Михаил II

В 6 часов утра Родзянко возвращается обратно. Члены Временного правительства задумываются о том, чтобы связаться с великим князем Михаилом, который еще не знает, что за ночь он стал императором. Он по-прежнему живет в Петрограде — но уже не в Зимнем дворце, а в особняке у княгини Путятиной, на улице Миллионной.

Когда делегация членов правительства приезжает туда, чтобы встретиться с ним, великий князь встречает их словами: «А что, хорошо ведь быть в положении английского короля. Очень легко и удобно! А?» — «Да, ваше высочество, очень спокойно править, соблюдая конституцию», — улыбается в ответ Милюков.

Родзянко и Львов излагают позицию большинства: великий князь, по их мнению, должен отказаться от престола. Потом слово берет Милюков и, к удивлению собравшихся, начинает длинную и цветистую речь, в которой убеждает великого князя занять трон. Он говорит, и говорит, и никак не может закончить, чем ужасно раздражает великого князя.

На самом деле Милюков просто рассчитывает, что с минуты на минуту должны появиться приехавшие из Пскова Гучков и Шульгин, которые поддержат его и, возможно, передадут великому князю личное послание от брата, после которого он не осмелится отречься. Но те никак не появляются — и Милюкову приходится тянуть время.

Дело в том, что эмиссаров Временного правительства на вокзале задержала толпа. Узнав, что они привезли манифест об отречении в пользу брата, разгневанные рабочие задерживают Гучкова и Шульгина и даже хотят отобрать акт отречения и уничтожить. Смена царя их совершенно не устраивает, они хотят ликвидации монархии. Скомканный оригинал акта в кармане выносит из здания вокзала помощник Бубликова Юрий Ломоносов. Впрочем, арест Гучкова и Шульгина длится недолго. За них вступаются те же рабочие: «Мы же сами их пригласили… Они доверились — и пришли к нам… А вы — что? "Двери на запор"? Угрожаете? Так я вам скажу, товарищи, что вы хуже старого режима…» — вспоминает Ломоносов.

Шульгин и Гучков появляются в доме на Миллионной улице к концу речи Милюкова и только успевают выразить ему поддержку, но сразу после этого берет слово Керенский: «Умоляю вас во имя России принести эту жертву!.. Потому что с другой стороны… я не вправе скрыть здесь, каким опасностям вы лично подвергаетесь в случае решения принять престол… Во всяком случае… я не ручаюсь за жизнь вашего высочества».

Михаил отлучается со Львовым и Родзянко в другую комнату. Вернувшись, он сообщает, что готов принять трон только по просьбе Учредительного собрания, когда его созовет Временное правительство. С этого момента Россия де-факто становится республикой.

В прихожей сидит вызванный специально профессор права Владимир Набоков, отец в будущем всемирно известного писателя, которого князь Львов просит составить акт отречения. Он долго думает, как подписать его манифест: великим князем Михаилом Александровичем или императором Михаилом. В итоге выбирают первое. Через полчаса по всему городу клеят плакаты: «Николай отрекся в пользу Михаила. Михаил отрекся в пользу народа».

«Бог знает, кто его надоумил подписать такую гадость», — записывает бывший император Николай про решение брата.