Анна Серафимова -- Жили-были

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Анна Серафимова -- Жили-были

Граждане жили в неведении. Они и не помышляли, что счастье было так близко, так возможно, и не мечтали о радости, которая была им уже уготована. И вот… Фанфары, трубите!

В один поистине прекрасный день люди узнали, что разработано эффективное средство для лечения секущихся волос. Результаты превзошли все ожидания! Тех, кто ожидал. А вообще большинство и не придавало этой проблеме никакого значения. Разработчики и распространители уверяли: отныне вы не будете знать проблем с головой! "По волосам встречают, по уму провожают", — вносили они свой вклад в фольклор. Счастливые обладатели шевелюр — звёзды шоу-бизнеса, политики, парикмахеры, общественные деятели — радостно с экранов, страниц, рекламных щитов, потрясая шевелюрами, уверяли: "Если вы прибегли к этому средству, вам гарантирован успех — ваши волосы не будут сечься". И звёзды, и домохозяйки заверяли: перед этим уникальным средством мы все равны.

Не забывали, впрочем, омрачить буйную радость и бросить упрёк временам тоталитаризма, советскому прошлому, в котором секущиеся волосы не лечили столь радикально. Что вы хотите? Социализм не думал ни о человеке, ни о его волосах. Апологетам советского прошлого нечего было возразить: да, не лечили так повально. Оставалось только признать очевидное: ни энергосберегающие лампочки не радовали просто человека, ни средство гайдоропулюса, как прозвали микстуру, предписанную всей стране на радость.

Концам волос отныне не грозило раздвоение, они демонстрировали единство и сплоченность. "К Дню единения и согласия придем с едиными власами!" — призывали политики, пускавшие слезу умиления. Дождались! Вот что нас сплотит! Философы демократии и толкователи снов либерализма давали глубокое толкование: в былые времена волосы выражали раздвоенность сознания советских людей, вынужденных говорить одно, хотя думали совсем другое.

Граждане стали избавляться от раздвоенности кончиков волос — принимали средство, активно, чтобы не сказать, агрессивно расхваливаемое и пропагандируемое. Специально созданный орган Росволоснадзор строго следил за тем, чтобы граждане избавлялись от секущихся волос. Был принят законопроект о запрете занимать государственный пост, если ходил с секущимися волосами, поскольку это означало, что ты саботировал избавление от старого мышления, жаждал реванша, был склонен с тоталитарным способам правления. Со временем принимать средство было вменено и лысым. На всякий демократический случай.

Волосы перестали раздваиваться на концах. Что правда, то правда. Правда и то, что этот эффект носил временный характер. Потом они стали выпадать. Избежали этого эффекта только лысые. Но не избежали они, как впрочем, и все граждане, цирроза, холецистита, инсульта, диабета, атеросклероза сосудов, язвы желудка.

Следы заболеваний вели к средству гайдоропулюса. За радость короткого обладания шевелюрой граждане расплачивались инвалидностью и летальным исходом. Однако, упрёки к разработчикам и внедрителям средства в том, что те не знали, что рекламировали, к чему приведёт приём гайдорополюса, оказались беспочвенными.

Разработчики и распространители чудодейственного лекарства знали-таки о побочных эффектах рекламируемого и даже насильно насаждаемого ими при поддержке госчиновников средства! "Но нельзя же, чтобы и волосы целы, и почки здоровы", — растолковывали доживающему в муках и корчах поколению, новаторы-прогрессивисты. "Столь краткий миг красоты потребовал уж очень больших жертв! Да мы и не страдали по этому поводу, хорошо и счастливо жили", — сетовали пострадавшие. Чем вызывали недоумение новаторов: "А я чего это вы взяли, что это хорошо, что вы жили хорошо и даже счастливо? Пожили счастливо, сейчас поживите свободно". Успокаивали: вот избавились от такого недуга, как секущиеся концы волос, поскольку волосы выпали вовсе, сейчас можно и язву, цирроз, холецистит, атеросклероз лечить.

У инвалидов денег на такое масштабное лечение не было. У государства, которое устами своих главных идеологов и высших должностных лиц увещевало, а то и принуждало избавляться от недуга как символа раздвоенности сознания, не было ни желания лечить граждан, ни специалистов. Ветер перемен унёс и волосы, и здоровье. А гражданам посоветовали делать свободный выбор и самим искать средства и специалистов. Правда, государство несло ответственность: то и дело устраивались шумные акции по сбору средств на лечение того или иного бедолаги из миллионов пострадавших. Призывали присылать деньги, открывали счета, госчиновники помпезно клали и свой честно заработанный рубль в протянутую руку выбранного для рекламной акции больного. Пока его, однако, лечили от инсульта, он умирал от цирроза печени.

…Изготовленное по западным рецептам демократическое снадобье от несвободы слова, от которого никто не страдал, кроме карьеристов, во все времена опасающихся, кабы чего ни вышло, дало такие побочные эффекты, как тысячекратное повышение цен, принесло с собой наркоманию, педофилию, коррупцию, безработицу, безграмотность... О них разработчики перестройки и распространители этого "средства от секущихся волос" знали, но умалчивали. Уверяя, мол, и не думали, что эти детали так уж и важны гражданам, польстившимся или насильно втащенным в компанию по исцелению от раздвоенности волоса и сознания. Свобода слова, говоришь? Да… Получивши инсульт, по волосам не плачут.