Идеология – душа государства

Идеология – душа государства

Идеология – это общий смысл, позволяющий огромному количеству людей, с разным достатком, из разных сословий, отделенных горами и реками, рассеянных по лону земли, чувствовать себя единым народом. Принимать коллективные решения в час испытаний. Чувствовать солидарность друг к другу, объединяясь в трудовые артели и боевые батальоны. Создавать неповторимую культуру, из века в век увеличивая ее объем, ее сберегающую силу, ее пророческое устремление. Не всегда идеология обретает чеканную форму, как в случае со старцем Филофеем, провозгласившим «Москва – третий Рим». Но и неизреченная, она существует, внося смысл в народное бытие.

СССР рухнул, когда из него изъяли творческую идеологию, извлекли огненную субстанцию, именуемую «красным смыслом». Остался трухлявый, лишенный сердцевины ствол, который с треском рухнул в августе 91-го года. Обломки этого рухнувшего дуба, разбросанные по пространствам Евразии, до сих пор истлевают, наполняя мир тлением и удушающей гарью.

На Украине – два народа, две расчлененные элиты, свившие гнезда на двух разных ветвях власти. Два разных смысла, два противоположных вектора, определяющие изнурительный, беспощадный характер борьбы. Это борьба на истребление, на окончательный срез противника, на выжигание противоборствующей стороны, как во времена Гражданской войны. «Горе народу, разделившемуся внутри себя».

Ситуация в России не лучше. Лишенная объединяющей идеи, терзаемая противоречиями, страна входит в роковой период своей истории. Странный абсурдизм, подобный инстинкту самоубийства, побудил Кремль создать рядом с существующей партией власти ее подобие. Расщепить «административную вертикаль». Заложить конфликт двух ветвей власти. Перессорить элиты. Посеять раздражение и злобу в тех, кто пытался прижаться к путинскому централистскому стержню, а теперь вынужден выбирать между двумя ослабленными вибрирующими вертикалями.

Весь «выборный год» пройдет в грызне и соперничестве, и к моменту избрания Думы в стране сформируются два устойчивых антагонистических центра. Если Путин, демонстрируя слабость, презрение к чаяниям масс, подчинится «демократическим нормам» и требованиям Америки, откажется от «третьего срока», то будет избран его вялая тень, преемник, не успевший снискать обожание народа. Проигравшие претенденты, в том числе и экс-премьер Касьянов, объявляют выборы «воровскими», лживыми. Вскрывают факт подтасовок, начинают бойкот. Сторонники бойкота, состоящие из профессиональных революционеров НБП и либералов, пользующихся поддержкой Запада, объявляют бессрочный митинг «несогласных». К митингу присоединяются отряды других проигравших претендентов, а также «националисты», которых власть не допустила к выборам. Протестные массы, изведенные Зурабовым и Кудриным, отсутствием лекарств, свирепыми тарифами, поборами чиновников, питают бессрочный митинг, который власть, боясь осуждения Запада, не в силах разогнать. Затевается гигантская московская свара, почище 93-го года, финалом которой является не смена власти, а распад России, как это было с Советским Союзом, когда на три дня воцарился конституционный хаос. Ненавидящие центр окраины, раскрепощенные в отсутствие Путина кавказские элиты, разнесут Россию в клочки. Последует второй и теперь уже окончательный «большой взрыв». Таков сценарий событий 2008 года.

Но есть и другой поворот. Путин принимает судьбоносное «национальное» решение – стимулирует поправку к Конституции, остается на «третий срок». Использует личный авторитет и замкнутые на него централистские связи, не дает распасться стране. Держит ее в обручах политических технологий. Однако «третий срок» не может быть механическим повторением прежних двух, когда страна сгнивала, отдавая жизненные энергии Западу, плодя горстку миллиардеров и океан обездоленных. «Третий срок» Путина – это долгожданное «Развитие», создание широких общенациональных программ, срез «неолиберального» курса, изгнание из политики Кудрина и Грефа, Зурабова и Швыдкого. Апеллируя к народу через голову продажной и коррумпированной элиты, Путин становится полноценным национальным вождем, не страшащимся демонизации Запада.

Вот тогда-то и понадобятся результаты кропотливой и неброской работы по взращиванию идеологии Государства Российского. Это работа не отдельных выдающихся «умачей», не лабораторный продукт, но тщательное отслеживание актуальных процессов российской истории, собирание исторических фактов, подверженных обобщению. Именно так родилась симфония Пятой Империи – метафора нового российского государства. Рядом с нею, дополняя ее, появилась сурковская «Суверенная демократия», защищающая Россию от экспансии чужих цивилизаций, сберегающая для страны ее природные ресурсы. «Партия Третьего срока» есть политика, реализующая «Развитие», побуждающая Путина сменить политический курс, ставящая президента в центр преобразований. «Холодная война», объявленная России и зафиксированная в Мюнхенской речи, лишь продолжает идеологическое строительство, фокусируя «образ врага», побуждая Россию пресекать воздействие «организационного оружия», вонзившегося во множество трещин, раскалывающих монолит государства. Идеология, которая создается почти невидимо, заслоняемая слюнявыми ток-шоу и мыльными операми, и есть историческое творчество народа, совершаемое в кризисный, роковой период его существования.

Успеем ли мы, подобно старцу Филофею, провозгласить формулу Государства Российского, – от этого судьба страны зависит не меньше, чем от спуска на воду стратегической лодки «Юрий Долгорукий», которая, дай Бог, победно закачается на волнах в середине апреля.