтра. Из не менее счастливого сегодня.

Что за идиотизм? Разве сегодня мы счастливы?

Ну да. Пока стихи случаются, пишутся, выдумываются, выдуваются, словно шаманское камлание из нутра, высасываются из пальца, это - чудо и счастье!

И поэтому поэтический корабль плывёт[?]

Попутного ветра и семь футов ему под килем, лопни моя селезёнка!

Игорь МИХАЙЛОВ

Совместный проект "ЛГ" и Ханты-Мансийского банка