ГЛАВА 22. Правая рука

Иван Серов, ближайший соратник и друг Георгия Жукова. — Стремительная карьера Серова в НКВД. — Знакомство Серова с Хрущёвым. — Участие Серова в массовом расстреле пленных польских офицеров. — Боевые ордена полководца Серова. — Мародерство под сенью Знамени Победы: Жуков и Серов грабят оккупированную Германию. — Следствие по «трофейному делу».

Серов приказал мне все лучшие золотые вещи передавать ему непосредственно. Выполняя это указание, я разновременно передал в аппарат Серова в изделиях примерно 30 килограммов золота… Помимо меня, много золотых вещей давали Серову и другие начальники секторов.

Генерал-майор А. М. Сиднее. Показания на допросе 6 февраля 1948 года

(Военные архивы России. 1993. № 1. С. 197).

22 июня 1957 года Жуков совершил государственный переворот. Об этом перевороте я подробно рассказываю в книге «Облом. Последняя битва маршала Жукова».

Сейчас у нас другая тема, но надо отметить, что правой рукой Жукова в организации этого переворота был Иван Серов.

Если Жуков готовил государственный переворот, опираясь на этого человека, значит, верил ему безгранично. Чтобы оценить Жукова, давайте внимательно посмотрим на Серова. Ведь давно говорят, и говорят правильно: скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты.

Посмотрим же на Ивана Серова, ближайшего соратника и друга величайшего полководца XX века. Серов интересен, кроме всего прочего, еще и вот по какой причине. Жуков решительно и стремительно шел к абсолютной власти в стране. Если бы он ее взял, то вторым человеком в государстве мог оказаться Серов. Мы уже можем себе представить, что ждало бы нас в случае захвата власти Жуковым. Образ Серова сделает это представление еще более ярким.

Иван Александрович Серов родился в 1905 году. Русский. Из крестьян Вологодской области. Так записано в документах. На самом деле Ваня Серов был сыном надсмотрщика Вологодской тюрьмы. Ничего плохого в этом нет, однако в 1917 году власть в стране захватили уголовные преступники. Тюремщиков они не любили. Новые правители превратили всю страну и прилегающие территории в одну большую зону, сплошь заплетенную колючей проволокой. Они сами стали тюремщиками своего народа. А тюремщиков предшествующего режима они ловили, сажали и убивали. Детям тюремщиков старого режима рассчитывать на блестящую карьеру не приходилось. Все пути перед ними были закрыты.

Надсмотрщик Вологодской тюрьмы Александр Серов скрылся от расправы в неизвестном направлении, а его сын Ваня записался в крестьянское сословие. Политическую карьеру Иван Серов начал рано, и начал ее с обмана, объявив себя потомственным землепашцем. В 18 лет Ваня Серов — заведующий избой-читальней уездного политпросвета. В те времена эта должность официально именовалась — избач. Мужики землю пашут, а Ваня книжки выдает. Ни одно государство в мире не могло позволить себе такой роскоши: в каждой деревне огромной страны сидел молодой бездельник и выдавал книжки о том, как в будущем все будут счастливы и равны. Такое позволяли себе только большевики.

Возражают: так они же ликвидировали неграмотность, они несли в народ свет знаний! По этому вопросу товарищ Ленин высказался вполне определенно:

Ликвидировать безграмотность следует лишь для того, чтобы каждый крестьянин, каждый рабочий мог самостоятельно, без чужой помощи читать наши декреты, воззвания. Цель — вполне практическая. Только и всего. (Анненков Ю.П. Дневники моих встреч. Цикл трагедий. М., 1991. Т. 2. С. 270)

Гитлер Ленина не читал, но был ленинцем — по крайней мере, в данном вопросе. Разница в том, что Гитлер намеревался вводить такую «грамотность» на оккупированных территориях, а Ленин — на территории собственной страны.

Но вернемся к Ване Серову. Он рано понял, что лучше пропагандировать ударный труд, чем вкалывать самому. Через четыре месяца работы на ниве политического просвещения трудящихся Иван Серов получил первое и весьма резкое повышение: он стал председателем сельсовета. В августе 1925 года Серов поступает в военное училище и в августе 1928 года его заканчивает. Потом за шесть лет проходит должности от командира огневого взвода до исполняющего обязанности начальника штаба артиллерийского полка. В январе 1935 года поступает в Военно-инженерную академию. В 1936 году переведен в Военную академию имени Фрунзе и оканчивает ее в январе 1939 года. Это как раз тот момент, когда завершалось великое сталинское очищение. В НКВД — переливание крови. Чекистов ежовского призыва товарищ Сталин бросил под трамвай истории. На их место пришли молодые выдвиженцы: офицеры из армии, партийные вожди, растущие комсомольские вожаки, передовые пролетарии, которых пропаганда называла рабочими от станка, а в народе звали рабочими из-под станка.

Среди мобилизованных на службу в НКВД оказался и майор Ваня Серов. Его карьера похожа на почти вертикальный взлет. 9 февраля 1939 года Серов становится заместителем начальника Главного управления Рабоче-крестьянской милиции НКВД СССР. Через 9 дней — повышение: Серов назначен начальником этого Главного управления. Одновременно он получает звание майора государственной безопасности, в то время — три шпалы на петлицах, что соответствовало армейскому полковнику. Через два с половиной месяца Серов получает звание старшего майора ГБ — один ромб на петлицах, что соответствовало армейскому комбригу. Через пять месяцев — снова повышение в должности: Серов становится заместителем начальника самого страшного чекистского органа — Главного управления государственной безопасности НКВД СССР.

1 сентября 1939 года началась Вторая мировая война. 2 сентября Серов становится шефом НКВД Украины, а 4 сентября получает звание комиссара Государственной безопасности 3-го ранга. В Киеве Серов впервые встречает одного из самых страшных палачей XX века Хрущёва Никиту Сергеевича. В 1937 году Хрущёв был первым секретарем Московского городского комитета партии. К массовым расстрелам людей он имел самое прямое отношение — Хрущёв был членом так называемой московской «тройки», которая без суда и следствия выносила смертные приговоры тысячам людей.

С января 1938 года Хрущёв — первый секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии (большевиков) Украины (КП(б)У). Украину он чистил с таким же рвением, как и Москву. Все партийные секретари, от райкомов и выше, лично выносили и подписывали смертные приговоры. Потом, правда, и сами попадали под тот же карающий пролетарский топор. Но два секретаря республиканских компартий под топор великого сталинского очищения не попали, ибо старались лучше других. Имена этих двух стахановцев террора: Берия (в Закавказье) и Хрущёв (в Киеве).

В то время, когда Серов познакомился с Хрущёвым, у Никиты Сергеевича руки уже были в крови, да не просто по локоть, а по самые плечи.

17 сентября 1939 года Советский Союз вступает во Вторую мировую войну по предварительному сговору с Гитлером. Вслед за Красной Армией на «освобожденные» земли Польши пришли наши доблестные чекисты с горячими сердцами и холодными головами. Все, что они сотворили во Львове и Станиславе, в Ровно и Луцке, в Ковеле и Залещиках, делалось по приказу и под контролем Никиты Хрущёва и молодого чекиста Вани Серова, которому тогда еще не исполнилось и 35 лет. Все содеянное — на их чистой коммунистической совести: и депортации, и концлагеря, и коллективизация. Расстрел польских офицеров в Харькове — тоже дело мозолистых рук Вани Серова.

26 апреля 1940 года Иван Серов получает свой первый орден. И не какой-нибудь, а высшую государственную награду Советского Союза — орден Ленина. Интересно сопоставить эту дату с некоторыми трагическими страницами польской истории: с одной стороны — массовый расстрел пленных польских офицеров, в том числе и на земле подконтрольной Серову Украины, с другой стороны — высшая награда Родины этому самому Серову.

Интересно отметить в связи с этим еще одно совпадение. Начальник Управления по делам военнопленных и интернированных капитан ГБ Сопруненко Пётр Карпович, непосредственно руководивший отправкой из лагерей и расстрелом пленных польских офицеров, именно в этот день, 26 апреля 1940 года, тоже получил свой первый орден (Петров Н. В., Скоркин К. В. Кто руководил НКВД. 1934–1941. Справочник. М.: Звенья, 1999. С. 381, 389).

Серов и Сопруненко — в одном списке награжденных. И в этом списке — только палачи и каратели. Разница лишь в том, что капитану ГБ Сопруненко дали самую низшую по рангу награду, самый скромный орденок «Знак Почета» (в народе — «Веселые ребята»), а главе НКВД Украины комиссару ГБ 3-го ранга Серову — высшую государственную награду. Заслуги Сопруненко в деле расстрела польских офицеров оценены по низшему балу. А Серова — по высшему.

В июне 1940 года в Киев прибывает Жуков. Хрущёв, Жуков и Серов по приказу Сталина руководили «освободительным походом» в Бессарабию и Северную Буковину.

В 1941 году Сталин собирался сокрушить Европы и готовился к этому. С этой целью 3 февраля 1941 года чекистское ведомство (НКВД) было разделено на два независимых наркомата: НКВД (товарищ Берия) и НКГБ (товарищ Меркулов). Смысл разделения в том, что НКВД выполнял множество функций как на территории Советского Союза, так и за рубежом. От тотальной слежки за всеми до уничтожения миллионов своих граждан. От добычи золота до строительства железных дорог. От хранения всех архивов государства до охраны государственных границ. От регистрации браков до охраны живого Сталина и мертвого Ленина. От учета новорожденных до тушения пожаров. От шпионажа за рубежом до строительства крупнейших в мире гидроэлектростанций. От производства алюминия до содержания гостиниц для иностранцев. От посадки лесов до лесоповала. От создания и испытания пикирующих бомбардировщиков до обучения иностранных коммунистов подрывному делу. От регулирования уличного движения до уничтожения политических противников за рубежом. А тут еще планировался освободительный поход на Варшаву, Будапешт, Бухарест, Берлин, Вену, Париж и Мадрид. Планировалось присоединение к Советскому Союзу миллионов квадратных километров новых территорий, советизация больших и малых европейских государств, очищение многомиллионных масс от нежелательного элемента. Обязанностей набиралось слишком много, потому НКВД пришлось разделить на две части.

Новый НКВД сохранил за собой многие прежние структуры, в основном ориентированные на решение задач внутри страны: милиция, пограничные войска, ГУЛАГ, строительство важнейших объектов промышленности и транспорта и прочая, и прочая. А на НКГБ возлагалась ключевая роль в грядущей войне, которую планировалось вести «на вражьей земле». Функции НКГБ: ведение разведки за рубежом, контроль многомиллионных масс людей в районах боевых действий и на «освобожденных территориях», изоляция и истребление нежелательных лиц и целых слоев населения на только что присоединенных к СССР территориях. НКГБ была также доверена охрана советских вождей, как гражданских, так и военных, а заодно и контроль за их примерным поведением.

К началу 1941 года Иван Серов уже успел проявить себя во всем своем кровавом величии. Опыт очищения «вражьей земли» от нежелательных сословий и классов и превращения «освобожденных земель» в советские республики у него был коротким, но богатым. Он успел набить руку на расстрелах. Заслуги Серова и его опыт были оценены по достоинству: 25 февраля 1941 года его назначают первым заместителем наркома Государственной безопасности СССР (НКГБ).

Однако Гитлер спутал все карты. Гитлер напал первым и сорвал грандиозные планы освобождения Европы. Присоединение новых земель и их советизация были отложены до лучших времен. В оборонительной войне на своей земле два чекистских ведомства были не нужны. В первые дни войны было не до структурных изменений, но уже 20 июля 1941 года НКВД и НКГБ были снова слиты в единый НКВД. Серов получил должность заместителя наркома внутренних дел, то есть стал заместителем Лаврентия Берии. В этой должности он находился до конца войны и после нее.

Война снова свела Жукова и Серова. 11 октября 1941 года Жуков был назначен командующим Западным фронтом. 13 октября в помощь Жукову назначают Серова. Жуков и Серов действуют рука об руку. Добры молодцы Вани Серова занимали рубежи позади боевых подразделений Красной Армии и подбадривали их пулеметным огнем в спину, поднимая стойкость в обороне и напористость в контратаках.

Затем пути Жукова и Серова разошлись, но они снова встретились в конце войны. Жуков был тогда командующим 1-м Белорусским фронтом, а генерал-полковник Серов — уполномоченным НКВД по 1-му Белорусскому фронту. Одновременно Серов оставался заместителем товарища Берии. Кроме этого, Серов был советником НКВД СССР при Министерстве общественной безопасности Польши. Не иначе как передавал польским товарищам свой бесценный опыт организации массовых расстрелов.

В начале 1990-х годов, после освобождения Польши от коммунизма, людям стали возвращать то, что было у них отнято. Некая пожилая женщина получила свой особняк, который в 1944 году был конфискован «освободителями» на нужды НКВД. В этом особняке жил товарищ Серов. Потом там обитали другие товарищи; они изрядно все переломали и загадили. Подвалы завалили всяким хламом. И все это хозяйка была вынуждена расчищать, словно археолог, разгребающий обломки и снимающий культурные слои. Разгребла она свой подвал и обнаружила там… маленькую частную тюрьму с решетками, запорами, тяжелыми стальными дверями и всем остальным, что тюрьме полагается. На стенах, как принято во всех тюрьмах мира, заключенные царапали надписи. Этими надписями занималась польская прокуратура, журналисты, историки. Выяснилось: тюрьма эта использовалась в то время, когда в особняке жил освободитель Польши товарищ Серов.

В Польше тюрем всегда хватало. В дополнение к тому, что было построено во все предыдущие времена, гитлеровцы за время Второй мировой войны возвели в Польше достаточное количество концлагерей. Все это хозяйство перешло под контроль НКВД и их местных товарищей. Казалось бы, на всех должно хватить. Зачем еще одну совсем крошечную тюрьму оборудовать? Оказалось, что это была, так сказать, личная тюрьма товарища Серова. Утомившись на работе от расстрелов и пыток, он возвращался в свой уютный домик и тут отдыхал душой и телом, но уже не в служебной, а в уютной домашней обстановке.

Как теперь можно не верить в то, что привычки и черты характера передаются с генами? Сын тюремщика Ваня Серов стал достойным наследником своего отца.

У полководца Серова вся грудь в орденах. Я к орденам неравнодушен; я страстный собиратель как орденов, так и сведений о том, когда, кого, за что и чем награждали.

На пике своей карьеры генерал армии Серов помимо «Золотой Звезды» Героя Советского Союза имел шесть орденов Ленина, четыре ордена Красного Знамени, орден Суворова I степени, два ордена Кутузова I степени и польский орден «Virtuti Militari» (орден воинской доблести) IV степени.

Чтобы не рассказывать о каждом ордене на груди полководца Серова, отметим только границы диапазона. Мы помним, за что получен первый орден — за расстрел польских офицеров. Последний свой орден — орден Кутузова I степени — Серов получил 18 декабря 1956 года за то, что топил в крови народную революцию в Венгрии. Все остальные ордена присваивались Серову за аналогичные заслуги в рамках этого диапазона.

Серов легко набирал ордена, но так же легко они с него и сыпались. Полководческим орденом Суворова I степени Серов был награжден в 1944 году за выселение народов Кавказа. В 1959 году акция была признана незаконной, а орден приказали вернуть. В 1963 году Хрущёв понизил Серова в воинском звании с генерала армии до генерал-майора. От четырех генеральских звезд осталась только одна. Кроме того, Хрущёв снял с Серова звание Героя Советского Союза и один орден Ленина. В 1995 году указом Президента Польской Республики Леха Валенсы Серов был лишен и польского ордена.

Но интересно было бы посмотреть, кто и за что дал Серову «Золотую Звезду» Героя Советского Союза, которая в конце концов была признана выданной незаконно. В верхних эшелонах НКВД Героем Советского Союза был только Серов. Берия Лаврентий Павлович, не смотря на все свои кровавые заслуги, Героем Советского Союза так и не стал. Звание Героя Советского

Союза с «Золотой Звездой» и орденом Ленина своему верному другу Серову выхлопотал Жуков.

Система присвоения воинских званий была весьма простой. Наградной отдел штаба фронта составлял список отличившихся: Иванов, Петров, Серов достойны таких-то наград. Список подписывал командующий фронтом и член Военного совета. В нашем случае — Маршал Советского Союза Жуков и генерал-лейтенант Телегин. Список отправляли в Москву. Из Москвы приходил Указ о присвоении званий и награждении орденами.

Подписал однажды Жуков представление на награждение 28 панфиловцев, и они стали героями. Подписал на Серова и — пробки в потолок! Ты — мне, я — тебе.

Звание Героя Советского Союза было присвоено Серову

29 мая 1945 года. Это было неожиданно и непонятно. Чекист на высших руководящих постах мог отличиться в массовом уничтожении людей, никакого другого героизма он проявить не мог просто в силу своего положения. Не было на Лубянке места для подвигов. Но за массовое уничтожение людей звание Героя Советского Союза не получили ни Ягода, ни Берия, ни «чахоточный Вельзевул» Коля Ежов. Немедленно в войсках, в органах НКВД и СМЕРШ распространились слухи о том, что Серов получил Героя Советского Союза незаслуженно, что сделано это Жуковым, чтобы приблизить Серова к себе.

Слухи были упорными и устойчивыми. Генерал-лейтенант Вадис Александр Анатольевич, до 27 июня 1945 года занимавший должность начальника Управления контрразведки СМЕРШ Группы советских оккупационных войск в Германии, об этих настроениях докладывал в Москву. Жуков и Серов отомстили ему сполна: в 1945 году генерал Вадис был переведен из Германии в Забайкальско-Амурский военный округ руководить местным управлением контрразведки.

В Германии борец за коммунизм и всеобщее равенство людей Герой Советского Союза генерал-полковник Иван Серов был заместителем Жукова. Должность Жукова официально именовалась так: Главнокомандующий Группой советских оккупационных войск в Германии и Главноначальствующий Советской военной администрации по управлению советской зоной оккупации Германии (Маршалы Советского Союза. С. 36). Должность Серова — заместитель Главноначальствующего по делам гражданской администрации.

Зона советской оккупации Германии была разделена на сектора МВД. Сектором МВД в Берлине командовал генерал-майор Сиднев Алексей Матвеевич, 1907 года рождения. В 1947 году он был переведен из Германии на должность министра государственной безопасности Татарской АССР. В 1948 году арестован. Протокол допроса от 6 февраля 1948 года проливает свет на то, что творилось в Восточной Германии, которой управляли Жуков и Серов. Протокол опубликован в журнале «Военные архивы России» (1993. № 1. С. 197). Вот отрывки из протокола:

СИДНЕВ: Частями Советской Армии, овладевшими Берлином, были захвачены большие трофеи. В разных частях города то и дело обнаруживались хранилища золотых вещей, серебра, бриллиантов и других ценностей. Одновременно было найдено несколько огромных хранилищ, в которых находились дорогостоящие меха, шубы, разные сорта материи, лучшее белье и много другого имущества. О таких вещах, как столовые приборы и сервизы, я уже не говорю, их было бесчисленное множество. Эти ценности и товары различными лицами разворовывались. Должен прямо сказать, что я принадлежал к тем немногим руководящим работникам, в руках которых находились все возможности к тому, чтобы немедленно организовать охрану и учет всего ценного, что было захвачено советскими войсками на территории Германии. Однако никаких мер по предотвращению грабежа я не предпринял и считаю себя в этом виновным <…> Должен сказать, что, отправляя на свою квартиру в Ленинград это незаконно приобретенное имущество, я, конечно, прихватил немного лишнего.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Обыском на вашей квартире в Ленинграде обнаружено около сотни золотых и платиновых изделий, тысячи метров шерстяной и шелковой ткани, около 50 дорогостоящих ковров, большое количество хрусталя, фарфора и другого добра. Это, по-вашему, «немного лишнего»? <…> Вам предъявляются фотоснимки изъятых у вас при обыске 5 уникальных большой ценности гобеленов работы фламандских и французских мастеров XVII и XVIII веков. Где вы утащили эти гобелены?

СИДНЕВ: Гобелены были обнаружены в подвалах германского Рейхсбанка, куда их сдали во время войны на хранение какие-то немецкие богачи. Увидев их, я приказал коменданту Аксенову отправить их ко мне на ленинградскую квартиру.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Но этим гобеленам место только в музее. Зачем же они вам понадобились?

СИДНЕВ: По совести сказать, я даже не задумывался над тем, что ворую. Подвернулись эти гобелены мне под руку, я их и забрал <…> Я брал себе наиболее ценное, но что еще было мною присвоено, я сейчас не помню.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Мы вам напомним. Дамскую сумочку, сделанную из чистого золота, вы где взяли?

СИДНЕВ: Точно не помню, где я прихватил эту сумку. Думаю, что она была взята мною или женой в подвале Рейхсбанка.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: А три золотых браслета с бриллиантами вы где «прихватили»? <…> 15 золотых часов, 42 золотых кулона, колье, брошей, серег, цепочек, 15 золотых колец и другие золотые вещи, изъятые у вас при обыске, где вы украли?

СИДНЕВ: Так же как и золотые браслеты, я похитил эти ценности в немецких хранилищах…

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Шестьсот серебряных ложек, вилок, и других столовых предметов вы тоже украли?

СИДНЕВ: Да, украл.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Можно подумать, что к вам ходили сотни гостей. Зачем вы наворовали столько столовых приборов?

СИДНЕВ: На этот вопрос я затрудняюсь ответить.

СЛЕДОВАТЕЛЬ: 32 дорогостоящих меховых изделия, 178 меховых шкурок, 1500 метров высококачественных шерстяных, шелковых, бархатных тканей и других материалов, 405 пар дамских чулок, 78 пар обуви, 296 предметов одежды — все это лишь часть изъятых у вас вещей <…> Как вы стали мародером?

СИДНЕВ: <…> В 1944 году, являясь заместителем начальника управления «СМЕРШ» 1-го Украинского фронта, я на территории Польши встретился с Серовым, являвшимся в то время Уполномоченным НКВД по указанному фронту. Под его руководством я работал в Польше, а затем, когда советские войска захватили Берлин, Серов добился моего перевода на работу в НКВД и назначил начальником берлинского оперсектора. На этой работе Серов приблизил меня к себе, я стал часто бывать у него, и с этого времени началось мое грехопадение <…> Вряд ли найдется такой человек, который был в Германии и не знал бы, что Серов является, по сути дела, главным воротилой по части присвоения награбленного. Самолет Серова постоянно курсировал между Берлином и Москвой, доставляя без досмотра на границе всякое ценное имущество, меха, ковры, картины для Серова. С таким же грузом в Москву Серов отправлял вагоны и автомашины <…> При занятии Берлина одной из моих оперативных групп в Рейхсбанке было обнаружено более 40 миллионов немецких марок. Примерно столько же миллионов марок было изъято нами и в других хранилищах в районе Митте (Берлин). Все эти деньги были перевезены в подвал здания, в котором размещался берлинский оперативный сектор МВД…

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Сколько же всего там находилось денег?

СИДНЕВ: В подвалах находилось около 100 мешков, в которых было более 80 миллионов марок <…> Хранение такого количества денег, конечно, было незаконным, но сделано это было по указанию Серова <…> Серов раздавал ежеквартально каждому начальнику оперативного сектора так называемые безотчетные суммы <…> Таким путем каждый из начальников оперативных секторов получил из моего подвала по несколько миллионов рейхсмарок…

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Вам известно, где сейчас находятся все записи по расходованию немецких марок?

СИДНЕВ: <…> Папки с отчетными материалами об израсходованных немецких марках, собранные со всех секторов, в том числе и записи на выданные мною деньги, были по указанию Серова сожжены…

СЛЕДОВАТЕЛЬ: А куда вы девали отчетность об изъятом золоте и других ценностях, находившихся у вас?

СИДНЕВ: Эта отчетность так же, как и отчетность по немецким маркам, была передана в аппарат Серова и там сожжена…

СЛЕДОВАТЕЛЬ: Не отделывайтесь общими фразами, а говорите, что вам известно о расхищении Серовым золота? <…>

СИДНЕВ: Являясь к Серову с докладом об изъятых ценностях, я приносил ему для просмотра наиболее дорогие образцы золотых изделий и бриллиантов. Серов в таких случаях долго вертел ценности в руках, любовался ими. А затем часть из них оставлял у себя <…> Бежанов, как мне известно, работая начальником оперативного сектора МВД в Тюрингии, жил как помещик, свез к себе в дом большое количество ценного имущества, принадлежавшего богачам Тюрингии, пустил в ход пивоваренный завод какого-то крупного эсэсовца и пользовался прибылями этого завода. Клепов, так же, как и Бежанов, организовал в Германии для себя барское житье <…> Серов где-то отыскал немецкого техника, который специально разработал конструкцию радиол и составил чертежи, а Серов лично корректировал их. Дерево для изготовления радиол было содрано со стен кабинета Гитлера в имперской канцелярии <…> Одну из радиол Серов подарил Жукову <…> Серов относился ко мне покровительственно. Кроме того, я у него был на хорошем счету как энергичный работник <…> Серов много времени проводил в компании маршала Жукова, с которым был тесно связан. Оба они были одинаково нечистоплотны и покрывали друг друга…

Выше я процитировал совсем небольшую часть огромного протокола. В дополнение надо сказать, в то время легковая машина среднего класса стоила в Германии тысячу марок. Под конец войны министр вооружений Германии получал в месяц 6 тысяч марок. Из захваченных Серовым в качестве трофеев 80 миллионов марок через год осталось только 3 миллиона, но и эти оставшиеся миллионы осели в бездонных карманах Серова. О, эти чистые руки чекиста! И еще одна деталь: лучший друг гениального Жукова Ваня Серов жил в резиденции Геббельса.

Сведения о повадках Серова и его подчиненных никогда никем не опровергались. Сталин видел, что в ходе войны армейские генералы и генералы НКВД сближаются, находят общий язык. Для Сталина это единение было смертельным. Он это понимал. Потому разделял и властвовал. В ходе войны Сталин вновь разделил НКВД на части. Сталин выделил из НКВД военную контрразведку СМЕРШ и подчинил ее лично себе. Затем Сталин параллельно НКВД (МВД) воссоздал МГБ. Во главе МГБ он поставил генерал-полковника Абакумова Виктора Семёновича. Оставалось только стравить МВД (Берия, Серов) и МГБ (Абакумов).

И Сталин стравливал. Люди Абакумова раскручивали дела против армейских генералов и маршалов и против генералов МВД. Они внимательно изучали грязные делишки Жукова, Берии, Серова, Телегина, Сиднева, Крюкова и многих других. Но Берия и Серов сумели вывернуться. Они нанесли упреждающий удар. Берия и Серов сообщили Сталину нечто такое, что все показания против них так и остались лежать в архивах, а украденные золото, бриллианты и миллионы марок выглядели мелочами. Серов остался на свободе, а 4 июля 1951 года глава МГБ генерал-полковник Абакумов, который копал под Серова и Жукова, был снят со всех должностей. Он погулял неделю без работы, гадая, на какую должность его назначат, а 12 июля был арестован.

Теперь уже люди Берии и Серова проводили обыски и допросы. Теперь сам Абакумов и его люди держали ответ. Следователи и подследственные поменялись местами, но содержание протоколов допросов принципиально не изменилось. У Абакумова тоже нашли и золото, и бриллианты, и картины, и гобелены. Понятно, не за золото и бриллианты он был арестован. Были куда более серьезные причины. Однако было и все это: браслеты, кольца, серьги, кулоны. Больше всего в перечне изъятых у Абакумова награбленных ценностей меня поразил чемодан подтяжек.

Анатолий Кузнецов в своей потрясающей книге «Бабий Яр» пишет о событиях 1939 года так:

Состоялась расчудесная война с Польшей. Гитлер с запада, мы с востока — и Польши нет. Конечно, для отвода глаз мы назвали это «освобождением Западной Украины и Белоруссии» и развесили плакаты, где какой-то оборванный холоп обнимает мужественного красноармейца-освободителя. Но так принято. Тот, кто нападает, всегда освободитель от чего-нибудь.

Папа Жорика Гороховского был мобилизован, ходил на эту войну и однажды по пьянке рассказал, как их там в самом деле встречали. Прежде всего, они там, от самого большого командира до последнего ездового, накинулись на магазины с тканями, обувью и стали набивать мешки и чемоданы. Господи, чего только ни навезли наши бравые воины из Польши. Один политрук привез чемодан лакированных ботинок, но они вдруг стали расползаться после первых шагов. Оказалось, что он схватил декоративную обувь для покойников, сшитую на живую нитку. А Жоркин папа привез даже кучу велосипедных звонков. Мы носились с ними, звякали и веселились:

— Польше каюк!

Буржуйским Литве, Латвии, Эстонии был каюк.

У Румынии взяли и отобрали Бессарабию. Хорошо быть сильным.

Наши освободители хватали кто что мог. Если у человека есть велосипед, то на нем есть и звонок. Если велосипеда нет, звонок не нужен. Если велосипед есть, то можно привезти из освободительного похода один запасной звонок. Но зачем тащить кучу звонков?

У наших гениальных полководцев и мудрых вождей тайного фронта повадки были те же, что и рядовых мародеров: хватай все, что видит глаз! У могущественного шефа МГБ генерал-полковника Абакумова среди хрусталя и фарфора, среди сверкающих слитков золота и драгоценных каменьев, среди штабелей золотой и серебряной посуды нашли чемодан немецких подтяжек. Зачем ему столько? Не будет же он ими торговать! Да и зачем ему торговать, если у него неограниченный доступ к деньгам?

А вот у генерал-лейтенанта Крюкова, ближайшего друга Жукова, при обыске помимо бриллиантов, золота, рубинов и сапфиров обнаружили 78 оконных шпингалетов, 16 дверных замков и 44 велосипедных насоса. Если боишься, что один насос поломается, возьми себе десять запасных. Зачем тебе сорок четыре?

У любимца Жукова генерал-лейтенанта Минюка Леонида Фёдоровича, который был сначала генерал-адъютантом Жукова, а затем его генералом для особых поручений, при аресте помимо серебра и золота, костюмов и тарелок, мраморных статуй и статуэток, ковров, картин и гобеленов были конфискованы 92 велосипедных насоса.

Все они — Жуков, Серов, Берия, Сиднее, Телегин, Минюк, Абакумов, Крюков — пришли в Европу под знаменем освобождения. Все, что они творили, называлось красивым термином «освободительная миссия Советской Армии». Все это мародерство и воровство процветало под сенью Знамени Победы, которое гордо развевалось над поверженным Рейхстагом. Все эти люди называли себя коммунистами. Они убивали людей миллионами ради всеобщего равенства, но в подходящий момент превращались в ловких предпринимателей: пускали в дело захваченные пивоваренные заводы и набивали карманы деньгами. Они освобождали мир от Гитлера, Геббельса и Геринга и тут же вселялись в освободившиеся резиденции вождей Третьего рейха. Они освобождали мир от коричневой чумы, от гитлеровских концлагерей, но эти концлагеря не пустовали, их тут же включали в систему ГУЛАГа. Все они рассказывали, что скоро наступит такое время, когда на земле победит коммунизм и каждый будет работать по способностям, а получать по потребностям. Кому сколько надо, тот себе столько и возьмет! Великая идея. Но как удовлетворить потребности одного только Серова или одного Минюка?

? ??

Нам говорят: ах, если бы к власти вместо Хрущёва в 1957 году пришел Жуков! А мы спросим: что было бы со страной, если бы к власти действительно пришел Жуков?

Ответить на этот вопрос легко. Жуков привел бы во власть своего ближайшего друга Серова и таких, как он. Эти товарищи устроили бы в подвалах своих дворцов и особняков маленькие уютные частные тюрьмы и пыточные камеры. А еще они разворовали бы страну еще задолго до застоя и перестройки, и нашим «демократам» ничего не осталось бы.