Глупость или измена

Впрочем, Милюков, которого Протопопов считает одним из лучших писателей, может выступать не только в комическом амплуа. Ко дню открытия Думы он готовит разоблачительную речь — используя все материалы, которые он собрал в ходе своего последнего путешествия. Дума открывается 1 ноября — и на первом заседании Павел Милюков произносит, наверное, самую известную речь в истории российского парламента.

Он вроде не говорит ничего экстраординарного — все это давно уже обсуждается в столичных гостиных. Он констатирует, что в России очень сильны слухи о предательстве и измене, о темных силах, борющихся в пользу Германии, — более того, говорит Милюков, если бы немцы хотели организовать в России брожение и беспорядки, то они не могли бы придумать ничего лучше, чем то, что делает российское правительство. Потом он приводит примеры — в основном общеизвестные: случаи коррупции, мошенничества или просто ошибки властей. Вспомнив фразу военного министра Дмитрия Шуваева «Я, быть может, дурак, но я не изменник», Милюков задает публике риторический вопрос: все перечисленное им — глупость или измена?

Самый щекотливый момент речи — о Распутине и окружении императрицы Александры, которое определяет кадровую политику в государстве. Милюков не может об этом не сказать — но говорить об этом запрещено. И председательствующий обязан прервать его речь, как только услышит «оскорбление верховной власти». Поэтому Милюков идет на хитрость — он цитирует фрагмент из швейцарской газеты на немецком языке, написавшей про роль императрицы и ее «придворной партии». Родзянко предусмотрительно вышел из зала, председателем в этот момент является зампред Думы по фамилии Варун-Секрет — он не знает немецкого, поэтому не прерывает оратора.

Один из самых ярких эпизодов речи Милюкова не имеет к шпионажу никакого отношения: это история о том, что помощник Штюрмера, бывший полицейский осведомитель Манасевич-Мануйлов был сначала арестован за взятку, а потом выпущен — потому что, по его собственному признанию, поделился взяткой со Штюрмером.

Рефрен милюковской речи очень символичен. У него, конечно, есть свой ответ на вопрос «глупость или измена?». Он думает, что предатели существуют, что прогерманская партия работает, что члены правительства не могут быть просто идиотами — должен быть какой-то злой умысел. Ну или просто какой-то замысел. К сожалению, теперь, сто лет спустя, точно известно, что правильный ответ на вопрос Милюкова — «глупость». Никто из разоблачаемых им чиновников не был шпионом. Они просто были бесчестными бездарностями.

Речь производит фурор — впервые то, о чем все шепчутся, сказано публично. Цензура запрещает ее публиковать — газеты выходят с пустыми местами на полосах. Однако текст речи Милюкова (иногда значительно приукрашенный) распространяется по всей стране: им зачитываются и в тылу, и в армии. По словам генерал-лейтенанта Деникина, многие офицеры, в том числе в высшем командовании, согласны с Милюковым — более того, его речь уже не прячут под сукном, а открыто обсуждают в офицерских собраниях.

Через неделю после речи даже Распутин и Протопопов начнут беспокоиться и говорить императрице, что старику Штюрмеру надо заболеть и уйти в трехнедельный отпуск — потому что он со своей немецкой фамилией «играет роль красного флага в этом доме умалишенных».