Глава 1 КАК ПРАВОСЛАВИЕ ПРИШЛО НА РУСЬ

Глава 1 КАК ПРАВОСЛАВИЕ ПРИШЛО НА РУСЬ

Казачество пошло громить язычество,

Да так и не вернулось до сих пор.

А. Щербаков

Первые христиане Руси

Княгиню Ольгу считают первой христианской правительницей на Руси. Это неверно уже потому, что первым был Аскольд-Николай. О крещении же Ольги свидетельства противоречивы и неясны.

Согласно «Повести временных лет» княгиня Ольга крестилась в 957 г. в Константинополе.

Но кроме этого летописного рассказа, «Повесть временных лет» упоминает без подробностей: Ольга крестилась в 955 г. Какой записи верить, неизвестно.

В немецкой хронике Продолжателя Регинона есть упоминание — в 959 г. прибыло к германскому императору Оттону I посольство Руси с просьбой прислать священников: русы хотят отречься от языческих обычаев и стремятся принять христианство… Посольство действовало от имени княгини Ольги.

В 961–962 гг. германский император послал на Русь епископа Адальберта, чтобы вести проповедь среди язычников. Адальберт основал Русское епископство с центром в Киеве и крестил многих киевлян. В Киеве он поставил «соборную церковь» Святого Илии.

Но убежденный язычник Святослав был уже почти взрослым.

Продолжатель Регинона сообщает: «962 год. В сем году возвратился назад Адальберт, поставленный в епископы Русам, ибо не успел ни в чем том, за чем был послан, и видел свои старания напрасными; на обратном пути некоторые из его спутников были убиты, сам же он с великим трудом едва спасся».

Многие скандинавские князья крестились по нескольку раз. Известны случаи, когда конунги принимало до 10 и даже 12 крещений. Каждый раз им дарились подарки, крестители рассчитывали на дальнейшие отношения, заключали удобные политические договоры и давали выгодные торговые пошлины.

Вероятно, Ольга тоже крестилась несколько раз: и по восточному, Византийскому, и по западному, римскому обряду. Правда, больших преимуществ ей это не принесло. Сближения с Германией не возникло, а с Византией отношения оказались построены так, будто Русь превращается в вассала империи.

Трудности христианского правителя в языческой стране

Христианин на троне, правящий страной язычников, вынужден все время принимать во внимание их убеждения и предрассудки. Язычники верят, что от личности и поведения князя зависит благополучие всего государства. Если он не будет соблюдать важных для них обрядов — это не просто его личное дело. Прознав о христианстве своего князя, язычники будут внимательно наблюдать — совершает ли он языческие обряды, без которых не наступят весна и осень? Делает ли возлияния Перуну? Почитает ли Сварога? Ест ли ритуальное мясо кабанов? Важны не убеждения князя, а ритуальные действия.

Современник Ольги, норвежский князь-конунг Хакон был воспитан как христианин при английском дворе. Подданные очень любили его, потому что за все время его правления конунг ни разу не воевал, и все годы были урожайными. Язычники были убеждены: боги любят конунга Хакона, поэтому все и идет хорошо.

Хакон был вынужден есть мясо жертвенных коней, плясать вокруг соплеменных дубов, общаться с прорицателями и жрецами. Когда однажды на пиру он перекрестил свой кубок, придворные потребовали объяснить — что это за жесты он совершил?

Хакон оправдался тем, что «на самом деле» он сотворил «знамение Тора»: нарисовал в воздухе «молоточек Тора», похожий на крест.

Так и Ольга-Елена. Если она и сделалась убежденной христианкой — тем тяжелее ее положение княгини языческой страны.

Одна из летописей сообщает, что Святослав еще при жизни Ольги казнил своего младшего брата Глеба за христианскую веру. Глеб мог быть сыном Игоря и от Ольги, и от другой жены.

Русская православная церковь канонизировала Святую Равноапостольную Ольгу как одну из первых распространителей христианства на Руси. Владимир после крещения Руси вынул тело бабушки из погребения: тело это было нетленно. Владимир вложил его в деревянную раку, и поставил в церкви Богородицы. Всякому, кто приходил к гробу с верой, в гробе отворялось окошечко, и он мог видеть нетленные мощи. А если подошедший страдал каким-то недугом, тот недуг моментально проходил.

Гроб с чудотворными мощами бесследно исчез после погрома, устроенного Батуханом в Киеве в 1240 г. Погубили святыню монголы, или гроб с телом спрятали — неизвестно. Вроде уже в XVII в. этот гроб опять появился… и так же бесследно исчез.

Во время батыева нашествия пропали сани, на которых ездила Ольга, а в храме Святой Софии — центральном соборе Киева, хранился деревянный крест, врученный Ольге Константинопольским патриархом. На кресте были письмена, в переводе на современный русский означавшие: «Обновися русская земля Святым Крещением, его же приняла Ольга Благоверная Княгиня».

Золотое блюдо с жемчугами, подаренное Ольгой Троицкому храму Пскова, хранилось до начала XVI в. Московиты захватили и разграбили Псков в 1506 г… С тех пор это блюдо исчезло.

Вот деревянный крест заинтересовал грабителей меньше, он стоял в храме до пожара 1609 г. Псковичи считали, что это и есть тот самый крест, врученный Ольге Константинопольским патриархом. Как могли в Киеве и во Пскове стоять два «тех самых» креста, я не в силах объяснить. Впрочем, показывали же греки четыре или пять могил Геракла. А могил Ходжи Насреддина, если не ошибаюсь, насчитывается то ли 15, то ли 17. Все, разумеется, «настоящие».

Но вот что непонятно: как сочетается святость Ольги, нетленность ее мощей с кровной местью, с закопанными живьем послами? И почему запомнили ее как Ольгу, а не как Елену?

Без понимания особенностей русского православия все это очень трудно объяснить.

Выбор веры

Если верить летописному сказанию, в 986 г. князь Владимир окончательно разочаровался в язычестве и начал выбирать новую веру для Руси. По этой летописной легенде, Владимир послал послов к католикам, мусульманам, иудаистам и православным. Из этих четырех единобожных конфессий и выбирал. Таково было «испытание вер». Ну так вот, уже начало неопровержимо свидетельствует: перед нами легенда. Потому что не было нужды посылать никаких посольств для встречи с единобожниками.

В Киеве жила большая колония иудаистов — евреев и хазар. Один из кварталов так и назывался Жидовским, и вели в него Жидовские ворота.

Была в Киеве и православная церковь.

Католики жили и в Киеве, а в Новгороде был целый Немецкий конец — то есть квартал. И в нем находилась католическая церковь. Другая католическая церковь стояла еще ближе, в Смоленске.

Сложнее всех с мусульманами — но уж по крайней мере купцы из мусульманского мира бывали ну Руси регулярно, а многие и жили в Киеве постоянно. Это, конечно, не ученые богословы, но во-первых, мы не знаем — может, в Киеве и мечеть была? Во-вторых, чтобы разузнать о вере, о ее ограничениях и запретах, никакие богословы не нужны, купцов более чем остаточно. Лишь бы оказались натуральными мусульманами, и рассказали бы все, как есть.

Еще более сказочные подробности сообщает летопись о том, как именно Владимир выбирал веру. По летописной сказочке, князь предстает невероятным невеждой. Сидит он на троне, ничего до этого дня не слыхав про любую из религий, и впервые в жизни выслушивая совершенно элементарные веши.

По легенде, Владимир, «Выслушав иудеев, спросил: где их отечество? — «В Иерусалиме», — ответствовали проповедники. — Но Бог во гневе своем расточил нас по землям чужим» — «И вы, наказываемые Богом, дерзаете учить других? — спросил Владимир. — Мы не хотим, подобно вам, лишиться своего отечества»[105].

И отказался перейти в иудаизм.

Нелепо… Уже потому нелепо, что совсем рядом с Русью располагался громадный и могучий Хазарский каганат. Государство, которое и с самой Русью могло поспорить богатством и силой, численностью подданных и мощью армии. Иудаизм был официальной религией Хазарского каганата.

До завоеваний Олега племя полян платило хазарам дань. От хазар варяги заимствовали и кривую саблю, и само название главы государства: каган.

Бертинские анналы рассказывают, что в 839 г. Византийский император Феофил послал к французскому королю Людовику Благочестивому «неких людей». Император просил пропустить их на родину через свои владения, «потому что путь, которым они попали в Византию, представляет большие опасности». Люди сообщили, что их народ называется «рос», столица их государства — Кыюв, а царь народа, пославший их к Феофилу «ради дружбы», называется «хакан»[106].

Владимир ведет с иудеями какой-то странный разговор. Он повторяет зады христианской антииудейской литературы — но ни звука не говорит о политических реалиях своего времени. В общем, чисто условные беседы, какие-то совершенно книжные.

С мусульманами еще невероятнее. Якобы узнав о запрете питья вина по Корану, Владимир вскричал: мол, веселие Руси — пити, не можем без того жити! Прямо в рифму. И отказался от ислама, потому что в нем запрещено пить вино. Необычайной силы, истинно государственная мысль.

Католикам Владимир отказал, потому что деды, мол, того не принимали. Тут даже не обсуждается, чем хороша или чем плоха вера. Послов, стало быть, пригласили только затем, чтобы заранее отказать.

А вот греческая вера понравилась тем, что в православных храмах красиво и благолепно, поют хорошо… Ну да, и бабка Ольга одобряла. По легенде, окончательное решение Владимира крестить Русь по византийскому обряду с чем было связано? Во время прений бояре сказали Владимиру: «Если бы плох был закон греческий, то не приняла бы его бабка твоя Ольга, а она была мудрейшей из людей». Звучит замечательно.

Вся эта нелепая, вызывающая чувство неловкости история откровенно сочинена задним числом. Это не рассказ о выборе, а оправдание уже совершенного выбора.

В чем же состоял выбор? Почему крещение, а не обрезание в ислам? А если крещение, то почему по византийскому обряду? Наверное, было желание присоединиться к самой могучей, самой богатой стране тогдашнего мира: к Византии. Стать как бы частью ее окружения. Ну и хотелось, наверное, использовать уже созданный Ольгой задел. Продолжить уже намечавшуюся традицию.

Но самое главное — получается, выбор можно было делать любой. В пользу любой из по крайней мере четырех конфессий. Какую захотели бы — такую и выбрали. И до конца не очевидно, что Владимир не мог бы захотеть крестить Русь совсем иначе…

Святой Равноапостольный Владимир

Тем более Владимир крестил Русь на совершенно особых условиях. В 988 г. Владимир захватывает Херсонес, — византийский город в Крыму, который русские называют Корсунью. Захватил, и направил императорам Византии, Константину и Василию, такое вот вежливое письмецо: «Слышал, что имеете сестру девицу. Если не отдадите ее за меня, то сделаю столице вашей то, что сему городу сделал».

Ну что ж… честное предупреждение. Герои «Крестного отца» называют такого рода послания «предложение, от которого невозможно отказаться». Императоры и не отказались… Наверное, они очень хорошо представляли себе возможные последствия, если откажутся. Императоры только просили Владимира приехать в Константинополь — мол, надо же познакомиться с дорогими будущими родственниками? И обвенчаться в Софийском соборе будет совсем даже неплохо…

Вот на эти предложения Владимир ответил категорическим отказом! Он потребовал (хотя и в вежливой форме) доставить царевну Анну в Херсонес. Что и было сделано, после чего Владимир крестился, получив в крещении христианское имя Василий. Он женился на Анне по христианскому обряду, но сохранил при этом целый выводок других жен, с которыми был женат по обряду языческому, или вообще не утруждая себя формальностями.

Историки давно считают, что Владимир действовал так вовсе не из самодурства и не из природной жестокости. Он делал важное государственное дело: поставил периферийную дикую Русь на равных с громадной и древней Византийской империей.

Его отец Святослав вел с Византией большую серьезную войну — не устраивал разбойничий набег за добычей, как дедушка Игорь, а воевал уже всерьез. И все-таки Святослав оставался варваром, вторгшимся в пределы империи. Мало ли их было, варваров? Гунны, авары, готы, гепиды, печенеги… Ну, еще один варварский царек. Славяне даже завоевали часть имперских земель и поселились на них навсегда. А потом тюркское племя болгаров прочно завоевало часть отхваченных славянами земель и устроило на них свое государство.

Бабушка Ольга крестилась — но даже при том что крестным отцом Ольги был император, получалось — Византия главнее и важнее. Византия дает, а Русь принимает христианство. Этот нюанс прекрасно был понятен современникам, и Византия совершенно откровенно требовала от Ольги подарков, услуг, знаков внимания.

Владимир хочет крестить Русь. Но если он попросит Константинополь об этой маленькой услуге — Византия будет попросту считать его своим вассалом, неравным союзником. Русь будет должна за крещение не только при Владимире, а пожалуй, еще несколько поколений.

Ну так Владимир не просто крестил Русь, он сделал это при таких обстоятельствах, чтобы сама мысль о зависимости просто не могла бы прийти в голову. Приставил нож к горлу священнику и вежливо так просит: «Батюшка, окрестите меня!».

С конца X в. Русь становится частью христианского мира, и при том вовсе не подчиняется Византии.

А 988 г. сияет в русской истории как дата крещения Руси…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.