Но горько, что никто и не придёт

Но горько, что никто и не придёт

Многоязыкая лира России

Но горько, что никто и не придёт

Андрей Попов. В гордом мире роковом .?– Сыктывкар, 2008.?– 256 с.

Всегда радуюсь, когда у товарища по стихотворному цеху выходит новая книга. Но одновременно и сочувствую ему сердечно, сопереживаю: это же какой огромный груз ответственности за произнесённое слово сваливается на него?– за каждую строку, за каждую мысль, за каждое движение души! Думаю, поэт Андрей Попов за свой сборник стихов «В гордом мире роковом», недавно увидевший свет в сыктывкарском издательстве «Анбур», может быть спокоен. Книга получилась, состоялась и, несмотря на малый тираж, стала заметным явлением литературной жизни республики.

Читаю страницу за страницей, стихотворение за стихотворением, вживаюсь в образный строй, подстраиваю свой шаг под стихотворный ритм?– и вдруг обнаруживаю такое щемящее родство со своим современником, такое живое вплетение своих мыслей в ткань его сокровенных размышлений и переживаний, что невольно хочется отстраниться, отодвинуться на безопасное расстояние. Есть в этих открытых, доверчивых, внешне простых стихах некая потайная сила, которая заставляет дышать с автором в унисон, шагать в ногу.

Мне тяжелы с людьми порою встречи.

Их бойкий вздор невыносим уму.

Закрою дом и душу. Не отвечу.

Как хорошо быть только одному!

Переживу уныния и стужи

И времени необратимый ход.

Никто не возмутит. Никто не нужен.

Но горько, что никто и не придёт.

Словно слышу негромкий голос поэта, его иронично-вопросительную интонацию. Вбираю душой строку за строкой и напитываюсь её теплом и холодом, тревогой и горечью, надеждой и верой. Снова и снова убеждаюсь, что только так, беззащитно и беспощадно к самому себе, нужно вживаться в настоящую поэзию, ведь иначе она пролетает мимо, словно свежий запах неизвестного бытия. А в нём, в этом запахе, и боль, и грусть, с которых начинается человечность, в нём трагедии и несуразности эпохи, в нём праведность и греховность, честь и предательство, свет и тьма…

Андрей Попов умеет всё это многообразие света и отсветов, теней и оттенков жизни переплавить в стихи и при этом не нарушить их естественности и правдоподобия. В его поэтическом строе совсем немного красок, скупо пользуется он палитрой чувств и почти совсем лишён стремления к патетическим жестам. Вспоминается прочитанное когда-то высказывание Эдуарда Багрицкого о том, что писать стихи надо без прилагательных, одними глаголами и существительными. Смысл этого высказывания в том, что, расцвеченная яркими красками, поэтическая речь затуманивает корневую суть слова, не позволяет ей свободно переплетаться в стихотворном пространстве и воскресать в новом, неожиданном облике. Вскормленный суровой заполярной природой, Андрей Попов научился обходиться без громких возгласов. Тем сильнее пружина поэтической сдержанности распрямляется в его стихах. С каждой страницей взгляд поэта становится всё строже и глубже. Его духовные переживания, боль об утраченной стране, исторические параллели и бытовые наблюдения задают высокий тон, не обещая объяснений и готовых решений. А в конце сборника – стихи об убитом сыне. Горькие и смиренные.

Ищешь чувственною дрожью,

Смотришь в мысленный чертёж?–

Постигаешь правду Божью…

Только как её поймёшь?!

Что ни скажешь?– будет ложью,

Промолчишь?– и тоже ложь.

Постигаешь правду Божью…

Только как её поймёшь?!

Александр СУВОРОВ