«Царь на Руси необходим»

Поздним вечером новое правительство, которое еще не закончило заседание в Таврическом дворце, получает известие от Гучкова и Шульгина. Керенский вспоминает, что первым тишину нарушает Родзянко, который говорит, что вступление на престол великого князя Михаила невозможно: он никогда не проявлял интереса к государственным делам, состоит в неравном браке, был выслан из страны на несколько лет и так далее. Это чисто дворцовые аргументы, точно так же думают многие члены царской семьи. Керенский собирается перебить его, сказав, что на этой стадии революции неприемлем любой новый царь. Но слово берет Милюков. Он начинает доказывать, что «царь на Руси необходим, Дума вовсе не стремилась к созданию республики, а лишь хотела видеть на троне новую фигуру. В тесном сотрудничестве с новым царем Думе следует утихомирить бушующую бурю».

На часах уже утро, и заседание прерывают. Керенский хочет воспользоваться паузой, чтобы предотвратить публикацию царского манифеста об отречении в пользу брата. Родзянко едет в дом военного министра, чтобы связаться с Алексеевым. Тот сообщает, что манифест уже начали распространять на фронте и многие части успели присягнуть императору Михаилу II. Родзянко просит немедленно прекратить этот процесс.

Алексеев интересуется, почему он не может обнародовать приказ императора. Родзянко начинает уклончиво объяснять, что с воцарением цесаревича столичная общественность еще помирилась бы, но воцарение великого князя Михаила абсолютно неприемлемо.

Этот разговор ошеломляет Алексеева. Он в ужасе от того, что поверил Родзянко и убедил царя отречься: «Я никогда не прощу себе, что поверил в искренность некоторых людей, что пошел за ними и что послал телеграмму об отречении императора главнокомандующим», — говорит он своему подчиненному.

Родзянко связывается с Рузским и также просит его не распространять пока манифест об отречении. «Вспыхнул неожиданно для всех нас такой солдатский бунт, которому еще подобных я не видел, — совсем уже врет глава Временного комитета, чтобы как-то аргументировать свою просьбу. — Только слышно было в толпе — "долой династию", "долой Романовых"». Ничего подобного за последние сутки, конечно, не было.