Леди и джентльмены ругаются красиво и весело

Леди и джентльмены ругаются красиво и весело

Во МХАТе имени Горького (под руководством Т. Дорониной) состоялась премьера спектакля «Школа злословия» по знаменитой пьесе Р. Шеридана (1777 г.), в постановке режиссера Владимира Бейлиса.

В театре Дорониной работает поворотный круг, который давно заржавел в других театрах! Так что изящные портики с колоннами и прочие обаятельные архитектурные излишества чудесного художника В. Левенталя удобно расположены и легко меняются. А пьесу Шеридана и надо играть легко, с удовольствием. Это же комедия про леди и джентльменов, проводящих жизнь в огромной и благополучной империи.

Проблемы у них забавные и понятные: пожилой богач женился на молоденькой провинциалке, из двоих братьев один плут, другой гуляка, кому же оставить наследство? И так далее. Развлекать такими историями надо уметь, и такие умения не часто встречаются – как редки мастера сервировать, к примеру, праздничный стол.

Режиссер В. Бейлис (он постоянно служит в Малом театре) добился многого. Британская империя живо чувствуется, хоть и в комическом ключе. На светском рауте покой господ сторожат нарядные арапы в красно-золотых тюрбанах. Прибывший из колоний дядюшка дарит другу попугая в клетке и замысловатый индийский танец в исполнении смуглой танцовщицы. Когда промотавшийся гуляка Чарлз решает продать для поправки бюджета портреты предков, оные портреты в большом количестве выносят на сцену, и зал хохочет. Поскольку все изображенные на них свирепые «предки» очень напоминают английских бульдогов…

Персонажи «Школы злословия» отлично одеты (художник по костюмам В. Севрюкова) – дамы по три-четыре раза переменяют разноцветные платья и эгретки в волосах, джентльмены щеголяют в прекрасно сшитых полосатых атласных сюртуках и кружевных манжетах. Многие актеры хорошо держат легкость «хорошего тона», необходимую в старых английских комедиях из жизни высшего общества. Удачно исполнены маленькие роли – к примеру, вздорную миссис Кэндэр смешно играет Г. Ромодина, кривобокого интригана Снейка – Г. Иобадзе, претенциозного дурачка Бэкбайта – Т. Дружков, а невозмутимого и уморительного слугу Уильяма – А. Оя. Среди персонажей первого ряда безусловных побед не так много.

Почти справляется с ролью леди Тизл, простушки, ставшей знатной дамой и пытающейся освоить роль злобной светской львицы, Е. Коробейникова. Удался главный герой, сэр Питер Тизл – в исполнении Сергея Габриэляна. Небольшого роста, полноватый, с круглым добродушным лицом, безнадежно влюбленный в собственную жену, нежный сэр Питер беззащитен перед злыми языками. Но даже крошечный лучик надежды на взаимность делает маленького смешного человечка – счастливым и трогательным… Обаятельный Габриэлян со вкусом исполняет острые комические трюки (скажем, в минуты расстройства его герой как-то особенно «хрюкает» от горя). Но он обладает еще одним необходимым для комедийного актера свойством – живет на повышенных внутренних скоростях, чувствует кипящий ритм комедии.

Этого, к сожалению, не чувствуют многие другие исполнители. В театре Дорониной служит много вальяжных, корпулентных актеров, высокого роста, с могучими спинами и зычными голосинами. Они расхаживают по сцене, едва поворачивая корпус, гудят гулкими голосами, как в пустую бочку, но глаза их пусты, а смысла в роли – никакого. Рутина и театральщина.

Критики мало пишут об этом театре, он вне моды, внимание передового театрального зрителя недополучает. Возможно, и в этом причина застоя в актерской игре, трудности в слаживании ансамбля. Ведь «Школа злословия» придумана неплохо, уловлен живой смысл происходящего. Люди злословят о ближних, топчут чужую репутацию – но быстро меняются, когда речь заходит о них самих, ведь злословие – не пустяк, не милая причуда, а реальное оружие уничтожения человека. Если вовремя не остановиться, не придержать язык.

Мысль эта нам сегодня более чем понятна, но завернута она в нарядную оболочку легкой старой комедии. Что тоже хорошо, поскольку в солидные академические театры люди в основном ходят культурно отдохнуть, а не рыдать над несовершенством мира.

Если бы все актеры, занятые в спектакле, сбросили нажитые штампы, покинули заезженную колею, забыли искусственные интонации, стали внутренне подвижными, прониклись комедийными ритмами и поняли, что и зачем они играют! Но, надо заметить, и сейчас зритель обрадован – понимает, что о нем в новом спектакле МХАТа явно позаботились. Леди и джентльмены Шеридана ругаются красиво и весело, чего не скажешь о наших современниках.

2011

Данный текст является ознакомительным фрагментом.