Наши новые меритократы

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Наши новые меритократы

Строго говоря, Общественную палату на отечественный манер придумал ещё М. С. Горбачёв. Только он тогда не знал, что она так называется.

Произошло это при подготовке к Первому съезду народных депутатов СССР. Когда, наряду с прямым (и альтернативным) избранием делегатов, в дело пошли и «сотня» от КПСС, и «десятки» от крупных общественных организаций, и «единицы» от каких-нибудь филателистов с конькобежцами: целая Общественная палата в семьсот с лишним душ в рамках полуторатысячного съезда!

Горбачёвская идея заключалась в том, чтобы, совместив демократию охлократического оттенка, возникающую в результате прямых выборов, если они разражаются как гром среди ясного неба, с меритократией (то есть, буквально, с властью достойных, с властью людей, обладающих известностью и неоспоримыми заслугами в той или иной области человеческой деятельности), создать работоспособную конструкцию, обладающую определённым потенциалом для дальнейшей демократизации общества: охлократия + меритократия = демократия. Хотел как лучше, а получилось известно как.

И всё же Общественная палата по-Горбачёвски и впрямь обладала демократическим потенциалом — взять хотя бы наделавшую шуму историю включения-невключения А. Д. Сахарова в «академическую» квоту. К тому же «общественники», попав на съезд, становились полноправными его делегатами. Чего, увы, не скажешь про формируемую сейчас Общественную палату при президенте страны — реализуется идея сугубо монархическая (разумеется, квазимонархическая, по схеме президент = царь) как по замыслу, так и по исполнению.

Да ведь и впрямь цветущая сложность общественной жизни представлена в палате не то чтобы однобоко, но как-то, знаете ли, предвзято. Вглядитесь в список первой трети: кто в нём не состоит в «Единой России»? Нет, не спешите с частными опровержениями, позвольте переформулировать вопрос: «Кто из этих сорока с лишним человек отказался бы вступить в „Единую Россию“, будь ему оказана подобная честь?» — и вы убедитесь в справедливости вышесказанного. А что, вторую треть они сами наберут из Лимонова с Каспаровым и иже с теми? Как бы не так! А две трети общими усилиями наберут сплошных еретиков и раскольников в третью, последнюю, треть из регионов?

Вот и получим Общественную палату из того же, по слову Шекспира, вещества, что и Думу с Совфедом. И превратится она — тут наши новые «общественники» вспомнят о своих прямых обязанностях по основной профессии — в очередную лоббистскую структуру. Алина Кабаева попросит на гимнастику, Валерий Фадеев — на журналистику, доктор Рошаль — на педиатрию, и так далее. Люди всё достойные — меритократы — и просить будут не для себя, а на дело. Перед глазами — пример депутата Мосгордумы стихотворца Евгения Бунимовича, при котором в столице бурным ключом забила напрочь исчезнувшая было поэтическая жизнь.

Дурного в этом, естественно, нет. Хорошего — немного, но, обладая изрядным оптимизмом, его ростки разглядеть можно. Потому что у каждого из «общественников» будет иметься определённая обратная связь — пусть не с обществом, но с тем сегментом общества, который он — при всей заранее заданной благонадёжности, чтобы не сказать верноподданности палаты, — представляет. Пусть и по щучьему велению президента, но представляет. Тогда как Дума — в особенности формируемая исключительно по партийным спискам — не представляет никого и обратную связь поддерживает исключительно со Старой площадью.

По сути дела, создание Общественной палаты — ещё один шаг в сторону формирования корпоративного государства. И не исключено, что именно сюда из чисто бутафорской Думы постепенно перетечёт главное, а именно — формирование социальной составляющей бюджета. Особенно если «общественники» в дальнейшем сумеют пролоббировать и телетрансляцию собственных заседаний.

Вы скажете, что так не бывает? Согласен. Но и по-другому у нас не бывает тоже.

2005

Данный текст является ознакомительным фрагментом.