Формула третьего срока

Формула третьего срока

Формула третьего президентского срока (с перерывом в один), на возможность которого наконец-то намекнул и сам В. В. Путин, поразительным образом совпадает со считалкой пресловутого ельцинского референдума-1993: «Да-Да-Нет-Да». На смену президенту «Да-Да» приходит президент «Нет», а потом возвращается «Да» или, может быть, даже «Да-Да». Хотя на практике представить себе такое, разумеется, трудно.

То есть представить-то как раз просто, а вот жить при промежуточном президенте «Нет» — избави бог! Как опять-таки говорилось и писалось при Ельцине — но уже в 1996-м. Зная нравы нашей бюрократии, можно с уверенностью утверждать, что вся государственная машина просто-напросто остановится; Совмин и Администрация президента войдут в клинч, цена любого хозяйственно-политического вопроса (включая назначения губернаторов) возрастёт в разы, спецслужбы перегрызутся, а армия перестанет подчиняться кому бы то ни было. И всё это — на четыре года, на протяжении которых мало не покажется никому.

С другой стороны, изменение Конституции в пользу непрерывного двенадцати- или шестнадцатилетнего правления предпочтительнее только на первый взгляд. И не потому, что не поймёт Запад (он-то как раз поймёт — особенно если бросить ему ещё пару-тройку сочных кусков), а потому что Несменяемый, как мы за пять лет успели заметить, тяготеет и к несменяемости высшей правящей касты (кроме, понятно, тех, кто не предан лично), а засидевшаяся во власти каста несменяемых при всех своих государственнических, а то и имперских установках за десять-двенадцать лет растащит страну по брёвнышку. Строго говоря, процесс пошёл — и можно только догадываться, какие масштабы и формы он примет к тому году, на который назначено удвоение валового продукта. Так что в конечном счёте разницы в положении дел при президенте «Нет» и президенте «Да-Да-Да» не просматривается. А с третьей стороны, вы же не верите, что Путин уйдёт? Или, допустим, проиграет честные президентские выборы Гарри Каспарову? Да и в саму возможность честных выборов… Но и буржуазная революция у нас невозможна хотя бы потому, что уже случилась в 1991 году, а она, в отличие от почтальона, никогда не приходит дважды. Термидор — он и есть термидор: революционная лава остывает, а ситуация застывает.

Итак, уходить Путину в 2008-м на четыре года нельзя. Оставаться ещё как минимум на четыре тоже нельзя. Необходимо уйти, соблюдя политес, месяца на четыре. На такой срок, бывает, наше правительство объявляет итальянскую забастовку при смене премьера, не говоря уж об имитации административной реформы; на такой срок в европейской части страны наступают холода — но ничего, перезимовать можно.

Значит, президент «Нет» должен и впрямь появиться — под видом преемника (разыграть эту карту с вынужденно критиканствующим соперником всё же не рискнут), — но ненадолго. Месяца на четыре с момента инаугурации до заявления об отставке, допустим, по состоянию здоровья; а то и вовсе без повода — как ушёл тот же Ельцин. О разгуле чеченского терроризма вспоминать не хочется — мы ведь пишем не конспирологический сценарий, а политтехнологический; хотя, конечно же, и рокового покушения нельзя исключить на все сто процентов — как не предусмотренный кукловодами несчастный случай или как эксцесс исполнителя. Человек не только смертен, но и внезапно смертен…

Так или иначе, не успев наломать дров и не развалив самим фактом своего существования в качестве альтернативного субъекта высшей власти безмолвствующую страну, президент «Нет» уходит в отставку к началу 2009-го. И во второе воскресенье марта того же года страна на конституционных основаниях в третий раз выбирает президента «Да»… Такой сценарий, кстати, уже озвучил в одной из «аналитических» телепрограмм наш вещий плевака Жириновский.

Бред, скажете вы… Разумеется. Но разве не точно такой же была бы ваша реакция полгода назад, скажи вам кто-нибудь, что крупнейшую нефтедобывающую компанию страны приобретёт группа так и не установленных физических лиц, зарегистрировавшаяся в пивной?.. Это, доложу я вам, не бред — это почерк. И — когда к этим каракулям приноровишься — вполне удобочитаемый. Только нужно, как заповедал Брехт, не смотреть, а видеть.

2006