Жизнь заставит

Жизнь заставит

Фото: ИТАР-ТАСС

Стоит задача - переоснастить наши Вооружённые силы самыми новейшими образцами оружия. Ибо речь идёт уже о самом существовании России как суверенного государства.

По сути, Россия вновь столкнулась, как СССР в 1930-е годы, с ситуацией, когда она отстала от вероятных противников на ряде важнейших направлений производства, и если это отставание не преодолеть в кратчайший срок, не исключено, что "нас сомнут".

Тогда нашей стране приходилось выходить из опасного положения путём ускоренной индустриализации. Сегодня для этого понадобится не просто ускоренное преодоление отставания, но и всеобъемлющая индустриализация. Вот эту мысль, на мой взгляд, недостаточно понимаемую, надо пояснить.

Итак, нам необходимо производить новейшее вооружение. Но ведь оно делается не из воздуха. Для его изготовления нужны сталь высочайшего качества, новейшие композитные материалы, да и многое другое, чего наша промышленность ныне по большинству позиций не производит.

Среди океана разрушенных в 90-е годы предприятий (а они разрушались целенаправленно, явно по указке из-за рубежа, причём в первую очередь уничтожались высокотехнологичные производства, имеющие оборонное значение) ещё попадаются сохранившиеся или вновь недавно созданные островки высоких технологий, где могут производить кое-что из необходимого для ОПК. Но это именно островки, не связанные в единую систему, не образующие целостного «континента Индустрия». Этого бывает достаточно, чтобы создать новейшее вооружение в одном или в нескольких экземплярах, продемонстрировать их на авиакосмическом салоне или на международной выставке оружия, но слишком мало для того, чтобы быстро оснастить новейшей техникой миллионную армию и морской флот. Особенно больших усилий потребует ликвидация значительного нашего отставания от наиболее вероятного противника в сфере высокоточного оружия, космолётов и по ряду других позиций.

Если же говорить об отдельных отраслях производства, то, на мой взгляд, наиболее отстали мы в сфере электроники. Почти вся информационная сфера держится у нас на импортных компьютерах. А, видно, не зря специалисты предупреждали, что иностранные производители компьютеров и программного обеспечения могли закладывать туда такие секретные элементы, которые позволят им либо считывать информацию с компьютера пользователя, либо даже вывести его из строя. Представим себе картину: страна становится беззащитной потому, что её мощные армия и флот вдруг стали небоеспособными из-за того, что противник вывел из строя компьютеры системы управления войсками.

Подчёркиваю: речь идёт не только о предприятиях оборонно-промышленного комплекса, но и о той промышленности, которая призвана поставлять им высококачественные материалы и комплектующие. Не счесть примеров того, как при проведении приватизации предприятия уничтожались, уникальные станки отправлялись на металлолом, а цеха либо сносились, чтобы высвободить место для возведения офисов и элитного жилья, либо превращались в склады для импортного ширпотреба. Предприниматели часто закрывали цеха, производящие продукцию для ОПК, мотивируя это соображениями рентабельности. Дескать, потребность в такой продукции небольшая, а цех для её производства надо содержать круглый год.

На смену «красным директорам» и технологам, при всех их недостатках, всё же знавших до тонкостей производство, пришли олигархи и «эффективные менеджеры», зачастую малокомпетентные в технологии производства и думающие больше всего о прибыли и личном обогащении. В прогрессе своих предприятий, требующем капиталовложений, они не заинтересованы. К тому же почти вся крупная промышленность России находится в иностранной юрисдикции и фактически нашей стране не принадлежит.

То, что нужна именно всеобъемлющая индустриализация, не означает, что она коснётся буквально каждого предприятия. Некоторые из них настолько разрушены или устарели, что восстановлению не подлежат, другие на сферу ОПК не работают. Просто надо будет обеспечить функционирование всех технологических цепочек для производства новейшего вооружения – от сырья до готовой продукции, и именно в нужных объёмах. Ясно, что такую работу сможет координировать орган, отчасти аналогичный советскому Госплану. Вряд ли сейчас России понадобится переходить на полную автаркию.

Даже если Запад пойдёт на самые строгие санкции и опустит «железный занавес», полной блокады нашей страны он не достигнет. В современном мире найдутся деловые круги, готовые поставить нам любые нужные товары по хорошей цене. Но и в этом случае нельзя допускать стопроцентной зависимости от поставок извне, ибо в подобных ситуациях у поставщиков может возникнуть соблазн сыграть на этом – взвинтить цены и пр. Всё-таки нам необходимо обеспечить возможность самостоятельно производить хотя бы какой-то минимум закупаемого вовне товара. С другой стороны, индустриализация будет всеобъемлющей потому, что охватит не только собственно производство, но и другие сферы жизни страны.

Скажем, не менее важная сторона дела, чем материальная база производства, – наличие кадров, особенно высококвалифицированных. Работники, доставшиеся России от советской эпохи, либо ушли из жизни, либо вышли на пенсию, либо эмигрировали, либо перешли на более хлебное поприще. Немногие оставшиеся на производстве отстали от жизни. Ведь они четверть века не имели доступа к данным (как правило, секретным) о достижениях в сфере новых технологий. Пришедшим на предприятия немногим молодым работникам не у кого было учиться. В целом уровень квалификации кадров (кроме как на упомянутых выше «островках») крайне низкий.

Это, в сочетании с укоренившейся за долгие годы безответственностью, – причина многих техногенных катастроф. Сказанное относится не только к рабочим, но и к проектировщикам, инженерам, конструкторам, учёным.

Но, может быть, больше всего тормозит развитие ОПК система коррупционных связей, приводящая к тому, что чиновничий аппарат в значительной мере превращается в организацию саботажников указаний президента.

И вот итог: для того чтобы всё, что нужно ОПК, производилось в России, потребуется не только реконструкция многих предприятий самого комплекса, но и подлинная новая индустриализация страны.

Для решения проблемы кадров необходима революция в сфере среднего и высшего образования, отказ от ЕГЭ и признания западных дипломов, выход из Болонской системы. Надо очистить учебные планы и программы от всего лишнего, что было привнесено в них погоней за модой или подражательством, и насытить их действительно жизненно важным. Давно назрел переход от выпуска преимущественно юристов и экономистов к подготовке многочисленных специалистов по естественно-научным и инженерным дисциплинам. Нужно восстановить систему профессионально-технического образования, повысить престиж рабочих профессий с соответствующим материальным его подкреплением.

Кстати сказать, в предвидении экстремальных ситуаций надо признать, что вообще чрезмерная концентрация населения, производства и оборонных объектов крайне нежелательна. С моей точки зрения, решение о расширении территории Москвы было непродуманным. Неужели наша цель в том, чтобы люди ездили на работу в Москву не только из Владимира и Курска, но и из Астрахани и Новосибирска, оставляя остающихся там жителей без работы и вообще без жизненных перспектив, обрекая огромные обез­людевшие пространства на всестороннюю деградацию?

В одном правительственном документе намечается признать почти 70 процентов территории страны непригодными к проживанию. Уму непостижимо! Сотни лет россияне осваивали эти земли, жили там, производя почти всё необходимое для себя и даже на продажу. И вдруг, вероятно, по решению чьёго-то помрачившегося рассудка, миллионам наших соотечественников будет отдана команда: «Чемодан – вокзал – Центральная Россия!» Все эти новации правительства находятся в вопиющем противоречии с политикой президента, которая направлена на обеспечение притока населения на Дальний Восток, на освоение Крайнего Севера, развитие экономики других, ныне депрессивных регионов и отечественного сельскохозяйственного производства.

Какую бы сферу жизни мы ни взяли, всюду переход к всеобъемлющей индустриализации вызовет потрясение самих основ прежней нашей жизни, пересмотр многих догм, утвердившихся как в правящих кругах, так и в общественном мнении. Это будет подлинная индустриальная и одновременно постиндустриальная революция, во многом представляющая собой контрнаступление после отступления 1985–1991 годов. Очевидно, что поставленная грандиозная задача не может быть решена разрозненными усилиями частных собственников. Ныне требуются серьёзные изменения в отношениях собственности и новые формы частногосударственного партнёрства при ведущей роли государства.

Это будет время острой борьбы с носителями отсталых либеральных концепций жизнеустройства в России. Речь идёт не только об олигархах или неисправимых либералах во власти. За годы лихолетья у нас выросли два поколения, в большой степени потерянные, – этакие русскоязычные иностранцы. Они ориентированы на «бабло» и на Запад, на то, что надо «валить из Рашки». Эти российские внутренние эмигранты так и не станут европейцами (ибо это по природе невозможно, даже при знании английского языка), но уже стали чуждыми (если не враждебными) России. А они уже вступили в жизнь общества и будут сильно влиять на неё.

Пока экономика России продолжает разваливаться, что естественно для этапа агонии бандитского капитализма. Даже при всех усилиях органов всё приукрашивающей официальной статистики экономический рост за год составит то ли один процент, то ли ноль, а возможен и спад. Но набирают силу и процессы восстановления, которые должны обеспечить скорый подъём не только экономики, но и социальной сферы, а также очистить духовно-нравственную обстановку в обществе. Судьба России зависит от того, какой из этих двух процессов будет происходить быстрее другого.

Жизнь заставит решать задачу спасения страны.

Теги: политика , экономика , развитие