III.

III.

Как выглядит самоуправление на практике?

В уме человека с образованием и воображением рисуется то ли патриархальная община, где все дела решаются сходом седобородых старцев в косоворотках до колен, то ли вольный Техас, где рейнджеры с длинными кольтами пуляют в черные небеса, а всей власти - шериф со звездой да пастор с протестантской этикой и духом капитализма.

Это, конечно, все образы из кинофильмов, каковым верить как-то глупо. Люди более современные и осведомленные вспоминают каких-нибудь кавказцев или там китайцев, хорошо умеющих «самоорганизовываться». Люди же еще более осведомленные сравнивают диаспорально-тусовочные приемы самоорганизации с теми, которые практикует разнообразный криминал, начиная от «братвы» и кончая личными тусовками, где делят хоть какие-нибудь деньги.

Заметим для начала вот что. Все эти картинки не вызывают у простого человека - которому вроде бы и положено желать самостоятельного жизнеустройства - никакой симпатии: слишком видно, что это либо сказки, либо это самоуправляются люди, которым лучше бы и не жить, а не то что самоуправляться. Ибо так уж заведено от века, что владеет навыками самоорганизации у нас только и именно криминал. Плохие люди. А если учесть, что самой крутой группировкой в России является «законная власть», которая, как уже было сказано выше, самоуправствует, то круг замыкается. В кругу топчется так называемый «обычный человек» - не гопник, не кавказец, не член правящей партии, не приписанный ни к какой тусе, кагалу или шайке-лейке, две ноги, две руки, русский человек без роду-племени. Который вроде и хотел бы «сам большим пожить», но совершенно не видит себя ни в какой банде. Который хочет просто жить себе спокойно и все. И не хочет быть плохим, равно как и жертвой плохих.

Последнее очень важно. Всеобщая убежденность, что самоорганизовываться умеют только плохие люди, имеет и обратную сторону: считается, что попытка организации какого-либо общего дела является заведомым жульничеством, и ведутся на это только дураки. Поскольку дураком себя выставлять никому не хочется, никто и не ведется. Даже если кажется, что уж тут прямая выгода.

Вернемся опять к лампочке. Окуджава-то вон еще когда пел про подъезд со страшным черным котом - «надо б лампочку повесить, денег все не соберем». Никто на эту несчастную лампочку не даст ни копейки. А кто даст, будет долго мучиться, чесаться, и еще попросит никому не говорить, что он дал.

Да- да, именно так. Потому что у него будет чувство, что он сделал глупость.

Такое поведение обычно объясняют нехваткой солидарности. Но в том-то и дело, что солидарность русские люди проявлять боятся.

Что будет, если ты дашь денег на лампочку? Все примут тебя за дурака, ведущегося на тупые разводки (а всякая попытка воззвать к солидарности считается тупой разводкой). Такого не грех и обобрать или хотя бы высмеять. Завтра же в твою дверь постучится бомж и попросит денег на опохмел. У сына отберут самокат - пущай-ка папашка тебе новый купит, у него дурных денег много, небось, раз на лампочку дал. Соседки будут презирать в спину, а то и в рыло. И так далее.

Если все это сказать простому человеку, он закряхтит, признает справедливость упреков, да хитренько усмехнется - дескать, сам все знаю, а отстань от меня, мил человек, никуда ты меня не вытащишь, хоть режь, хоть ешь, а ни на какую лампочку денег не дам, лучше уж ногу сломаю, чем в дураках ходить. Не-е-т, меня в дураки не заманишь. Ты меня не учи, ты меня не лечи, я битый-ученый, сам с усам, ага-ага.

Несколько лучше работает самоуправление в случае разовых акций, не предполагающих сбора денег или участия в труде. Трудно собрать людей на субботник, несколько легче - на какой-нибудь бессмысленный сход, поорать, особенно если все твердо уверены, что им за это ничего не будет. Иногда под видом этого самого бессмысленного схода можно даже сделать что-то полезное - ну хотя бы устроить встречу с кандидатом в местные депутаты. Впрочем, сейчас и собрать-то никого невозможно. Люди, избирающиеся в местные органы власти, уныло констатируют: если раньше на собрания ходили хотя бы бабушки с дедушками, то сейчас не ходит никто. Никому ничего не надо и не интересно. Хоть трава не расти.

Еще иногда можно собрать какие-нибудь подписи под какой-нибудь жалобой. Но и этого сейчас уже боятся. Времена сейчас эвон какие, строгие времена. Пожалуешься - так тебя на карандашик возьмут, на заметочку. Лучше промолчать, прижухнуть. Авось пронесет. А как высунешься - тут-то и прилетит. Сверху. От властей законных. И никто не посочувствует даже, все отшатнутся. И даже не так обидно пострадать от властей, от них всегда страдание, так уж заведено. По-настоящему обидно, что тебя будут считать дураком.