Vo pole bereza

«Он прошел самый громкий и кровавый путь, он любит темные и кровавые углы экономики, то, что он наделал в 90-е годы, будет числиться среди самых темных периодов русской истории».

«Это Моцарт. Человек невероятно талантливый. Время, ситуация в стране сделали его таким, каков он есть. Люди для него не главное. Он выбрасывает их. Идея создания империи – вот что сидело у него в мозжечке».

«Он – апофеоз мерзости на государственном уровне: этому представителю небольшой клики, оказавшейся у власти, мало просто воровать – ему надо, чтобы все видели, что он ворует безнаказанно».

«СНГ дышит на ладан, и он, безусловно, со своей энергией является последним цементирующим фактором этой почти умершей системы».

«Вся его логика ложная и ущербная».

«Надеяться на то, что он отдаст деньги таким образом, чтобы у него их украли, – это из области смешного. Он все-таки не мальчик и не позволит просто так украсть свои деньги».

«Белосельцев удивился его сходству с большой чернявой белкой. Его узкий череп покрывал линялый, с плешинами волос, узкие плечи переходили в длинные подвижные руки, удерживающие какой-то плод, то ли крупный орех, то ли сморщенный гриб, большие резцы в ощеренном рту были готовы грызть и точить, а выпуклые черно-вишневые, почти без белков глаза смотрели настороженно и часто мигали… Из суетливой белки превратился в малинового пятнистого осьминога с фиолетовыми выпученными глазами. Сидел, мелко сотрясаясь, переваривая чернильные яды. Из жестокого моллюска снова превратился в злую рассерженную белку».

«Он был гением. При всей его безалаберности и разгильдяйстве он безошибочно ощущал потребность в том или ином контакте, никогда не прибегал к лобовым методам и всегда мог с удивительной скоростью превратить хаотический перебор телефонных номеров в четкую последовательность действий, направленных на достижение цели… Его, будто состоявшего из одних только острых углов и зигзагов, геометрический образ круга всегда пленял своим законченным совершенством. Он видел в круге альфу и омегу всего сущего, змею, пожирающую собственный хвост, сплющенную спираль мирового развития, незримую границу воздушной волны в первые секунды после взрыва. Самые удачные его идеи неизменно были связаны с кругом…»

«Экран стал покрываться квадратиками с фрагментами цветного рисунка, как будто кто-то собирал головоломку. Через несколько секунд Татарский увидел знакомое лицо, в котором чернело несколько недосчитанных дыр, – его особенно поразила сумасшедшая радость, которой сиял правый, уже посчитанный глаз.

– На лыжах катается, сука, – сказал Морковин, – а мы тут с тобой пылью дышим».

«А кто это?»

Среди авторов этих высказываний людей случайных или неизвестных нет. Вот они, в алфавитном порядке: Юлий Дубов, генеральный директор ЛогоВАЗа (роман «Большая пайка»). Александр Лебедь (дважды). Владимир Машков (исполнитель роли Платона Маковского в фильме «Олигарх», снятом по книге «Большая пайка»). Виктор Пелевин (роман «Generation П»). Александр Проханов (роман «Господин Гексоген»). Владимир Путин (президент России, прототип Избранника в романе «Господин Гексоген»). Пол Хлебников, американский журналист русского происхождения, автор книги «Крестный отец Кремля». Анатолий Чубайс (глава РАО ЕЭС). Григорий Явлинский (партия «Яблоко»).

И все они говорят об одном и том же человеке.

О нем говорят. О нем пишут. О нем сочиняют романы (как лучшие, так и худшие романисты эпохи) и снимают фильмы. Его сравнивают с князем Андреем Курбским и Александром Герценом, с Троцким и самим дьяволом. Про него сочиняют анекдоты. В России не найти, наверное, более-менее известного человека, который не счел бы своим долгом хоть однажды (а то и дважды, и трижды – как Лебедь, Путин и многие другие) поднапрячься и сформулировать свое мнение о нем да и выдать это мнение в ноосферу.

Вот и я решил поучаствовать.