Хочу быть Воландом

Хочу быть Воландом

Общество

Хочу быть Воландом

ОБАЯНИЕ ЗЛА? ИЛИ – БЕССИЛИЕ ДОБРА?

Кто рвётся на бал Сатаны

Впечатление первое, дорожное. Поезд «Москва – Новороссийск». Дверь нашего купе открыта. Вижу: под перестук колёс мотается по коридору человек с мечом и пистолетом. Человеку года четыре. Он, судя по всему, очень общителен, ему хочется поговорить. Останавливается в дверях. Лицо простодушно-открытое, белобрысый чубчик торчком. Забавно картавит, выкладывая о себе всю подноготную. Кем хочет стать? Человеком-пауком. Зачем пистолет? Убивать. А меч? Отрубать головы. Кому? Всем. Зачем? Чтоб боялись.

Спрашиваю, озадаченный, кем работает его папа. Ответ так же лаконичен.

– Бандитом.

Подумал: оговорился парнишка. Уточняю:

– А что он делает?

– Людей убивает.

– Как? – допытываюсь, понимая: мальчишка – фантазёр. – Чем именно?

– У него пистолет. Он стреляет.

– В кого?

– В плохих людей.

Так, приехали. Если верить, что устами ребёнка глаголет истина, то из сказанного им следует: профессия «бандит» у нас не только легализовалась, но и приобрела благородную функцию – освобождать хороших людей от плохих. Отстреливая последних без суда и следствия.

Разговариваем дальше. Выясняется: мой вооружённый до зубов собеседник едет на юг без своего папы, у того много работы. Зато с мамой. И – с маленькой сестрёнкой. Их я тоже увидел в гремящем коридоре: молодая белокурая женщина, склонившись, осторожно вела за руку полуторагодовалую девочку – учила ходить. У мамы лицо уставшее, но такое же простодушно-открытое, как у сына. Разговорился и с ней.

– Это отец с ним так играет, – объясняет она. – В бандитов. А на самом деле мой муж коммерсант. Пистолет у него, конечно, есть, но – газовый.

Такие вот теперь у нас игры с детьми.

Впечатление второе, виртуальное. После очередного заказного убийства на улицах Москвы, на этот раз – известного предпринимателя Колмановича, включаю Интернет. Поисковая система «Яндекс» на вопрос «Смог бы ты убить человека?» выдаёт мне такие (как водится в Интернете – анонимные) ответы. Первый:

«…Есть несколько человек, которых я бы с радостью убил. К сожалению, законодательство не позволяет. Может, в будущем сделают некий день, типа Дня независимости, когда на сутки отменят Уголовный кодекс РФ, и тогда прольётся кровь всех тех, кто портит жизнь хорошим людям. Главное при этом, чтобы нас самих не укокошили…»

И – второй:

«…Я думаю, что смог бы убить, особенно если учесть, что я не знаю, что такое жалость. Кстати, кто-нибудь может объяснить, что это такое?..»

И тут же – объявление: «…Ищу работу киллера, возраст 20 лет, есть опыт рукопашного боя, стрельба из ПМ, АК-47, ближний бой без оружия (с оружием). Владею техникой бесконтактного боя…»

Объявление, скорее всего, шуточное, это тоже – игра, но уже не совсем детская. А признания в своей способности убить человека и мечта об отмене Уголовного кодекса на сутки, чтобы «пролить кровь» нехороших людей – совсем в духе впечатляющего кровавого бала у сатаны Воланда из сериала «Мастер и Маргарита», повторенного по ТВ в конце минувшего года.

Так вот, по поводу Воланда. Знакомая учительница рассказала: провела после этого сериала опрос в 5–7-х классах, кто из героев им понравился, и большинство дружно ответило: «Воланд!!!». А один пятиклассник с пугающей пылкостью заявил, что очень хочет быть Воландом. Зачем? «Чтоб навести порядок во дворе», – ответил он. Оказывается, ему нужно как-то справиться с хулиганьём, которое держит в страхе ребят его двора, и он готов каждому хулигану «оторвать башку и зафутболить в мусорку». Учительница была в шоке: неужели уроки литературы не научили её воспитанников видеть тонкую грань между добром и злом? Отличать силовые действия, основанные на законе, от разнузданных бандитских расправ?

Впечатление третье, жутковатое. Читаю криминальную хронику. В Мурманской области, в городе Апатиты, в ночь на 30 сентября минувшего года подростки (по просьбе соседки) избили бомжа, ночевавшего в подвале их дома по улице Ферсмана. Его, сонного, долго били ногами, а затем, глумясь, помочились на него. Избитый, очнувшись, смог выползти на улицу, доползти до стоявшего неподалёку памятника академику Ферсману. Там прохожие, заметив его, вызвали «скорую», но он скончался, не дождавшись медиков.

Подростков «вычислили». На допросах они ссылались на просьбу соседки, но не смогли толком объяснить, почему вдруг так жестоко расправились с бездомным человеком. Валили вину друг на друга. Из их сбивчивых показаний было понятно лишь, что соседка просила «навести порядок», потому что бомж в подвале – это нарушение. Ну да, увлеклись, вошли в раж, трудно было остановиться.

Читаю дальше. Оказывается, издевательства над бездомными – самое распространённое «развлечение» скучающих подростков, где бы они ни жили – в хронике пестрят адреса: Архангельск, Бердск Новосибирской области, Уфа.

Такие вот недетские игры. Переходящие в промысел. Просьбы «навести порядок» оплачиваются. Ревнивая жена, решив проучить неверного мужа, нанимает за бутылку водки парня – «попугать разлучницу», а тот, не рассчитав силу удара, убивает её. Подобных эпизодов в криминальной хронике тьма.

Из этой тьмы вылезло чудовище, называемое киллерством. Известны расценки. Устранение коммерсантов средней руки стоит нанимателям от 5 до 15 тысяч долларов, а убрать известного «випа» дешевле, чем за 200 тысяч, не получится. Исследователи этого явления меланхолично констатируют: таким (кровавым!) способом из-за неэффективности (или – продажности?) арбитражных судов у нас разрешаются экономические споры. И не только экономические, если вспомнить почти демонстративный расстрел корреспондентки «Новой газеты» Анастасии Бабуровой и юриста Станислава Маркелова, случившийся в январе минувшего года.

Убийства по найму, несмотря на весьма зримое укрепление вертикали власти, всё-таки стали нашей обыденностью. Нашими буднями. И – не вызывают уже общественного ажиотажа, как это бывало в «лихих 90-х».

Привыкли. Притерпелись. Смирились с тем, что свой особый «порядок» наводят в нашей жизни неведомые нам подручные Воланда, перешедшие от заказных убийств отдельных предпринимателей к рейдерским захватам крупных промышленных предприятий и – с помощью оборотней-чиновников – к присвоению дорогостоящих подмосковных земель.

Что ж тут удивляться мальчишке с пистолетом и мечом, собирающимся отрубать головы всем неугодным?!

Впечатление четвёртое, итоговое. Удивляться же есть чему. В массовом сознании вызревает культ силы, не ведающий милосердия, не знающий ни правовых, ни нравственных ограничений, развращающий души беспощадной вседозволенностью, а мы знай себе похохатываем у телевизора над гламурно-салонными шуточками юмористов «Кривого зеркала». Иногда, правда, вздрагиваем, увидев в теленовостях какой-нибудь страшненький сюжет из российской глубинки. Напомню один из них.

В Ярославле группа студентов увлеклась культом сатанистов. И в соответствии с его ритуалами принесла в жертву четверых своих приятелей.

Каждый из дьяволопоклонников (все – из благополучных семей!) втыкал в жертву нож ровно 666 раз – роковое «число зверя». Позже рядом с местом убийства криминалисты обнаружили перевёрнутый крест с распятой на нём кошкой.

О чём думали в момент преступления эти молодые, зомбированные своим увлечением люди? Что они – «часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»? Ведь ритуал лишения жизни другого человека в их понимании – несомненное благо.

И не таким же ли благом кажутся рейдерские захваты и кровопролитные устранения соперников по бизнесу самим исполнителям и организаторам этих акций, свято верящим в правоту всесокрушающей силы?

Культ силы, не ограниченной правом, для неокрепших душ – соблазн величайший! Не поэтому ли часто зло выглядит привлекательным, и так называемые отрицательные герои в лит- и кинопроизведениях оказываются достовернее и ярче положительных? Ведь вот, например, Воланд в «Мастере и Маргарите» – мощный образец ничем, кроме своей усталости, не ограниченного своеволия, – затмевает же исповедующего безбрежную любовь и всепрощение Ешуа, погибающего на кресте. И неужели, думаю я, рискуя показаться прекраснодушным, лучшие наши умы, авторитетнейшие современники, мастера культуры, наконец, не способны обеспокоиться этой тревожной ситуацией?

Да, конечно, однажды наступит критический момент, когда здоровые силы общества вынуждены будут сделать всё, чтобы наше государство стало подлинно правовым. Иного пути для сохранения нравственного здоровья нации просто нет, я твёрдо верю в это. Только ведь для такого оздоровления необходимы позитивные ориентиры, воплощённые в достоверно-ярких образах. Особенно для тех молодых людей, чьё воспалённое воображение смертельно ранено обаянием зла.

Но может быть, этот критический момент уже наступил, а мы его не заметили?

Игорь ГАМАЮНОВ

P.S. Секты сатанистов, по мнению исследователей этого культа, действуют в разных городах. В том числе и в Москве. Они активно проникают в студенческую среду, снимают ночами для своих сходок элитные рестораны, клубы (в первую очередь секс-клубы) и кафе. Свою деятельность они маскируют под невинное увлечение, продиктованное исследовательским интересом.

Отдел «Общество» ждёт мнения читателей на тему «Обаяние зла? Или – бессилие добра?» по электронному адресу gam@lgz.ru 28

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 7 чел. 12345

Комментарии: 04.02.2010 13:47:41 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

КОМУ ЭТО НЕ СТРАШНО?

Думаю, что равнодушие родителей к детям, неверие детей и молодых в добрых волшебников и вообще в добрые силы, а взрослых людей - в справедливость властей, неверие во Всевышнего , Творца Неба и Земли, вопиющие бескультурие и дикость во многих вопросах и отношениях ... порождают симпатии к Воланду, как "санитару жизни нашей убогой и помойно-отстойной". И только ЛЮДИ с крепкой Духовной Силой, Верующие на деле, а не на словах, выстоят и не соблазнятся "дешевыми" трюками всякого пошиба воландов...