IV

IV

Как-то очень быстро "всадник бронзовый, летящий" превращается в монументального городничего, а лозунг "Государство превыше всего" трансформируется в мысль "государство – это я".

Да, сегодня пришла пора не государственных идеалов, а интересов, только интересов не государства, а вечно голодных государственников.

Государство как частная собственность бюрократии. Как я пытался показать, эта Марксова формула всегда и везде достаточно точно описывала ситуацию. По сегодня в нашей стране, в эпоху первоначального накопления, когда с великим трудом удалось повернуть стрелку на несколько градусов от номенклатурной к демократически-рыночной приватизации, сегодня идеалы наших государственников совсем уж прозрачны. Нет, не социализм, не империя, не военная мощь их волнуют, это все слова. А на деле им нужно упрочение такой прозаической вещи, как бюрократический рынок, сохранение лжегосударственной экономики, где их фактически частные капиталы действуют под видом и на правах государственных.

От того, что уже захвачено в ходе номенклатурной приватизации, никто, естественно, отказываться не намерен. Система монопольной госсобственности разрушена, и отнюдь не в интересах бюрократии ее восстанавливать. Не национализировать же назад то, что наконец-то стало "своим", не вываливать же опять в общую кучу то, что успели распихать по карманам.

Но не существует и системы достаточно развитой частной собственности, и отнюдь не в интересах сегодняшней российской бюрократии помогать становлению полноценной системы частной собственности, отделенной от государства.

Вот Сцилла и Харибда*, между которыми под самыми высокими стягами и под гром всех оркестров тащат броненосец новейшей российской государственности, рискуя посадить его на мель. Цель бюрократии – сохранить и законсервировать нынешнюю "полуразвороченную" систему отношений собственности в России. Неопределенность этих отношений помогает номенклатуре не нести ответственности за "ничью" собственность и распоряжаться ею, пользоваться доходами с нее как со своей личной, частной собственности. Вот это и есть настоящий паразитический империализм для высшего бюрократического сословия. Ради защиты, укрепления, увековечения этой ситуации им и нужно сильное государство – государство, укладывающееся в вечную российскую формулу, "государство жиреет – народ худеет".

* Сцилла и Харибда – в греческой мифологии два чудовища, живших по обеим сторонам узкого пролива и губивших проплывающих мимо них мореходов.

Логика такого политического поведения предельно проста. В 1989-1991 годах та же бюрократическая олигархия была против усиления государства, ее представители были почти демократами. Почему? Потому что нужно было тогда ослабить скрепы, чтобы иметь возможность спокойно "приватизировать" свою власть, прибавить к ней собственность. Сегодня, когда этот цикл завершен, нужно удержать захваченное, сегодня опять понадобилось сильное государство, государственничество опять в цене.

Такие интересы определяют и реальные идеалы новейшей государственности. Отныне платят и заказывают музыку бюрократы особого пошиба – предельно циничные и хищные. Дело совсем не в личных особенностях, дело в объективной социальной ситуации.

Коррупция – старый, можно сказать, вечный бич России. Еще Н.В.Гоголь писал: "Бесчестное дело брать взятки сделалось необходимостью и потребностью даже и для таких людей, которые и не рождены быть бесчестными… пришло нам спасать нашу землю, что гибнет уже земля наша не от нашествия двадцати иноплеменных языков, а от нас самих, что уже мимо законного управления образовалось другое правление, гораздо сильнейшее всякого законного. Установились свои условия, все оценено, и цены даже приведены во всеобщую известность". Гоголь ясно объясняет, почему административно-бюрократический путь борьбы с коррупцией малоэффективен: "И никакой правитель, хотя бы он был мудрее всех законодателей и правителей, не в силах поправить зла, как ни ограничивай он в действиях дурных чиновников приставлением в надзиратели других чиновников".

Но Гоголь преувеличивал опасность – земля хоть и гибла, но, славу богу, не погибла. Несмотря на коррупцию, Россия развивалась. Однако сейчас ситуация качественно изменилась по сравнению с временами Гоголя: коррупция сращена с мафией, которой, конечно, тогда не было! Союз мафии и коррупции при самом становлении капитализма может дать такой ужасный гибрид, аналогов которому в русской истории, пожалуй, не было. Это было бы действительно нечто вполне апокалиптическое: всемогущее мафиозное государство, подлинный спрут. Не забудем, что чиновник всегда потенциально более криминогенен, чем бизнесмен. Бизнесмен может обогащаться честно, только бы не мешали. Чиновник может обогащаться только бесчестно. Так что бюрократический аппарат несет в себе куда больший заряд мафиозности, чем бизнес. А каркас бюрократической (в том числе карательной) системы легко может стать каркасом системы мафиозной, весь вопрос только в целях деятельности.

Очевидно, какое государство можно выстроить, руководствуясь в реальности (не на словах, разумеется) государственническим идеалом, – коррумпированно-криминальное, полуколониальное. Общество становится колонией государства, а само грозное государство при таком режиме становится колонией мафии, отечественной и международной, легко проникающей во все поры аппарата. Россия оказывается колонией, сырьевым придатком передовых демократических стран, построенных по принципу открытого общества, колонией отдельных фирм этих стран

Это вполне естественно, потому что "сильное" государство в привычном для нас смысле, т.е. сильное многочисленной и могущественной бюрократией, означает:

– нет равной защищенности и равных прав собственности для всех. Совсем наоборот: собственность зависит от места ее владельца на иерархической лестнице. Значит, для честного, энергичного человека надежда на продвижение на рынке равных возможностей растоптана. Значит, в экономике господствует монополия, а рынок стал рынком взяток, современной формой традиционного бюрократического рынка;

– для поддержки "избранных" отраслей, а на самом деле "своих" руководителей банков и предприятий, для содержания супераппарата (в том числе вечно растущего военно-репрессивного) нет выхода, кроме печатания денег, кроме инфляции;

– сохраняется неэффективная структура "экономики пирамид" – неконкурентоспособных монополистических гигантов;

– в стране всегда будут суперналоги, необходимые для того же государства. Такие налоги плюс "бюрократический рэкет" (взятка) – верная гарантия того, что не будет среднего и малою бизнеса, этой самой динамичной части экономики, главного "инкубатора" среднего класса;

– экономика будет не открыта миру на равных для всех условиях, а фактически подчинена "фирмам друзей".

Думаю, что многие из числа современных бюрократов достаточно циничны, отлично понимают, какое "сильное государство" они вполне сознательно намерены строить. Нет надежды на скорое возрождение военной империи, нет и настоящего желания ее возрождать. В действительности имперские идеалы девальвированы в сознании "державников" не меньше, чем в сознании демократов. Разница в том, что если у демократов на смену этим идеалам пришли другие общие политические идеи, то у большинства российских империалистов общих политических идей просто нет. Двуглавый орел используется как ширма, за которой скрыт "золотой телец" – подлинный идеал этих имперских дельцов. Тут уж жиреть будет не государство, а только лжегосударственники, жрецы государства, жиреть от имени, во имя и за счет государства.

Сегодня у государственников нет ни большой идеи, ни четкой стратегии государственной политики (в том числе в области экономики). Отсутствие реальной цели, внутреннее неверие в ими самими с пафосом провозглашаемые цели жестоко мстят за себя. Если цель одна – сохранить неопределенное статус-кво, заставить страну и дальше качаться между государственной и частной собственностью, то для достижения и такой цели подходят лишь серые "декаденты государственничества".

Отчасти сегодняшняя ситуация напоминает (хотя и в улучшенном варианте) конец 1991 года. Тогда правящая бюрократия (государственники "по должности") также не стремилась к решительным шагам вперед, келейно-номенклатурная лжеприватизация их вполне устраивала. Политическую, государственную волю тогда, как известно, проявили именно радикал-демократы ("антигосударственники", на политическом слэнге наших оппонентов).

Так и сейчас. "Официальные государственники" вполне довольны стоянием на месте, в то время как сильную программу государственной политики в социально-экономической области могут предложить как раз те, кто нацелен на стратегические задачи, стоящие перед государством, т.е. либералы, демократы.

Социальное государство или свободный капитализм… Тема для академического спора! Ни фон Хайек, ни лорд Кейнс не создавали свои теории применительно к номенклатурно-"азиатскому", находящемуся под мощным криминальным воздействием государству. Сменим систему, построим хотя бы основы западного общества – вот тогда и станут актуальны эти проблемы.

Крушение бюрократической империи под воздействием разъедающей коррозии имущественных интересов -бюрократической олигархии, приватизация власти – закономерный финал любой "восточной" империи. Он означает конец определенного витка, цикла в ее развитии.

Надо сделать все, чтобы большевистский цикл стал действительно последним в истории государства российского. Россия сегодня имеет уникальный шанс сменить свою социальную, экономическую, в конечном итоге историческую ориентацию, стать республикой "западного" типа.

В этом веке русское общество описало огромный и трагический круг, "красное колесо": почти нормальная рыночная экономика (с начала века до 1914 г.) – милитаризованная государственно-капиталистическая экономика с рынком и доминирующей частной собственностью (1914-1917) – военный коммунизм (1918-1921) – государственно-монополистическая экономика (империализм) с элементами рынка и частной собственности (1921-1929) – тоталитарная экономика, элиминировавшая рынок и частную собственность (1929-1953).

Так совершилось восхождение на пик коммунизма. Затем началась вторая половина века, спуск с этих страшных вершин. Дорога была почти симметричнной: государственно-монополистическая экономика (империализм) с элементами полускрытого рынка и теневой частной собственности (1953-1985) – государственно-капиталистическая экономика, сначала в форме "лжегосударственной", с постепенным переходом к открытой частной собственности и легитимизации бюрократического рынка (1985-1991)…

С 1992 года начался переход к "нормальному" рынку и легитимной частной собственности.

Но в центре этого круга всегда был мощнейший магнит бюрократического государства. Именно его силовое поле определяло траекторию российской истории. Государство страшно исказило черты новейшей истории. Опыт показал: государство самоедское разрушает общество, подминая его под себя, разрушаясь в конечном счете и само.

Удастся ли нам, наконец, сойти с этой тупиковой орбиты?

Решение этого главного вопроса зависит от того, что будет с государством Российским.

V

Мы вступаем в XXI век. Западное общество отнюдь не является идеальным. Оно эгоистично поглощено своими тяжелыми проблемами. Здесь и отношения по оси "Север-Юг", и перенаселение, которое впервые со времен Мальтуса* становится грозной реальностью, и экологический кризис. Одно из бедствий капитализма -темпы его неостановимого роста: он может быть стабильным, лишь когда бурно развивается, когда возникают и удовлетворяются все новые потребности людей.

Западный мир – не враг наш и не филантроп. Свои проблемы мы должны решать сами, и, если с ними не справимся, мир спокойно отнесется к крушению высокой российской цивилизации.

Между тем проблемы эти многообразны.

Нам надо одновременно решать проблемы XIX века – формирование правового государства; начала XX века – искоренение остатков социального и промышленного феодализма, резкая демонополизация экономики; борьба с фашизмом, другими крайними формами саморазрушительного национализма конца XX века и наступающего XXI века, о которых сказано выше.

*Мальтус Томас Роберт – английский экономист, основоположник концепции, согласно которой положение трудящихся определяется "вечными" законами природы, обусловливающими отставание роста средств существования от роста народонаселения.

Есть у нас и уникальные проблемы, которых, пожалуй, не было у других стран, как не было нигде такого мощного тоталитаризма. К таким проблемам относится формирование среднего класса, осознание обществом и государством идеи легитимности частной собственности.

И весь этот набор проблем придется решать одновременно. Последовательно это делать просто не удастся – мир нас ждать не будет, поблажки нам история не даст. Эти проблемы взаимосвязаны. Прочерчивается вертикаль: от источника инвестиций (частный или государственный) до общей социально-политической стратегии и идеологии.

Очередная бюрократическая приватизация власти или, наконец, размыкание замкнутого контура, разделение власти и собственности.

Секуляризация государства, отделение государства от псевдорелигии "государственничества", или новому обожествление государства.

Такова глобально-историческая альтернатива России, такова и наша сегодняшняя политическая альтернатива.

Если страна войдет в очередной цикл приватизации власти, то закроет себе наглухо путь в "первый мир". Если удастся "расшить" социально-экономическое пространство, завершить либерально-демократическую эволюцию государства, тогда Россия имеет все шансы занять достойное место а цивилизации XXI века.

Для одних государственный подход – это сохранение тех или иных бюрокрагических институтов, их власти и богатства, для других – сохранение нашей страны, сохранение самого российского государства. Чтобы сохранить наше государство, мы обязаны его радикально преобразовать, собрать всю свою политическую волю для решения этой задачи.

Необходимо вынуть из живого тела страны стальной осколок старой системы Эта система называлась по-разному – самодержавие, интернационал-коммунизм, национал-большевизм, сегодня примеривает название "державность". Но сущность всегда была одна – корыстный, хищнический произвол бюрократии, прикрытый демагогией.

Я уже писал, что считаю себя и своих единомышленников русскими государственниками и патриотами. Считаю так по простейшей причине – главной нашей задачей вижу решение стратегических проблем государства, доведение до конца рыночных реформ и построение устойчивого, динамичного, богатеющего общества западного типа в нашей стране.

Когда я пишу "западное общество", речь меньше всего идет о безумной идее унификации культур. Но есть один принцип, который мне преде гавляется общечеловеческим и вполне подходящим для России, хотя и был он сформулирован Т. Джефферсоном*: "Мы считаем самоочевидными следующие истины: что все люди созданы равными, чти они наделены Создателем определенными неотъемлемыми правами, среди которых имеется право на жизнь, свободу и на стремление к счастью…".

*Джефферсон Томас – американский государственный и общественный деятель. В 1775 году избран депутатом Континентального конгресса, принявшего решение об отделении североамериканских колоний от Англии, автор проекта Декларации независимости, автор "Статута о религиозной свободе", в 1801-1809 годах – президент США.

Август-сентябрь 1994 года. Москва.

Спб.: Норма, 1997.

Библиография

Амальрик А.А. Просуществует ли Сопетский Союз до 1984 года?//Погружение в трясину. – М., 1991.

Арбатов Г.А. Затянувшееся выздоровление. – М., 1991.

Ахматова А.А. Стихотворения и поэмы. – Л., 1977.

Бердяев Н.А. Судьба России. – М., 1918.

Бернштейн Э. Проблемы социализма и задачи социал-демократии. – СПб., 1891.

Бизнесмены России: 40 историй успеха. – М., 1994.

Блок А.А. Скифы //Стихотворения. Поэмы. Театр. – Т.2. – Л„ 1972.

Бродель Ф. Игры обмена. Материальная цивилизация, экономика и капитализм. ХV-ХVIII вв. – Т.2. – М., 1988.

Булгаков М.А. Избранное. – М., 1983.

Васильев Л.С. История Востока. – Т.1. – М., 1993.

Волошин М.А. Средоточие всех путей. – М., 1989.

Гайдар Е.Т. Россия и реформы //Известия. – №187; 19 августа 1992 г.

Геллер М., Некрич А. Утопия у власти. – Лондон, 1986.

Гоголь Н.В. Собрание сочинений. – Т.5. – М., 1960

Государственный совет. Стенографический отчет 1909 – 1910гг.

Гумилев Н.С. Собрание сочинений. – Т.2. М., 1991. Декларация независимости //Американские федералисты. – Benson, Kermont. 1990.

Джилас М. Лицо тоталитаризма. – М., 1992.

Кейнс Дж. Общая теория занятости, процента и денег//Антология экономической классики. – Т.2. М., 1993.

Ларин Ю. Частный капитал в СССР //Антология экономической классики. – Т.2. – М., 1993.

Ленин В.И. ПСС. – ТТ.23, 26, 30, 32, 34.

Леонтович В.В. История либерализма в России. 1762-1914. – Париж, 1980.

Леонтьев К.Н. Письма к А.Губастову //Русское обозрение. – 1897. – №5.

Ляшенко П.И. История русского народного хозяйства. – М., 1930.

Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. – 2-е изд. – ТТ.1, 4, 25.

Мизес Л.Ф. Бюрократия. Запланированный хаос. Антикапиталистическая ментальность. – М., 1993.

Милль Дж.С. Основы политической экономии. – М., 1980.

Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры. – СПб., 1904.

Монтескье Ш.Л. О духе законов //Избранные произведения. – М., 1955.

Найшуль В. Высшая и последняя стадия социализма //Погружение в трясину. – М., 1991.

Ортега-и-Гассет X. Восстание масс. – Нью-Йорк, 1954.

Павлов-Сильванский Н.П. Феодализм в России. – М., 1988.

Плеханов Г.В. Сочинения. – Т.15. – М.-Л„ 1926.

Прокопович С.Н. Опыт исчисления народного дохода по 50 губ. Европейской России. – М., 1918.

Пушкин А.С. Избранные произведения. – Т.1. – М., 1968.

Солженицын А.И. Раскаяние и самоограничение как категории национальной жизни //В сб.: Из-под глыб. – Париж, 1974.

Сталин И.В. Вопросы ленинизма. – М., 1953.

Тойнби А. Постижение истории. – М., 1991.

Троцкий Л.Д. Моя жизнь: опыт автобиографии. – М„ 1991.

Устрялов Н.В. Под знаком революции. – Харбин, 1925.

Уэллс Г. Россия во мгле. – М., 1970.

Фест И.К. Гитлер: биография. – Т.З. – Пермь, 1993.

Хромов П.А. Экономическое развитие России в ХIХ-ХХ веках. 1800 1917. – М., 1950.

Чапек К. Война с саламандрами //Сочинения. – Т.5. – М., 1959.

Шолохов М.А. Тихий Дон. – Т.4. – М., 1953.

Шульгин В.В. Дни. 1920: Записки. – М., 1989.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

12.10.2008