Рыжков: «Теперь я вместе с Геной, он необыкновенный»

Рыжков: «Теперь я вместе с Геной, он необыкновенный»

Владимира Рыжкова принесли в Госдуму в картонной коробке. Московские политики скалились, глядя на неведомое лопоухое существо.

Чтобы понять, что представляет собой вечно юный демократ, следует вспомнить его карьеру. В годы студенчества внимательно наблюдает за политическими тенденциями. В конце восьмидесятых становится одним из алтайских демократов.

В 1991 году было модно приглашать во власть молодых реформаторов. Так совсем юный Володя Рыжков стал заместителем главы администрации Алтайского края. А в конце 1993 года он был избран депутатом Госдумы первого созыва. Через два года повторно оказывается в Думе под крылом организации «Наш дом – Россия». В то время думали, что эта прокремлевская партия, которую в народе называли «Наш дом – «Газпром», является пределом мечтания для юного политического дарования. Но вскоре Рыжков становится вице-спикером председателя Думы.

Рыжков выгодно отличается от коллег по разваливающейся «партии власти», погрязших в коррупционных скандалах, и в 1999 году, как раз накануне заката ельцинской системы, Рыжкова делают руководителем фракции «Наш дом – Россия». Руководить фракцией НДР долго не приходится – заканчивается депутатский срок. В декабре 1999 года он снова проходит в Госдуму по одномандатному округу в Барнауле. На прошлых выборах снова получает мандат. Избиратели любят ушастого либерала: он неплохо формулирует популярные у людей идеи, критикует власть (например, монетизацию льгот). Жадностью вроде не отличался: подрабатывал, например, в «Федерации Интернет-образования» незабвенного филантропа Ходорковского. Рыжкова напоминает главный герой из «Мертвых душ»: «…Получив же в свое распоряжение все, в ту же минуту дал знать обществу, сказавши: «Теперь пора». Расчет был слишком верен. Тут в один год он мог получить то, чего не выиграл бы в двадцать лет самой ревностной службы. Прежде он не хотел вступать ни в какие сношения с ними, потому что был не более как простой пешкой, стало быть, немного получил бы; но теперь… теперь совсем другое дело…»

Получив в свое распоряжение главную либеральную партию, Владимир Рыжков мог бы дать знать обществу, сказавши: «Теперь пора». Расчет был и вправду слишком верен. Прежде он не хотел вступать ни в какие сношения с компрометирующими коррупционерами, именующими себя демократами, потому что был не более как простой пешкой (хотя и вице-спикером однажды). Так Володя Рыжков почти пришел к богатству, славе и успеху. Остался буквально шаг. Все испортил Михаил Касьянов, вхождение которого в большую политику сразу же обернулось конфузом. Молодые демократические политики, так называемые либералы второго призыва, встретили бывшего премьер-министра России в штыки. Никто кроме Ирины Хакамады не высказался четко за сотрудничество с предполагаемым лидером демократических сил. Либералы встретили Касьянова напряженным молчанием или резкой критикой.

Владимир Рыжков так и оставался бы забавной зверушкой, если бы не наделавший много шума Комитет-2008. Молодой депутат умело воспользовался вакуумом власти и тотальным разбродом на либеральном поле и сумел переключить на себя внимание публики. Депутат-одиночка вместе с шахматистом Каспаровым, а также Ириной Хакамадой объявил о строительстве новой демократической партии, которая, как предполагалось, стянет на себя организационные, финансовые, информационные и иные ресурсы. Молодой политик, не сумевший завоевать больших вершин ни в администрации Черномырдина, ни при Путине, получил шанс сделать головокружительную карьеру.

Однако его планы волей судьбы разрушил Касьянов. У одного корабля не может быть двух капитанов: если демократическая общественность признает лидерство Касьянова, планы Рыжкова возглавить либеральную оппозицию потерпят крах.

Если Григорий Явлинский, демократический политик, известный прозападной ориентацией, вслух утверждает, что Касьянов не имеет ничего общего с демократической оппозицией, что он, по сути, «крышевал» олигархов, обслуживал ельцинскую «Семью», то Владимир Рыжков только тихо поддерживает его критику. Впрочем, он первым после выдвижения Касьянова напомнил журналистам о касьяновском прозвище «Миша – два процента». Но в дальнейшем особо не высказывал своего резко отрицательного отношения к Касьянову публично. Теперь он тихо координирует деятельность коллег и оппозиционных СМИ, напоминая о причастности Касьянова к коррупционным и приватизационным скандалам с целью заставить либеральную общественность отвернуться от Касьянова. Это был единственный шанс Рыжкова.

И в 2006 году Владимир Рыжков неожиданно стал ведущим российским демократом, отмечала «Независимая газета». Незадолго до своего жесткого антироссийского заявления вице-президент США Ричард Чейни встречался, как сообщает «Вашингтон пост», с одним из ведущих российских политиков-демократов. Логично предположить, что эта беседа усилила негативный смысл обидных для России эскапад. Вдобавок собеседник Чейни оказался неназванным и представлен был «ведущим демократом» страны. Что вносило дополнительную интригу: подразумевается, что оглашение имени станет поводом для политических преследований этого человека.

Между тем любой из потенциальных конфидентов Чейни после такого рода представления должен испытывать сложные чувства. Хотя бы по причине полной неопределенности по существу вопроса: а кто, собственно, может сегодня называться «ведущим демократом»? На пальцах одной руки можно перечислить имена прошлых и нынешних либералов. И каждый из них – обладатель весьма скромного рейтинга, легко укладывающегося в статпогрешность. То есть не превышающего двух процентов. У кого-то – чуть больше, у кого-то – чуть меньше.

Список «ведущих российских политиков-демократов», которые могли встречаться с Диком Чейни, не так уж и велик. Это, в частности, член политсовета СПС Борис Немцов, лидер «Союза правых сил» Никита Белых и лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров. По данным «НГ», Немцов совершил в то время подряд два кратких вояжа в США.

Первый визит был связан с отдыхом (известный демократ является еще и серфингистом), а второй, по словам источника «НГ», был «чисто деловым и кратким». Никита Белых, который находился в Америке, отвечая на вопросы «НГ», подчеркнул, что в последнюю неделю с Чейни не встречался и разговоров с ним на темы развития российской демократии не вел.

А вот лидер «Яблока» Григорий Явлинский и глава Национально-демократического союза Михаил Касьянов вряд ли могли встречаться с вице-президентом США. Однако, как удалось выяснить «НГ», на роль ведущего российского демократа претендовал совсем другой человек – независимый депутат Госдумы, сопредседатель Республиканской партии Владимир Рыжков. Информированный источник в Вашингтоне сообщил «НГ», что вице-президент Дик Чейни встречался с ним в середине апреля по собственной инициативе. Эта встреча стала самой основной в череде других переговоров, которые вел в американской столице Рыжков (среди них была, например, и встреча с сенатором-демократом Хиллари Клинтон).

Первоначально на общение вице-президента с российским демократом было отведено 15 минут, но оно растянулось на час: Чейни отменил даже две встречи ради продолжения разговора. Речь, как утверждает наш собеседник, шла о ситуации в России, о свободе слова, проблемах демократии, выборах и предстоящем саммите G8 в Петербурге. Источник «НГ» добавил, что Рыжков пользуется очень хорошей репутацией в Вашингтоне, воспринимается как независимый демократ, не запятнавший себя коррупцией и радикальными взглядами.

Президент Центра Никсона в Вашингтоне Дмитрий Саймс в беседе с корреспондентом «НГ» заявил, что любой представитель демократического лагеря из России, принятый вице-президентом США, автоматически становится для Вашингтона ведущим российским демократом.

//- * * * -//

Недавно была опубликована тайная запись разговора Рыжкова с другим оппозиционером – Геннадием Гудковым. Они обсуждали способы отстранения Сергея Миронова от руководства «Справедливой России»: «Кому-то в конечном итоге надо будет взять эту партию возглавить, это я уверяю, и сформировать нормальную, массовую социал-демократическую партию. По нормальному, по европейскому образцу, вот что нужно сделать. А Миронов, – это просто игра, он умеет говорить, он научился за эти годы. Но я-то его хорошо знаю, мои выступления, моя программа» (Гудков).

Во-вторых, решали, как ограничить влияние Алексея Навального на столичную протестную активность: «Если мы, пять политиков, утрамбуем Серегу Пархоменко, то он возьмет на себя Навального, чтобы он нас не переиграл <…> если вдруг успеют предупредить Быкова и Парфенова, Навальный уже не сможет переиграть» (Рыжков).

– В принципе это попытка рассорить. Ничего такого мы с Гудковым не обсуждали, ничего такого не решали, просто был обмен мнениями. Я с ним старый товарищ, друг, много лет мы с ним дружим еще по Думе. Это попытка замутить воду, попытка в очередной раз кого-то с кем-то столкнуть. Скажу, что ничего у них не выйдет, пусть даже не пытаются, – попытался оправдаться Владимир Рыжков, заявление которого цитируют РИА «Новости».

Заговор против Миронова:

Рыжков: «Я все вопросы решил, все наши с тобой вопросы я решил. Значит, первое, он (Миронов) сказал, что он тебе даст официальный мандат <…> Он сказал, что «у нас вечером фракция, мы все решим».

Гудков: <…> Ну ладно, он тебе просто подыграл. Я к нему пришел и говорю: «Ты хочешь в хвосте плестись или участвовать?». Он говорит: «Конечно, участвовать». Я говорю: «Тогда мало того, что участвовать, ты нам должен дать официальные поручения, чтобы я мог озвучить, что я получил… не просто там на свой страх и риск действую, а еще и по официальному поручению партии». Он говорит: «Партия, б…., это круто, собирать президиум, то-се, мы не успеем, давай фракцию?». Я говорю: «А, нормально» <…>

Рыжков: «А народ не понимает разницы: фракция, партия, – одна х….я».

<…>

Рыжков: «…Второй вопрос, я ему говорю, мы с ним на «ты» уже перешли, я говорю, «Сергей, ты помнишь, что когда <…> мы встречались, я сказал, что чем сильнее вы будете мочить «Единую Россию», тем больше вы получите голосов?». Он говорит: «Да». Я, говорю, был прав? Он говорит: «100 процентов». Я говорю: «Теперь слушай мой второй совет, я, редко, говорю, даю их, к ним есть смысл прислушиваться, потому что я чуток понимаю, вот тебе пять требований Болотной и Сахарова, они очень простые».

Гудков: <…> «Сейчас Левичев, поэтому…»

Рыжков: А у него какая позиция? <…> Наблюдательная?

Гудков: Конечно! Да ты что… Маневрировать, всех использовать, всех кидать и прочее…

Рыжков: Он справился…

Гудков: Просто оно вышло, плевался весь, плевался, они же что сделали, я же сказал, почему нас <…> х.. знает, что там творится.

Рыжков: Да, позорище, весь Интернет порвет…

Гудков: Я сказал на первом заседании фракции в декабре <…> Да, ты прав, это против и опять <…> что происходит <…> «Ой, это наша вина, ой мы не посмотрели» <…> ну это <…> Это игра, Володя, ты сильно не обольщайся, и чем меньше процентов он (Миронов) возьмет на президентских выборах 4 марта, тем для нас это будет… Кому-то в конечном итоге надо будет взять эту партию возглавить, это я уверяю, и сформировать нормальную, массовую социал-демократическую партию. По нормальному, по европейскому образцу, вот что нужно сделать. А Миронов, – это просто игра, он умеет говорить, он научился за эти годы. Но я-то его хорошо знаю, мои выступления, моя программа.

Рыжков: Ну, естественно.

Гудков: Я много чего дал, я ничего не получил от партии, вот, даже большого человеческого спасибо.

О возможном союзе с Прохоровым:

Рыжков: «Нормально установили с ним контакт, взаимодействие, на «ты» перешли. <…> Он 65, я – 66 года, знаешь, понравился. <…> На самом деле это умнейший парень.

Гудков: Смотри, я давно знаю Владимира Олеговича Потанина и его ребят. Так вот, у них есть такая шутка в Интерросе, что Михаил Дмитриевич Прохоров, – это продукт жизнедеятельности Владимира Потанина <…> он его подобрал, когда он был работником банка и тянул за собой <…> Второе, когда я разговаривал с теми же людьми, которые вокруг него были в «Правом деле», они мне сказали, что «слабак», «слабак».

Рыжков: Слабак?

Гудков: Третье, президентом не он будет <…>

Рыжков: Это я понимаю, он отрицает, я его в лоб спросил, он говорит: «нет, я с вами <…>»

Гудков: Более того, он опоздал на 3 дня с подачей <…> но он может при определенных условиях пойти в этом направлении.

Заговор против Навального:

Гудков: Я не собираюсь больше там играть эту роль статиста.

Рыжков: Значит, я бы предложил собраться узким кругом сначала я, ты, Немцов, Пархоменко, Сережа Удальцов с Настей <…> поверь мне, наш консенсус <…>

Гудков: А Пархом наш или как?

Рыжков: Он и нашим, и вашим, но лучше его не отбрасывать.

Гудков: Он активный?

Рыжков: <…> с Интернетом он вел <…> ключевой человек в этом процессе.

<…>

Рыжков: Я сегодня буду писать письмо Немцову и Пархоменко, е-мейл, что, значит «Боря – Сережа, предлагаю <…> без Навального-Х..льного, и всей вот этой, да собрать ядро – (Рыжков, Гудков <…> Пархоменко, Настя, Сережа Удальцовы).

Гудков: Быков, нет?

Рыжков: Если мы, пять политиков, утрамбуем Серегу Пархоменко, то он возьмет на себя Навального, чтобы он нас не переиграл <…> если вдруг успеют предупредить Быкова и Парфенова, Навальный уже не сможет переиграть.<…> В общем, я это постараюсь сделать в ближайшие 2-3 дня, чтобы мы встретились…»

Гудков назвал видеоролик монтажом и заявил, что он был сделан спецслужбами по заказу высокопоставленных политиков. Миронов со своей стороны заявил, что не считает нужным ставить вопрос об исключении Гудкова из партии из-за этого случая, но пообещал дать оценку такому поведению «в своем товарищеском кругу».

Сын Геннадия Гудкова – Дмитрий Гудков – сообщил, что на базе «Справедливой России» и ряда других партий, имеющих схожую политическую платформу, в перспективе может появиться объединенная социал-демократическая партия. Он отметил, что необходимость объединения вызвана «изменившейся политической ситуацией», в частности грядущим упрощением регистрации партий. При этом Гудков считает, что именно СР может стать «ядром» объединенной социал-демократической партии европейского типа.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.