* *

* *

*

Редакции газеты “Поиск” и в аппарат Президиума АН СССР через Ленинградское отделение АН СССР (его тогда возглавлял Ж.И.Алфёров) тогда, ещё из Ленинградского, университета был передан ответ на статью Г.И.Марчука, озаглавленный «Для чего быть науке?», впоследствии фрагментарно опубликованный под названием “Концептуальная власть: миф или реальность?” в журнале “Молодая гвардия”, № 2, 1990 г.

В том ответе многие вещи были названы свойственными им именами. В частности было сказано, что облик и существо науки в обществе - это следствие того, как общество, и, прежде всего, - сами учёные, отвечают себе на вопрос: Для чего быть науке?

· Если науке быть для того, чтобы производить знания и технологии на коммерческой основе, то наука будет продажна настолько, насколько она затрагивает интересы тех, кто контролирует финансовую систему.

· Если науке быть для того, чтобы люди жили безбедно в ладу с биосферой планеты, то наука перестанет быть современным продажным знахарством. И с этим её нравственным и этическим (в том числе и религиозным) преображением исчезнет знахарский орден злонравияи шизоидного графоманства, две стороны которого спорят между собой, а своими ошибками и заведомой ложью отравляют жизнь другим людям на протяжении веков. Этот знахарский орден - обременительная “академическая медаль” на шее человечества. От нее действительно пора избавиться.

Но мировоззренчески отгородившись математико-техническим образованием от обществоведческих дисциплин, Г.И.Марчук персонально и аппарат Президиума АН СССР этого вопроса, предшествующего поставленному в заголовке упомянутой его статьи, верноподданно “не увидел”, хотя с 1981 г. Г.И.Марчук был членом ЦК правящей партии и по своему должностному положению в партии и в государстве [86] обязан был вникать в проблемы общественной жизни, понимать их как таковые и знать, как они отражаются в обществоведческих научных дисциплинах, а не быть только математиком - абстракционистом и прикладником.

Поэтому дискуссия о том, как реорганизовать науку в СССР, чтобы она вышла на передовые рубежи в мире и чтобы от неё была отдача обществу, протекала в русле верноподданности режиму М.С.Горбачёва и «архитектора» перестройки А.Н.Яковлева. В результате в науке всё осталось как и было, поскольку, как было указано выше, не для этих целей масонство создавало академии наук по всему миру [87].

Не лучше показало себя и патриотически обеспокоенная общественность.

В том ответе на приглашение к дискуссии также было указано, что ответ на вопрос “Для чего быть науке?” лежит не в сфере естествознания и абстрактных точных наук, а в области исторического и социологического знания. Хотя человечество, общество - порождение Природы, а естествознание - как наука - начало развиваться раньше, чем история и социология, как отрасли научной деятельности и научного знания [88], но в современных условиях естественнонаучное знание обусловлено историко-социологически и, прежде всего, тем, как общие закономерности бытия Мироздания, Объективной реальности в целом, наука интерпретирует по отношению к жизни общества и природы, объемлющей жизнь общества. Если конкретно, то статья, опубликованная в “Молодой гвардии”, завершалась следующими словами (сноски по тексту - наши пояснения при цитировании):

«…При таком положении вещей [89] фактология науки обесценивается, но резко возрастает общественная значимость методологии, в том числе методологии поиска Знания, необходимого для прогноза развития любой общественной системы.

Есть научно-технические вопросы, на которые можно дать правильные ответы, не выходя за пределы узкой отрасли знания. Например: “Как построить атомную электростанцию или создать космический корабль для полета на Марс?” Но на вопрос: “Надо ли строить атомную электростанцию и посылать на Марс космические корабли [90]?” - не следует искать ответа в области технического и даже экономического знания. Для ответа на такие вопросы необходимо найти место прикладного фактологического материала частной отрасли знания в общей фактологии истории. Только при этом условии можно построить прогноз развития частной отрасли науки и техники и получить достоверные ответы на такого рода вопросы, то есть ответы, подкрепляемые практикой с течением времени. Данные утверждения предполагают, что История не является цепью случайно следующих друг за другом фактов, а через цепь случайностей пролагает себе дорогу закономерность. Эта закономерность истории познаваема (то есть независима от сознания). Понимание разного рода объективных закономерностей позволяет “пророчить” варианты устойчивого будущего с точностью до общественного явления, а в отдельных случаях - с точностью до исторического факта. Это и даёт возможность направлять производительные силы общества на реализацию предпочтительного для концептуальной власти [91] варианта устойчивого будущего. Осознание этого факта чуждой нам концептуальной властью при упорном нежелании понять его нашей политической, законодательной и исполнительной властью и обеспечивает столь высокое совпадение «исторической реальности наших дней: наше пояснение при цитировании» c вышерассмотренными американскими прогнозами 40-летней давности [92]».

Кроме того, даже в варианте статьи, напечатанном “Молодой гвардией”, редакцией был сохранён фрагмент текста, в котором рассматривались в качестве обобщённого оружия средства воздействия одной социальной системы (группы) на другие на исторически длительных интервалах времени и указывалось, что:

«Много лет нам твердили о решающей роли ядерного оружия и других видов оружия массового поражения в глобальном противоборстве двух систем. Теперь ясно, что это неверно.

Если под оружием понимать любые средства борьбы противостоящих общественных групп, в том числе и государств, и расставить его приоритеты в порядке убывания губительности, мы получим следующее.

ИНФОРМАЦИОННОЕ ОРУЖИЕ: 1. Информация философского, мировоззренческого характера. 2. Информация летописного, исторического, хронологического характера каждой отрасли знания. 3. Информация прикладного фактологического характера каждой отрасли знания (идеология, технология и т.п.)

МАТЕРИАЛЬНОЕ ОРУЖИЕ: 4. Экономика и международная торговля. Борьба за мировые деньги. 5. Угроза применения оружия массового поражения (не уничтожения, а поражения!). 6. Прочие виды оружия.

По первому приоритету в официальной науке мы не имеем ничего, кроме высокопарных слов типа: “Учение Маркса всесильно, потому что оно верно”.

По второму приоритету мы не знаем о себе и окружающих ничего, что выходит за пределы памяти одного поколения.

По третьему приоритету существующая система режима секретности работ не позволяет нам самим знать о себе ничего, но позволяет получать с Запада до 80 процентов наших разработок, спустя 10 - 15 лет после их завершения в СССР.

По четвертому приоритету мы ограничивались только восторгами по поводу поднятия отдельных разработок нашей промышленности на уровень мировых образцов и выше, хотя покупают у нас только сырьё.

По пятому и шестому приоритету мы разорили страну и народ, создав иллюзорную мощь своих вооруженных сил».

Как можно понять из приведённых фрагментов, в ответе Президиуму АН СССР на вопрос “Какой быть науке?” как раз и шла речь о необходимости познания именно общих законов бытия человечества в Объективной реальности, на основе выработки и распространения определённой культуры познания. Причём ещё тогда были в ней были высказаны принципиальные положения, оставшиеся по существу неизменными с тех пор, но получившие детальное развитие в последующих работах ВП СССР.

Опубликовав под другим названием и со значительными, во многом искажающими смысл изменениями [93], статью “Для чего быть науке”, редакция “Молодой гвардии” в 1990 г. съиграла в детскую игру “испорченный телефон”, но так и не развернула тогда в стане патриотов обсуждения темы «вечных законов мироздания» и их выражения в жизни цивилизации и проблематики концептуальной власти в обществе.

И хотя тираж “Молодой гвардии” в те времена составлял 700 000 экз., которые расходились среди патриотически обеспокоенной части общества, поставленный вопрос о первенстве освоения философской, методологической информации - по существу о настройке мировоззрения и миропонимания каждого индивида как к основе для самостоятельного познания им Мира посредством овладения методологической культурой, - остался не понятым ни читателями, ни редакцией, вследствие чего его рассмотрение и обсуждение тогда не состоялось.

Но и социальные бедствия второй половины 1980-х - 1990-х гг. не подвигли деятелей РАН к переосмыслению действительности и своего отношения к ней: если судить по содержанию Бюллетеня № 1 “В защиту науки” - академическая наука пребывает в том же качестве, каким охарактеризовал её Г.И.Марчук в 1989 г. и никаких тенденций к преодолению «научной общественностью» кризиса науки, кроме желания возродить «распиливание госбюджета», выявить не удаётся…