Цунами по-египетски

Цунами по-египетски

Планетарий

Цунами по-египетски

РЕВОЛЮЦИЯ СВОИМИ ГЛАЗАМИ

Алексей ВАСИЛЬЕВ, директор Института Африки РАН, член-корреспондент РАН, КАИР–ТЕЛЬ-АВИВ–МОСКВА

Революция перекидывается из одной арабской страны в другую. Но почему взорвались революцией не только самые бедные страны, но и более благополучные? Почему полыхнуло в самой крупной арабской стране – Египте, где 83–84 миллиона жителей?

КОНЕЦ ТЕРПЕНИЯ

Не потому, что в Египте была самая страшная бедность в мире. Глинобитные трущобы Каира утыканы телевизионными антеннами. В домах есть электричество и нередко вода, а дети почти все ходят в школу.

Не потому, что Египет был голодным. В среднем египтянин получал калорий выше общепринятой нормы благодаря субсидированным ценам на лепёшки.

Не потому, что в стране был экономический застой. Наоборот, средние темпы прироста ВВП в нашем веке – 5–7 процентов в год (около 4 процентов даже в кризисный 2009 год) – были выше мировых. Достигнутый уровень – примерно 6 тысяч долларов на душу населения в год – выглядит неплохо.

Не потому, что там был самый деспотичный и репрессивный режим на земле. Были и есть режимы много хуже и страшнее. В Египте всё же существовала оппозиционная и достаточно смелая пресса, хотя были и произвольные аресты, и пытки в тюрьмах и концлагерях.

Не потому, что Египет стал чемпионом по коррупции. В стране была чудовищная коррупция. Но в списке самых коррумпированных стран он находился где-то в середине. В России уровень коррупции выше.

Так почему же?

Дело в том, КАК воспринимали египтяне своё положение. Существующий порядок вещей стал невыносимым, хотя десятилетия и десятилетия главной мудростью египтянина была максима: «Терпение – добро!» Терпи унижения, терпи безработицу, терпи скандальный разрыв между богатыми и бедными, терпи несправедливость и произвол судей, чиновников, полицейских. Не протестуй. Да воздастся тебе в другом мире за твою добродетель и терпение в этом мире.

А уровень образования быстро рос, а спутниковые каналы показывали достойную, красивую, свободную жизнь. А Интернет и мобильные телефоны стали доступны миллионам. А люди знали и видели, что небелые, неевропейцы – японцы, корейцы, а затем и китайцы – поднимались всё выше, жили всё лучше. А арабская нефть и арабский газ куда-то утекали.

Как же так? Мы же – древнейшая цивилизация на земле! Мы – умм ад-дунья. То есть мать мира! На нашем, на арабском, языке ниспослан великим Аллахом на землю Коран!

И внутри, в сердце, в мозгу нарастал крик «Хватит!», который до времени не выплёскивался наружу.

Очень существенная составляющая часть кризиса – демографическая. Учёные называют её «молодёжный бугор». В чём его суть? 20–30 лет назад благодаря успехам медицины резко снизилась детская смертность. Снижение рождаемости происходило, но отставало от снижения смертности. И к настоящему времени в арабских странах до 30–50 процентов населения составляют молодые люди в возрасте 15–30 лет. Выросла и стала преобладающей в обществе наиболее пассионарная, нетерпеливая и решительная часть населения.

Эти молодые в отличие от прежней эпохи, как правило, – образованные или полуобразованные. В одном Египте – сотни тысяч выпускников университетов, у большинства есть мобильные телефоны, компьютеры и возможность нового социального общения с помощью Интернета, Фейсбука, Ю-Тьюба. Телеканалы на арабском языке «Аль-Джазира», «Аль-Арабийя», «Аль-Хуррийя», исповедовавшие западные ценности в арабской оболочке, давали своё видение мира. А работы-то не хватало. А зарплаты были низкими, если вообще были. А денег на калым и женитьбу не хватало. Скапливалась критическая масса протестного взрыва. Не только в Египте. Пожалуй, почти во всех арабских странах.

ЖАЖДА СВОБОДЫ

Этот протест подпитывала целенаправленная американская и в целом западная пропаганда. Были вброшены новые лозунги: «Демократия – вот решение», «Права человека – вот лозунг борьбы», «Свобода – вот цель». Лозунги для образованной или полуобразованной молодёжи – пьянящие, радужные, прекрасные. Кого волнует, что при этом игнорируются тысячелетние традиции своих цивилизаций, традиции коллективизма, нормы социальной ответственности? В сторону! Скинуть все эти традиции с корабля современности!

Через американский Национальный фонд развития демократии с бюджетом в десятки миллионов долларов, через развитую сеть неправительственных организаций, через приглашения на учёбу, семинары, конференции на Западе присматривались к потенциальным новым лидерам в арабских странах. Через Интернет распространяли инструкции «ненасильственной» борьбы.

И всё же! Кто стоял за этой политикой Запада? Вашингтон? Израиль? Мировая закулиса?

Как просто всё объяснять происками «вашингтонского обкома» и решениями «израильского райкома». Но не уйти от факта, именно факта: существовал реальный военно-политический союз Вашингтона (вкупе с НАТО) с репрессивными автократическими режимами в арабских странах. «Хотя он сукин сын, но это наш сукин сын», – повторяли и повторяют лидеры Запада. Сам видел, как на конференции Афросоюза – Евросоюза в Триполи в ноябре прошлого года европейские лидеры заискивали перед Каддафи. Никуда не уйти от сотрудничества Запада с репрессивными режимами с целью поддержания стабильности в угоду Западу, сохранения мира с Израилем, обеспечения неограниченного доступа к главному – нефтегазовым ресурсам огромного региона, сотрудничества в деле борьбы с терроризмом и исламским экстремизмом.

Официальный Вашингтон знал о растущей социально-политической напряжённости в арабских странах, он правильно считал, что нужны реформы, но реформы – сверху, постепенно, демократизация в рамках союза с Западом. Не удались эти планы. То ли закостенели местные элиты в своих привилегиях и традиционных методах «тащить и не пущать», то ли перед их глазами стоял пример саморазрушения коммунистических номенклатур, которые попытались принять западные правила игры и рухнули. Но арабские элиты остались недвижимы. А неправительственные организации снизу, выращенные на американские и западноевропейские деньги, оставались маргинальными под ударами полицейских дубинок и чужими для масс населения.

И вдруг полыхнуло! Тунис! Египет! Ливия! Бахрейн! Иордания! Йемен! Сирия! Десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы демонстрантов.

Растерянность Вашингтона и Тель-Авива.

Вот что мне говорил выдающийся современный египетский писатель Гамаль аль-Гитани: «Примерно за неделю до 25 января я был в президентском дворце на приёме – кому-то вручали высший орден «Ожерелье Нила». Я был подавлен. Я видел царский двор, с лакеями, церемониями, лжецами, лизоблюдами. Всё казалось мёртвым и безнадёжным. И вот – свершилось! Свершилось! Революция объединила всех – мусульман и коптов, богатых и бедных, интеллектуалов и неграмотных. Это был общенациональный порыв. Пусть будут трудности, страдания, жертвы! Но не вернётся старый, мёртвый режим!»

«Друг мой! Мой верный, честный, бесконечно талантливый друг. Мне так хочется тебе верить… Так хочется верить в будущее любимого мной Египта. Но я-то из страны, которая за век пережила столько революций и контрреволюций! И с какой горечью я смотрю на сегодняшний день моей родины…» Я не произнёс этих слов. Так, как он, думают многие египтяне.

ПОБЕДИТЕЛИ

…Беседую с теми, кто через Интернет, Фейсбук, Твиттер, Ю-Тьюб стал организатором египетской революции. Раскованные, образованные ребята. Совершенно искренние. Патриоты. Революционеры. Один из них на площади Ат-Тахрир потерял глаз. Умные и… наивные, увлечённые западными лозунгами и ценностями.

– Каковы ваши задачи?

– Демократия. Возвращение человеческого достоинства. Возвращение величия Египта. Свобода. Свободные выборы.

– Вы надеетесь сами на успех на выборах?

– Вряд ли мы получим много голосов. Стоит задача дискредитировать прежнюю партию власти, конфисковать её имущество, показать народу, насколько коррумпированы её члены. Текущая задача: отправить под суд всех коррумпированных высших чиновников прежнего режима.

– А как вы относитесь к Ливии?

– Мы – союзники ливийских революционеров, мы – против диктатора Каддафи.

– А вы согласны с натовскими бомбардировками страны?

– Если для успеха революции нужен союз с НАТО, пусть будут бомбёжки НАТО.

– А если вы столкнётесь с сопротивлением здесь, в Египте, вы пригласите бомбить Египет натовские самолёты?

Я задал намеренно провокационный вопрос. Мои собеседники горячо заспорили между собой, до крика, потом пришли к консенсусу:

– Египет – великая страна, она сама справится со своими проблемами. Бомбить Египет не посмеют. У нас самая сильная армия и самая сильная ПВО на Ближнем Востоке.

Про Израиль мои собеседники, конечно, забыли, а о качестве египетской ПВО в сопоставлении с современными требованиями они, видимо, просто не знали…

– Знаете ли вы, что все революции всегда приводили к экономическому упадку? Люди надеялись на немедленное улучшение ситуации, на немедленное улучшение своего личного положения. Но этого не будет.

– Но ведь коррупционеры перевели за границу десятки миллиардов долларов. Мы их вернём.

– Простите, – возразил я, – из Африки за 50 лет независимости был незаконно вывезен почти один триллион долларов. Вы знаете, сколько удалось вернуть за многие годы усилий? Один миллиард – одну тысячную часть награбленного.

– Но мы же нужны демократическому Западу. Запад нам поможет.

– А вы не ожидаете контрреволюции?

– Да, такая опасность есть. Но есть и опасность новой революции, «революции голодных», если экономика не наладится.

БРАТЬЯ-МУСУЛЬМАНЕ

Точно такие же слова о возможной «революции голодных» я услышал от одного из руководителей «Братьев-мусульман» Саада Хусейни.

Беседа была дружеской и откровенной. «Братья» по глупейшему судебному решению нашего суда 90-х годов числятся «преступной террористической организацией». Поэтому у нас с ними – никаких официальных контактов.

– Наконец-то вы пришли к нам. Мы, «братья», всегда хотели встречаться с русскими и вести открытый диалог, – говорил Саад Хусейни. – Мы помним, как вы помогали Египту и Палестине, мы помним, как вы помогали создавать наши вооружённые силы, строить высотную Асуанскую плотину, возводить заводы, готовить кадры. Мы этого не забудем.

После распада СССР в мире образовалась пустота. Раньше был баланс сил в интересах человечества, а значит – и в интересах арабских стран. Сейчас баланс нарушен. Россия – великая держава, и она должна играть большую роль в мире, в том числе в нашем регионе.

Мы приветствуем диалог с русскими в любом формате – или на официальном уровне, или в рамках НПО. Но препятствия – с вашей стороны. Мы очень сожалеем, что в России всё ещё числимся в «чёрном списке» террористов и преступников. Этого нет нигде в мире, только у вас. Наша организация имеет миллионы членов. Имена, телефоны, наши офисы известны. Мы осудили теракты 11 сентября в США. Именно мы сдерживаем терроризм в мусульманском мире, поэтому некоторые террористы называют нас «неверными». Резюмирую свои слова: мы хотим больше связей с Россией, мы ждём снятия с нас обвинений в терроризме

– Каковы ваши планы на ближайшее время и среднесрочные перспективы?

– Мы должны свалить Национально-демократическую партию. Она погрязла в коррупции, связана с аппаратом, с репрессиями. Партия должна быть распущена, её собственность конфискована. Мы предполагаем, что они могут изменить название, но мы составим чёрный список коррупционеров из НДП, чтобы помешать их успеху на выборах под другим названием. Но на местах у них есть крепкие позиции, поэтому многие могут пройти в парламент.

– А каковы ваши планы по созданию собственной партии?

– Мы создаём массовую Партию свободы и справедливости, чтобы её зарегистрировать. Может быть, мы создадим свой телевизионный канал и газету. Мы не против закона, запрещающего образование партий по религиозному принципу. У нас будет светская партия. Мы не против участия в ней даже христиан-коптов. Мы не стремимся к созданию теократического религиозного государства. Мы – за гражданское государство, за гражданское правительство.

– А как вы оцениваете экономическую ситуацию в стране?

– Мы знаем, что Египет ждут очень трудные времена, поэтому, в частности, мы не хотим принимать на свои плечи всю ответственность. Экономическое положение ухудшается. Возможна так называемая революция голодных. Нужно этому помешать путём активной борьбы с коррупцией. У многих есть наивные надежды – вернуть деньги, украденные коррупционерами, переведённые в западные банки, а потом раздать эти деньги. Всё это нереально.

– А как вы относитесь к будущим отношениям с Израилем?

Мой собеседник попеременно употребляет термины – то «сионистское образование», то «Израиль».

– Мы уважаем мирные договоры, заключённые Египтом. Но с «сионистским образованием» – дело особое. Есть три варианта. Первый – полностью отменить мирный договор. Второй вариант – оставить его в неизменном виде. Третий вариант, за который мы выступаем, – предложить народу обсудить содержание договора после выборов. Пусть говорят все. После этого провести референдум или голосование в парламенте. Мы будем выполнять волю большинства народа. Если народ решит изменить договор, будем вести переговоры.

НОВАЯ СТАРАЯ ВЛАСТЬ

Власть в стране взял Высший военный совет во главе с Тантави. Но лишь единицы знали, что накануне этого решения начальник египетского генштаба Сами Энан несколько дней сидел в Вашингтоне, в Пентагоне, согласовывая с американцами план действий. Было решено пожертвовать Мубараком, но сохранить власть в руках военных, которые должны начать реформы.

Народ не знал закулисной истории и ликовал.

Но революции, повторяю, имеют свою логику. Её составная часть – наращивание требований. Речь уже идёт не только об изгнании Мубарака, но и о смене режима.

Военный совет отступал шаг за шагом. Была распущена НДП и конфискованы её фонды и имущество. Мубарака, его жену и сыновей арестовали. Ещё несколько десятков высших коррупционеров оказались за решёткой. Толпа требовала крови. Пока своих робеспьеров, троцких или свердловых не появилось. Но кто знает… Смещены все руководители государственных СМИ. Свободная печать воздействует на политику и кадровые назначения.

Но, как и в любой революции, всё хаотично и противоречиво. Бастуют студенты, требуя повысить отметки, полученные ими на экзаменах. Бастуют ученики старших классов школ, требуя облегчить учебные программы. Появляются сообщения о том, что салафисты (крайние мусульманские экстремисты) разрушают надгробья и склепы над могилами святых, почитаемых суфиями, мусульманскими мистиками.

Идут столкновения на кладбищах. Из Афганистана, Пакистана, Ирана, из Западной Европы возвращаются сотни членов «Аль-Джихад аль-Ислами» и других террористических мусульманских организаций. Они, мол, были борцами с прежним деспотичным режимом Мубарака.

Всё тревожнее сообщения о ситуации в экономике. Люди ожидали немедленного улучшения своего положения, а оно ухудшается. Доходы от туризма за три месяца упали на 80 процентов. Удар пришёлся по служащим гостиниц, гидам, торговцам, шофёрам такси. Золотовалютные резервы страны сократились на несколько миллиардов долларов. Из страны «убежали» 6,5 млрд. долларов частных вложений. Один из бизнесменов жаловался мне на встрече в клубе «Савирис», где собирается журналистская и писательская элита: «Мы собирались строить новый металлургический завод. Чтобы обновить лицензию, от нас требуют взятку на десятки миллионов фунтов».

Я запомнил воодушевлённую, возбуждённую журналистку из влиятельного журнала. Она кипела горячим энтузиазмом и верой в будущее. «Сейчас, – говорила она, – журналисты получают 500–600 фунтов в месяц, а нужно установить минимум 1200 фунтов. Откуда взять деньги? Да ведь очень просто. Нам же вернут те десятки миллиардов, которые Мубарак и прочие коррупционеры перевели за границу, вот и хватит на всех денег».

Я с ней спорить не стал.

ГДЕ РУССКИЕ?

В Египте я наслушался упрёков в адрес России от всех – правых, левых, бизнесменов и шофёров такси, университетских профессоров и разнорабочих: «Где вы, русские? Почему вас не видно и не слышно? Почему вы хотя бы не примете на лечение раненых в ходе нашей революции, как это сделали немцы? Почему вы не установите с нами контакты на уровне неправительственных организаций? Вы опаздываете. Кто последний пришёл, тот на последнем месте по своему авторитету и окажется».

Я пытался оправдываться, но действительно: где наши профсоюзы, правозащитники, организации дружбы и солидарности, организации женщин, молодёжи, спортсмены, писатели, научные делегации? Знаю ответ: нет денег. На поездки в США или Францию, Германию или даже Китай деньги есть. На арабов – нет. В советские времена деньги были. К слову: Египет расплатился с Россией за ВСЕ?(!) свои долги – и за высотную Асуанскую плотину, и за оружие, и за заводы. А сейчас…

Вот так мы и живём. Арабские революции и будущее арабских стран – само по себе, а мы с нашими проблемами, претензиями – сами по себе.

Никто как будто не виноват. У нас действительно свои большие заботы. Понятно, почему от нас уходят и забывают о нас друзья. А деньги? Ну что же, можно с уверенностью сказать, что, если в арабских странах установятся режимы, устраивающие Запад, деньги у Запада найдутся. Да и куда деваться без экономических связей? Ведь Россия не выпьет арабскую нефть, не выкупит арабский газ, а послереволюционные правительства могут найти общий язык с Западом. Но без нас. Нам достанутся в лучшем случае крохи…

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: