ЦЕНА СЕКТАНТСТВА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЦЕНА СЕКТАНТСТВА

Украинские левые как фактор успеха ВО «Свобода»

Два года назад, по окончании выборов в местные советы, которые обозначили значительный успех политической партии «Свобода», я написал на «Рабкор.ру» статью с анализом факторов, которые обеспечили рост поддержки ультраправых. По сути, все эти факторы можно озвучить и сегодня, после очередного громкого успеха «Свободы», которая набрала свыше десяти процентов голосов на выборах в украинский парламент и провела еще около десяти кандидатов по мажоритарным округам в разных регионах страны. Среди них— беспрецедентная поддержка ведущих либеральных СМИ, многие представители которых прямо призывали сейчас голосовать за нацистов, и перетекание «ядерного» национал-демократического электората, который окончательно поставил крест на своем бывшем кумире Ющенко, сделав выбор в пользу радикального крыла националистического движения.

«Мотивацией к этому переходу стало разочарование в традиционных партиях "национал-демократического" толка на фоне социально-экономического кризиса, остро усугубившего положение большинства граждан страны. Пять лет после Майдана убедили "патриотического" избирателя в том, что "оранжевые" политики являются составной частью "антинародного режима", против которого они направили одураченные массы. Это разочарование наложилось на болезненные последствия экономического спада. Кризис актуализировал лозунги борьбы за социальные праваи тогда вдруг оказалось, что эти социальные лозунги, по существу, не выдвинула на выборах ни одна партия, кроме "Свободы"», — писали мы в 2010 году.

Сейчас, два года спустя, ситуация изменилась лишь в том смысле, что «национал-демократические» партии, в лице слившихся друг с другом «Батькивщины» и «Фронта змiн», которые прежде видели в «свободовцах» конкурентов, на каждом шагу называя их техническим проектом «Партии Регионов», на этот раз предпочли заключить с нацистами тесный политический союз — что окончательно легитимизировало ультраправых в глазах большинства представителей «патриотической» интеллигенции.

Все это так. Но представители украинских непарламентских левых, безусловно, также несут свою часть ответственности за успехи «Свободы». Это утверждение может показаться парадоксальным — так как сколько-нибудь объективный наблюдатель, владеющий информацией о реальном положении дел в непарламентской левой среде, должен признать, что ее влияние на общественное мнение и общественные процессы пока что близко к нулю. Общество практически ничего не знает об этих левых — но именно этот факт является одной из самых важных причин, обусловивших поступательное политическое восхождение тягнибоковцев, которые позиционируют себя как единственный радикальный политический субъект, готовый отстаивать социальные права украинцев.

Да, либеральные СМИ, в среде которых годами доминирует правый дискурс, годами разрыхляли почву для успеха «Свободы». Но разве левые смогли бросить этому вызов, вступив в борьбу за массовое сознание украинцев и оспорив идеологическую гегемонию правых— или, по крайней мере, сделав такую попытку? Нет — они предпочли заниматься самоагитацией на своих маргинальных ресурсах, выступая в роли единственных читателей собственных текстов, с наивно-утопическими, оторванными от жизни прожектами, написанными птичьим языком родной субкультуры.

Да, еще два года назад было очевидно, что «зияющая ниша на левом фланге украинской политики» является главным условием для электоральных успехов нацистов, а «правый популизм в духе "Йоббика" и Тягнибока заполняет собой вакуум антикапиталистической политикитак же естественно, как вода заполняет собой пустоты в породе». Но, несмотря на это, левые не предприняли никаких существенных попыток к созданию того политического субъекта, который в перспективе мог бы стать в глазах общества осознанной альтернативой соци-ал-националистам.

Такая политическая сила — пусть даже самая плохонькая, с эклектической идеологией общелевого толка, с кучей неизбежных тактических ошибок и внутренних свар, естественно, не смогла бы претендовать на то, чтобы попасть в парламент на нынешних выборах или сразу же повести за собой массы. Но она стала бы значимым шагом в решении задачи демаргинализации непарламентских левых, которые существуют сейчас исключительно в себе и для себя, отдав левые лозунги на откуп Тягнибоку и Симоненко. И именно такая политическая сила могла бы стать центром притяжения и организации всех антифашистски настроенных элементов — задача, которая оказалась совершенно не по силам раздробленной и дезориентированной квазилеворадикальной тусовке, с очевидностью не имеющей никаких политических перспектив.

Однако позиция представителей «непарламентских» левых групп оказалась на удивление беспечной и инфантильной. А некоторые из них по-прежнему предпочитали борьбе с капитализмом сектантскую грызню со своими товарищами, особо вменяя им в вину призывы к созданию политического субъекта и к участию в политической борьбе — в тех формах, которые реально существуют и действуют в нашем обществе помимо желания самих левых. Лозунг тактического участия в выборах с целью использовать кампанию как информационную площадку для пропаганды своих идей и своей программы вызывал настоящую истерику среди сторонников «чисто классовой политики» — хотя никто из них не мог похвастаться даже отдаленными намеками на ее достижения. А электоральные успехи нацистов ясно показывали, что у нашей страны нет нескольких веков или десятилетий, которые были бы способны подтвердить гипотетические перспективы стратегии анархо-синдикалистского реформизма через «общее созревание сознания рабочих» — которые на деле стремительно люмпенизируются, погружаясь во тьму националистических предрассудков.

Вынести из участка свой бюллетень, испортив его какой-то революционной фразой — вот все, на что оказались способны наши «новые» «революционные» левые в момент борьбы за политическую власть в стране, происходящей без какого-либо участия с их стороны. Выборы показали, что левое движение Украины остается бессильным и неорганизованным, с крайне узкой кадровой базой, без вменяемой, доступной программы, которую она могла бы предложить украинцам на понятном для масс языке (что до сих пор понимается некоторыми как «предвыборный популизм»), и без известных, узнаваемых лиц, которые могли бы донести тезисы этой программы через масс-медиа — в которых не устают рекламировать свои взгляды украинские правые.

Реакция левых на первые крупные успехи «Свободы», которые, по логике вещей, должны были обратить их внимание на собственные просчеты и мобилизовать их на совместную политическую борьбу с правыми, была поразительно неадекватной. Я помню, как в дискуссии по итогам выборов 2010 года один из киевских левых на полном серьезе называл тягнибоковцев «политическими маргиналами» — хотя по результатам голосования они получили 2281 (!) мандат депутатов местных советов и большинство в советах трех областей. Стоит ли говорить, что упомянутый товарищ представляет сейчас совершенно немаргинальную революционную группу в составе десяти человек, пламенно призывая к бойкоту выборов украинское общество — которое, правда, не имеет никаких шансов услышать эти призывы.

После того как «Свобода» попыталась сорвать акцию студенческого профсоюза «Прямое действие», актив разных левых групп собрался, чтобы попытаться наладить координацию для защиты своих уличных акций. Однако один киевский «анархист» явился на эту встречу лишь для того, чтобы доказывать: в этой координации нет никакой нужды — так как, по его самым надежным данным, влияние «Свободы» якобы падает, и через месяц-другой она чуть ли не развалится сама по себе.

Левые активисты, которые, казалось бы, должны лучше других помнить об историческом опыте успеха фашистских партий, всегда связанном с близорукой недооценкой их потенциала, громче других называли «Свободу» «техническим проектом» регионалов, подчас даже иронизируя над призывами «остановить фошиздов» — в чисто фашистском духе. Они как будто не понимали, что идеология «Свободы» отражает реальные настроения значительной части общества, в условиях, когда фашисты, по сути, монополизировали социальные лозунги, пользуясь отсутствием собственно левых политических сил.

Воспитанные на постмодернистском чтиве активисты, которые едва только начали приоткрывать для себя работы «авторитарного» Ленина, оказались неспособны к элементарному политическому анализу ситуации, в которой оказалась наша страна. Удивительно, но многие левые до последнего не хотели верить в то, что «Свобода» пройдет в парламент — хотя неизбежность этой перспективы была совершенно очевидна еще несколько лет назад. И потому сейчас на левых сайтах трагикомично смотрятся вдумчивые статьи о том, что электоральные результаты партии Тягнибока «не пахнут проходным барьером» на нынешних парламентских выборах. Или совсем уже анекдотическая «аналитика» от автора-анархиста, который, дискутируя со статьей на «Рабкоре», успокаивал читателей феерическим выводом: «Вряд ли можно говорить, что в лице "Свободы" над Украиной нависла правая угроза».

«Если местные выборы в Украине и указывают на какую-то политическую тенденцию, то эта тенденциядальнейшее строительство корпоративного государства в духе Муссолини и Ли Куан Ю, а вовсе не угроза прихода к власти нацистов из ВО "Свобода". Уже много было сказано о том, что фашизм как террористический режим является попросту излишним в сегодняшней Украиненекого терроризировать. Поэтому более вероятно, что партия Тягнибока будет прикормленным "фашистским" пугалом в руках "антифашистов" из ПР... Можно также предположить, что "голубых" устраивают сильные националисты лишь на западе, а закрепиться на севере или в центре страны им не дадут... “Свобода"... все еще слишком отдает анекдотической "шароварщиной" для большинства населения Украины. Не так быстро все же в нашем обществе выветривается порожденная поздним СССР атмосфера скепсиса по отношению к любому пафосу, особенно в политике. Украинские ультраправые уже второе десятилетие подряд пытаются научиться имитировать западноевропейских коллег, мечтая о лаврах Ле Пена и Хайдера. Пока что безуспешно: Олег Тягнибок, позирующий с лицом комбайнера возле надписи "Нацюналiзмце любое", совсем не похож на подтянутого фюрера. Можно ли его представить выступающим с балкона перед стихийно собравшейся толпой?»

История дала нам возможность учиться на чужих ошибках — но не факт, что мы готовы учиться даже на собственных болезненных промахах. Киевский либертарий, с которым мы обсуждали на днях результаты выборов, был весьма смущен успехом нацистов, но бодренько говорил, что настоящие коммунисты должны-де брать власть не на выборах, а через уличные акции протеста. Он, видимо, вполне искренне не понимал, что во главе нынешних акций протеста, которые вполне реальны с наступлением новой кризисной волны, будут стоять не совершенно неизвестные обществу «тру-хардкор-коммунисты», а те самые тридцать пять — сорок депутатов «Свободы». Поскольку, благодаря разрозненности и сектантской несостоятельности своей стратегии, левые не имеют организационного и кадрового потенциала, позволяющего им организовывать такие акции собственными силами.

По причине сектантской беспомощности левого движения украинская Болотная площадь может быть сейчас только право-либеральной, без удальцовых и красных флагов — и успех этих уличных протестных акций скорее будет иметь результатом не строительство свободных самоуправляемых коммун, а создание украинской версии коалиции «Йоббик» и «Фидес», со свободовскими министрами, когда парламент будет на ура принимать законопроекты вроде закона о запрете абортов.

Ответственность за это также ляжет на «непарламентских» левых, которые предпочли уклониться от участия в реальной политике — рутинного занятия, полного всяческих неудобств и противоречий — предпочитая этому бесконечную революционную болтовню в рассылках с аудиторией в несколько десятков человек. Можно не сомневаться — в отсутствие влиятельной левой политической организации правые радикалы без помех возглавят социальный протест. В то время как левым вскоре будет непросто провести в столице собственные акции, поскольку они будут срываться и перехватываться «Свободой» — при полном попустительстве милиции, которая всегда находится на стороне обладателей депутатских удостоверений. Мы сможем убедиться в этом уже в самом скором времени — организовывая социальные протестные выступления: когда, наряду с государством, нам то тут, то там будет противостоять еще один, не менее мощный и организованный враг.

Несостоятельны и наивные ожидания того, что «Свобода» якобы растеряет в Раде свою популярность. Напротив — ее представители будут активно использовать свой статус для раскрутки своей партии и идеологии, в то время как весь негатив от социального кризиса в стране будет по-прежнему перебирать на себя «Партия Регионов». И уже вскоре крупный бизнес начнет серьезно вкладываться в финансирование этой успешной и популярной партии — так что среди «бизнесменов-патриотов» скоро окажутся олигархи первой величины. Я мог убедиться в этом, когда мой сосед — член штаба кандидата Игоря Баленко, владельца сети магазинов «Фуршет», проигравшего выборы по нашему округу, — с грустью сказал, что его шефу надо было избираться именно от «Свободы». Можно не сомневаться, что этим мысли посещают сейчас немалое число прагматичных людей, умеющих считать свои награбленные у народа деньги. А это значит, что 35—40 мандатов в парламенте могут стать для «Свободы» только стартовым капиталом в большой политике. Олег Тягнибок открыто рассчитывает на это, называя своим электоральным ресурсом неопределившихся избирателей — ведь большие деньги олигархов, потраченные на рекламу и обработку общественного мнения, действительно помогут убедить этих колеблющихся граждан в необходимости поддерживать «радикальную» ультраправую партию.

Главный урок нынешних выборов прост— украинским левым пора взрослеть, осознавая, что попытка уклониться от реальной политической работы и от борьбы за политическую власть в нашей стране — пусть даже под самыми революционными лозунгами — не освобождает их от ответственности за результаты этой пассивности, которые обозначили себя в массовой общественной поддержке нацистов.

Увы, но два года спустя нам приходится повторять выводы, озвученные на «Рабкор.ру» еще в те времена, когда 10 с лишним процентов голосов за «Свободу» наверняка казались кому-то туманной или даже совсем уже фантастической перспективой:

«Как можно противостоять дальнейшему политическому развитию “Свободы"? В первую очередь, для этого необходимо формировать широкое общественное движение против шовинизма и ксенофобии в украинской политике. Его главной задачей должна стать активная борьба против доминирования националистической пропаганды, или, иначе говоря, борьба за общественное сознание страны. Причем попытка создать такое движение станет своеобразным тестом для множества интеллигентов с "нацио-нал-демократическими" воззрениями, которым придется выбирать между демократией и национализмом.

Но даже эта необходимая мера не будет достаточной для эффективной борьбы против "Свободы". Остановить экспансию "национальной и социальной" партии может только создание политической левой организации, которая выдвинет лозунги борьбы за социальную эмансипацию рабочего класса, соединив их с лозунгами интернационализма. И будет активно, последовательно отстаивать их на практике.

Вопрос лишь в том, осознают ли эту ответственность левые».

Можно лишь констатировать — этот вопрос по-прежнему остается открытым.

Рабкор.ру, декабрь 2012 г.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.