Олег Головин ЛИРИК ИЛИ ПРАГМАТИК?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Олег Головин ЛИРИК ИЛИ ПРАГМАТИК?

Как правило, если человек талантлив, то он талантлив в чем-нибудь одном: будь это журналистика или же юриспруденция. Но бывают и исключения. К числу таких, на мой взгляд, относится профессиональный юрист, политик, человек, отдавший всю свою жизнь государственному строительству, Анатолий Лукьянов. Мало кто знает, что последний председатель Верховного совета СССР еще и... прекрасный поэт. Сейчас Анатолий Иванович собирает "голоса поэтов", и уже осенью выйдет полноценная аудиоантология поэзии с разбросом голосов от Анны Ахматовой и Ивана Бунина до Эрнеста Хемингуэя и Пабло Неруды. А тем временем в издательстве "Парад" тиражом 5000 экземпляров вышла книга стихов Лукьянова "Ветры века".

…Мне хотелось глаза в глаза

Молодому поведать племени,

О судьбе отцов рассказать,

Рассказать о ветрах неистовых,

Трудных битвах добра и зла.

Я мечтаю, чтоб эта исповедь

До потомков моих дошла.

Это отрывок из стихотворения, которым открывается сборник. Здесь есть всё — от иронических записок на полях протоколов заседаний Политбюро и мрачных стихотворений, написанных в застенках "Матросской тишины", до стихов, посвященных маме.

Маме было бы девяносто,

Время так беспощадно бьет.

И, пожалуй, совсем непросто

Проследить ее каждый год.

Разве год — ожиданье мужа,

Когда с фронта ни строчки нет?

Разве год в одинокой стуже

Сохранять от коптилки свет?

Разве год, когда в День Победы

Разрыдаешься — не придет!..

Последняя строка, по-моему, особенно задевает за живое. И кто еще, как не "простые парни со Смоленщины" тогда это могли чувствовать всем своим большим наивным сердцем… Но время накладывает свой отпечаток, хотя Анатолий Лукьянов умудряется сохранить в себе некую юношескую романтику, пытаясь абстрагироваться от жуткой действительности:

Но я, познав, чем дышит наша знать,

Предпочитал бы многое не знать.

В стихах Лукьянова можно найти и разгул русского характера:

Крайности в русском характере.

С поля к обеду — на тракторе.

В прорубь — из банного марева.

С пылу — горячее варево (…)

Нет, протестантские знахари,

Стиль этот в русском характере

Вашем филистерским раем

Просто непостигаем!

И вечную проблему ориентации интеллигенции:

Бьете поклоны вы власти любой,

Интеллигенты.

Что же оставите вы за собой —

Смрад или легенды?

Что же оставите вы за собой

Людям в науку,

Вы, кто лобзает наперебой

Царскую руку?

И, разумеется, всю неизбывную боль уходящего поколения ветеранов, которых, как ни жестоко это звучит, по сути, лишили Победы:

…Не нужно нас благодарить

Притворно и натужно.

Угаснет сердце до зари,

А сердце безоружно (…)

Но, покидая мир большой,

Мы чувствуем бессилье

Не со спокойною душой,

А с болью за Россию,

Не зная, что там впереди,

Каких страданий бремя…

Нам очень трудно уходить

В лихое это время.

После таких стихов очень хочется успокоить родных ветеранов, уверить их, что вырванная ими с кровью Победа будет сиять до конца дней, но как можно быть сегодня в этом уверенным, "когда, дрожа, как в лихорадке,/ Вцепившись в вещи мертвой хваткой,/ Все в нору тащит индивид"?

Выразить тяжелую прозу жизни волшебной поэзией слова для человека, взошедшего на поэтическую стезю уже далеко не в молодом возрасте — задача явно не из легких. Однако, на мой взгляд, Анатолий Лукьянов с ней успешно справился. И несмотря на заверения Лукьянова, что "поэзия для меня — не работа, но просто отдушина" и "стихи приходят сами, когда нахлынет и заставит", всё-таки Лукьянов-лирик победил Лукьянова-прагматика на всех фронтах. И это хорошо в наше циничное время.