«Бесит своими куцыми взглядами»

Наладив выпуск газеты в Мюнхене, марксисты возвращаются к мысли о создании партии: тем более что их конкуренты — народники, ставшие эсерами, — к созданию своей партии уже приступили. Но если кружкам эсеров удалось объединиться, то марксисты из-за зашкаливающих амбиций все силы тратят на внутреннюю борьбу. И Плеханов, и редакция «Искры» все свое красноречие направляют на то, чтобы разгромить соперников, в том числе Петра Струве, еще недавно написавшего манифест РСДРП. Теперь догматики упрекают его в том, что он отошел от чистого марксизма и стал либералом. Особенно усердствует давний приятель и критик Струве, редактор «Искры» Владимир Ульянов — сменивший теперь псевдоним «Петров» на «Фрей».

Фрей так старается, что даже Плеханову не по себе. «Тон его по отношению к либералам и либерализму в России слишком недоброжелателен. Третировать их так, как он, не годится», — беспокоится Плеханов, который, впрочем, и сам регулярно пишет статьи, упрекающие Струве в неправильной идеологии.

Марксисты в изгнании начинают писать программу партии — и тут ссора разрастается. Плеханова категорически не устраивает проект Фрея, он грозит товарищам, что если редакция «Искры» будет настаивать, то он «вынужден будет заявить, что считает его неудовлетворительным». Более того, между амбициозными Плехановым и Ульяновым начинается личная неприязнь. «Фрею я не пишу, он бесит меня своими куцыми взглядами», — сообщает Плеханов последователям.

Фрей игнорирует советы товарищей по редакции «Искры» так же, как раньше игнорировал критику народников. Он настаивает, чтобы его тексты публиковались без чьих-либо правок. Особенно это бесит даже не Плеханова, который далеко, в Женеве, а Мартова. Коллеги Фрея вынашивают план выгнать упрямца из редакции — потому что ужиться с ним невозможно. Их раздражает высокомерие Фрея, который считает, что работает лучше и больше всех, а другие члены редакции, например Потресов или легендарная Вера Засулич, пишут плохо и мало. И хочет их из редакции исключить.

В таком настроении русские марксисты собираются на свой первый слет — они называют его «вторым съездом РСДРП», памятуя о «первом съезде», все участники которого были арестованы в Минске шестью годами раньше.