Что, собственно, произошло?

Что, собственно, произошло?

1

С момента начала уличных выступлений в центре Киева, названных майданом, руководство России и контролируемые средства массовой информации, прежде всего телевидение, заняли жестко отрицательную позицию к протестующим, тогда как руководство западных государств и СМИ их поддержало. Причем с обеих сторон это произошло в самой резкой, конфронтационной форме. Москва объявила участников майдана нацистами, а после отстранения Януковича и его правительства — новую власть «фашистской хунтой», а западный блок ровно наоборот, объявил майданщиков силами добра и демократии. Причем открыто им помогал, поправ международное право, требующее невмешательства во внутренние дела государства без согласия уполномоченных на то международных организаций. Такого бескомпромиссного противостояния между Москвой и западным блоком не было со времен СССР. Конфликт пошел по нарастающей после заявления российской стороны о своем праве вмешаться в дела Украины. Особо не скрывая свою силу, Москва с помощью «вежливых людей» в военной форме помогла Крымской автономной республике выйти из Украинского государства и войти в состав Российской Федерации. В ответ западный блок объявил о введении санкций против России. Конфронтация переросла в стадию холодной войны, столь знакомую по советским временам. Таков краткий пересказ событий. Большая часть журналистов, политологов и публицистов на этом уровне останавливаются как на данности (случилось то, что случилось). Но речь идет не о дождичке в четверг. В отличие от времен СССР новая вспышка противоборства не совсем понятна.

Непонятно, зачем оно нужно руководству России? Те же вопросы возникают и по поводу обоснованности позиции западных держав. В частности, что им даст поражение России? Ведь оно влечет за собой необходимость в одиночку помогать Украине. А это геморрой греческого типа. И кто в случае разгрома России будет контролировать евразийское пространство? США? А ресурсов хватит? Тогда Китай. А если еще Иран кусок подберет или какое-нибудь очередное «исламское движение за мировую справедливость»? И что получится? Тогда к чему глупости вроде сравнения России с исламскими террористами и лихорадкой Эбола. Неужели Ирак с Афганистаном, Ливией и Исламским государством ничему не научили? Этих вещей может не понимать сенатор Маккейн, но ведь должны же быть в политическом истеблишменте Америки интеллектуально адекватные люди. Не всем же в плену мозги отбили. Правда, в отличие от американских политиков, многие из которых ведут себя как заболевшие лихорадкой, многие из европейских государственных деятелей, похоже, пребывают в здравом уме и готовы к компромиссу. Этот факт обнадеживает. Ведь впереди настоящая мировая война — между Севером и Югом. И на кону будет стоять, как это уже было для Рима и Византии, существование самой европейской цивилизации.

К руководству России тоже есть вопросы по поводу совершения им малопонятных вещей. Прежде всего, непонятно зачем столь жестко было квалифицировать майдан как фашистский? Когда в конце февраля 2014 года власти Крыма начали процесс развода с Украиной, а на востоке и юге Украинского государства произошли выступления с требованием федерализации, то замысел вроде бы прояснился. Нелегитимная власть в Киеве давала законные основания для реализации давнего желания русских областей обрести автономный статус и, при возможности, даже выйти из состава националистического государства. Но дальше туман вновь сгустился. После залихватского присоединения Крыма поддержка освободительного движения на Украине вдруг резко ослабла. Население Донецкой и Луганской областей строило хлипкие баррикады на дорогах, ведущих в их города, и было сразу понятно, что они рассчитаны на помощь России, ибо эти заграждения не выдерживали напора бронетанковой техники, а оружия почти не имелось. В апреле 2014 года пролилась первая кровь восставших. Мариуполь перешел под контроль националистов из отряда Ляшко. Были произведены первые аресты лиц из числа местной администрации, поддержавших провозглашение Донецкой и Луганской республик. Из России пришли вооруженные добровольцы, но в столь малом количестве, что об установлении полного контроля в этих двух областях нечего было и думать. Крымский сценарий не повторился. Федералисты остались одни. В Харькове и Днепропетровске движение за автономию подавили сразу же еще в конце февраля 2014 года. Собранный в Харькове съезд делегатов восточных районов вместо ожидаемого провозглашения курса на федерализацию предпочел оставить все как есть. Губернатор Харьковской области М. Добкин, которого поначалу рассматривали в качестве лидера будущего движения, вдруг заявил о согласии видеть Украинское государство унитарным. В Днепропетровске всю полноту власти взял миллиардер И. Коломойский. У него имелся важный в тот момент ресурс — деньги, чтобы профинансировать создание вооруженных отрядов, которые смогли подавить попытки протестного движения сначала в Днепропетровской и Запорожской областях, затем в Мариуполе. С конца апреля эти батальоны («Азов», «Днепр» и др.) стали главной ударной силой наступающих на позиции ополченцев Донецкой республики. 2 мая в крови было подавлено движение новороссов в Одессе. Осталось лишь два очага сопротивления — меньше половины территории Луганской и Донецкой областей. Но там успели создать вооруженные отряды, потому подавить их можно было только с помощью армии. С мая началось формирование боеспособных частей украинской армии, призванных разгромить восставших. Дело шло трудно, но время было. У ополченцев силы были невелики — всего несколько тысяч человек.

Показательно, что ни местное русское население, ни украинское из центральных и западных областей желание воевать не проявляло. Украинские националисты в свои батальоны набрали со всей Украины также всего несколько тысяч человек. Солдаты украинской армии поначалу показали полное нежелание стрелять по населению. В апреле — начале мая произошло несколько случаев разоружения местными жителями приехавших воинских подразделений. У солдат отбирали бронетехнику, а самих отпускали. Украинское командование вынуждено было заявить, что солдат, отдавших свое оружие, ждет суд и тюрьма. После этого случаи полудобровольного разоружения прекратились. Противостояние начало принимать черты настоящей войны.

В июне — августе началось полномасштабное наступление украинских войск на позиции ополчения с применением всех видов оружия вплоть до фронтовой авиации. К середине августа положение стало катастрофическим. В руках новоросцев остались два города — Луганск и Донецк, которые были взяты в полукольцо. И хотя руководство республик заявляло о готовности вести бои на улицах города, но было понятно, что их разрушение не есть выход из положения. Просто удивительно, как быстро удалось спустить все козыри, что имелись на руках российской стороны еще зимой. Но вдруг все в одночасье изменилось. Мощное контрнаступление отбросило украинские войска. В течение двух недель они потеряли больше половины того, что захватили в мае — августе. Но когда казалось, что вновь будет отбит Мариуполь, что наступающие выйдут к границам Донецкой области, последовал стоп-приказ, а 5 сентября в Минске подписали соглашение о перемирии. Воинственные заявления участников теледебатов на московских каналах сменились разговорами о необходимости мира. Даже Жириновский превратился в «голубя».

Причины перемены погоды понятны. Контрнаступление было невозможно без участия российских военных. Они пришли на помощь ополченцам, чтобы руководство России не выглядело столь бледно. И прекратили наступление сразу же, как только цель была достигнута. Разговоры про «предательство» и «слив Донбасса» прекратились. Даже наоборот, на время вернулась эйфория. Авторы газеты «Завтра» и других подобных изданий вновь стали строить планы создания «Новороссии». Они опять ничего не поняли в проводимой политике. Не могу похвастаться, что я ее здорово понимаю. Непонятно, к чему был «новоросский» размах зимой — ранней весной 2014 года, если он свелся к воссоединению Крыма и на том заглох? Если бы создание Новороссии и впрямь хотелось осуществить, то надо это было делать в марте-апреле, когда киевская власть не утвердилась. Пусть с харьковским съездом ничего не вышло, но Донецк с Луганском активно поддержали идею Новороссии, и требовалось лишь оказать им надлежащую помощь, причем много меньшую, чем в августе, ибо боеспособной украинской армии на тот момент не существовало. А отряды «фашистов» во главе с Ярошем, Ляшко и пр. сами просились на то, чтобы их разгромить. Но все ограничилось телериторикой. «Фашистской хунте» дали время набрать силы, ну а после президентских выборов 25 мая вопрос о нелигитимности центральной власти был снят окончательно. А через некоторое время русские Донецка вновь стали «украинцами», а Донбасс из Новороссии превратился в «украинскую территорию». Круговорот воды в политике… Так зачем было столько шума в начале, чтобы получить столь двусмысленный результат в конце?

Мы все рвемся в космос навстречу контакту с инопланетной цивилизацией, а нам бы познать, как устроена разумная жизнь здесь.

2

Конфликт между Россией и Украиной был подан обеими сторонами следующим образом. Российская — как защита от распоясавшихся националистов. Украинская — как месть Кремля за Януковича и желание воспользоваться сложным положением в Украине для захвата ее территорий. Похоже, лукавили обе стороны. А что случилось на самом деле? К сожалению, понять, что за «политика» кроется за украинско-российским конфликтом, чрезвычайно сложно. Наблюдатель видит лишь верхушку айсберга, и ему остается гадать о конфигурации ледяной глыбы и направлении ее дрейфа, равно и то, что за течение гонит ее из пункта А в неизвестный наблюдателю пункт Б.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.