26. 03. 2008 Завтра №:13 Что важнее – идея или страна?

26. 03. 2008 Завтра №:13

Что важнее – идея или страна?

Были и те, кто сказал "идея". Разве не было в 90-е годы демонстраций под красными флагами с лозунгами "Дудаев лучше Ельцина"? Разве не говорили, что и Басаев лучше Ельцина? Так говорили одни.

Другие сказали, что страна важнее идеи. Поставили страну НАД идеей (а значит, и идеологией как средством проведения идеи в жизнь). И сохранили страну.

Для того, чтобы от сохранения страны перейти к развитию, надо совершить нечто сходное. То есть поставить развитие НАД идеологией.

Если развитие не станет для нас в 2008 году такой же точкой надидеологической сборки, какой государственность стала в 1994-м, не будет никакого развития. Развитие не бывает без жертв. В жертву развитию должно быть принесено очень многое – карьерные и клановые интересы, идеологические предпочтения, расхождения по принципу "свой – чужой"... В каком-то смысле даже и социальные интересы. Но именно в каком-то смысле. Потому что нельзя требовать от сброшенных на социальное дно масс жертв во имя развития – и предъявлять этим массам антижертвенную, гипергедонистическую "шикующую" элиту. Такая сборка невозможна.

Конечно, можно сказать, что нам уже не придется чем-то жертвовать ради чего-то, что развитие будет сопровождаться "неуклонным ростом благосостояния всех тру... ", прошу прощения, всего российского населения.

Сегодня 26 марта 2008 года. Выборы состоялись 24 дня назад. Да и те, кто голосовал за неуклонный рост всеобщего благосостояния, опуская бюллетень в урну, понимали – в жизни надо платить за все. Платить – значит жертвовать.

В чем основной закон жертвы? То, чем жертвуют, находится ниже того, ради чего жертвуют. Сказав в 1918 году "страна выше идеи", рощины и телегины пошли к "красным". Шли они – "через не могу". Алексей Толстой назвал это "хождением по мукам".

Но почему удалось вынести муки, которые, конечно, были неизмеримо страшнее тех, что описал Толстой? Потому что "белый", приходивший к "красным", видел в чуждом – невероятно чуждом и бесконечно враждебном ему – комиссаре некую жертвенную страсть. Он понимал, что это не пиар, а страсть. Что и этот "гад в кожанке" тоже готов умереть за какую-то свою Россию. Но ведь за Россию!

То же самое с развитием. Люди, чуждые друг другу во всем, могут сойтись на территории развития, только увидев, что есть эта страсть... Не пиар, не умствования, не конъюнктурные соображения, не подспудные (и к развитию отношения не имеющие) политические намерения. А именно страсть. То есть готовность поставить развитие над всем остальным.

Страсть – это не истерика, не пафос, не трескучая болтовня. Русская классика давно тут все определила с абсолютной точностью: "Я знал одной лишь думы власть, одну – но пламенную страсть". Где думы власть – там и страсть. Человек может быть сух и конкретен. Но при этом абсолютно сосредоточен на этой – главной и единственной – думе. А раз так сосредоточен, то и серьезен.

Герой Лермонтова не будет шутить по поводу своей всевластной думы. Он будет рваться к ее осуществлению. И прорвется.

А тот, кто будет шутить, никогда и никуда не прорвется.

Не допустить превращения самоценной идеи развития в подручное средство для тех или иных политических манипуляций – это первая задача.

Вторая задача – не позволить с этим самым развитием шутки шутить.

Застой все превращает в шутки (если резче и конкретнее – в пошлость). Для застоя любая серьезность и страсть – комичны. На то он и застой.

В недрах брежневского застоя оставались люди, готовые говорить о развитии серьезно. Их было немного, но они были. Были и философы, и системщики, и технократы, и деятели культуры... Да и управленцы тоже были. Развитие еще могло говорить о себе на серьезном политическом языке.

Почему все это не было растворено до конца в пошлости? Почему брежневский застой не растоптал это окончательно и не выкинул на свалку? Потому что застой – это короста на живом теле. Телом же является проект. Брежневский застой был застоем советского проекта, а не застоем вообще. Пока есть тело проекта – тело, а не труха, – есть и серьезность.

Если я прав, и застой является нынешним супербрендом, то хотелось бы понять, о застое какого проекта идет теперь речь? Пусть проект предъявит себя и преодолеет застой. Пусть покажет, что есть что-нибудь, кроме коросты.

Короста же налицо. Обнаружить ее всегда очень просто. Нам ли не знать, как именно!

Приснопамятная шутка застойных лет: "Ранний репрессанс, поздний реабилитанс и сю-сю-реализм". Короста – это "сю-сю" на нужную тему. Хрущев у власти – одна тема. Брежнев – другая. Переход от одной темы к другой осуществляется "на раз". Разговор же на любую тему ведется на этом самом "сю-сю языке". Потому что никакого интереса к теме нет. Есть интерес к чему угодно другому – карьере, интригам. Но только не к теме.

Что такое "сю-сю-стабилизанс" – мы знаем. Знаем, как вдруг обнаружили в себе непоколебимых патриотов и даже националистов люди, которые перед этим говорили о патриотизме (а уж о национализме - тем более) с отвращением и ненавистью.

Если "сю-сю-развитанс" заменит "сю-сю-стабилизанс", то развития не будет. А в силу специфики тематики развития (поверьте, эта специфика есть!) будет очень быстрое и сокрушительное фиаско.

Мы же знаем, что такое "сю-сю"... Это средство от серьезности. Сначала обнаруживается эта несерьезность (отсутствие интереса к теме). Потом... Все мы знаем, что бывает потом.

От прецедентной логики перейдем к аналитике нашего сегодняшнего конкретного бытия.

Готовится некая "Концепция долгосрочного социально-экономического развития РФ до 2020 года". Ее уже поносят почем зря. Мол, до 2020 года... Нынешнее поколение будет жить при... И так далее.

Мне этот тип поношений глубоко несимпатичен. Я хочу серьезно разобраться с концепцией. И серьезно отнестись к ней. А что, может быть, люди с другими представлениями о том, что такое развитие, все-таки хотят это развитие обеспечить? И они понимают, как это сделать? И пусть тогда они сделают это совсем не так, как мне хочется. Пусть это будет даже не совсем то развитие, которое нужно. Пусть только это развитие сохранит страну – и все.

Если страна сохранится (а страна – это государство и народ), то заработают законы интраистории. Их когда-то очень убедительно изложил Мигель де Унамуно, показавший, что если страна сохраняется и восстанавливается, наносное уходит. Ядро цивилизации переваривает ту периферию, в которой были осуществлены самые противоестественные трансформации исторической жизни. И исторический опыт России показывает, что это так. Главное, чтобы страна сохранилась. Сохраниться она может только в условиях развития. А значит, не только страна НАД идеологией, но и развитие.

Ну, так что сказано в Концепции? И есть ли достоверные данные?

В неких кулуарах обсуждаются некие версии... Какому-то журналисту удалось добыть вариант Концепции объемом аж в 112 страниц... и оказалось... Какой вариант? Как удалось добыть?. .

Гораздо лучше зайти на официальный сайт Министерства экономического развития и торговли (МЭРТ) и посмотреть, что там сказано. Сказано там, что официального текста готовой Концепции еще нет, что этот текст "дорабатывается с учетом выступления В. Путина на расширенном Госсовете 8 февраля 2008 года", а также ходит "для уточнений и согласований" по министерствам, ведомствам и бизнес-корпорациям.

Для того, чтобы Концепция была обсуждена и утверждена, должны быть изготовлены, кроме Концепции, еще два документа:

- долгосрочный план развития России до 2030 года,

- некий "пошаговый план действий" Правительства для реализации Концепции. (Что за план, на какую глубину по времени он должен быть развернут – об этом ничего не говорится).

Ну, не говорится – и не говорится. Посмотрим, о чем говорится. И как.

Пока на сайте МЭРТ есть два официальных материала. Это, прежде всего, первая часть Концепции – "Стратегические ориентиры долгосрочного социально-экономического развития". Объем текста – 18 страниц. Не 112, а 18.

Кроме того, есть информация о работе над Концепцией, где перечисляются ее последующие части:

- этапы инновационного развития;

- развитие человеческого потенциала;

- развитие экономических институтов и поддержание макроэкономической стабильности;

- развитие национальной конкурентоспособности;

- внешнеэкономическая политика;

- региональное развитие.

Ну, будут последующие части – прочтем. Пока есть одна часть – и наиважнейшая. Если хотим обсуждать развитие как политическую проблему, то без анализа официальных стратегических ориентиров не обойтись. Назвался груздем – полезай в кузов.

Ну, я и полез в этот 18-страничный "кузов"... Полез с самыми что ни на есть благими намерениями. Отнюдь не ради того, чтобы похихикать по поводу того, что нынешнее поколение... будет жить при путинизме... Поскольку я, увы, не уверен, что нынешнее поколение будет жить – не только на территории России в виде поколения ее суверенных граждан, но и вообще, – то по мне хоть "при путинизме", хоть как. Почему бы нет?

Один мой преуспевающий и очень толковый знакомый как-то разоткровенничался. "Представим себе, – сказал он, – что никаких реформ в СССР бы вообще не было. Что не приходили бы к власти никакие яркие личности, а один Черненко сменял бы другого. Сколько было процентов роста? 3 процента в год. Сколько лет прошло с 1985 года? Больше 20. Сколько это с накопленным ростом? Ровно удвоение ВВП! Ну, и были бы у всех хорошие квартиры, приличные дачи и машины в диапазоне от "Запорожца" до "Волги"".

А дальше мой знакомый (у которого есть несоизмеримо больше) наклонился ко мне и яростно прошептал: "А что, обязательно надо больше?"

Так что я не против того, чтобы жить вместе с нынешним поколением "при-МЭРТиально". Я просто должен быть уверен, что поколение будет жить. И хоть в сколь-нибудь уважаемом и узнаваемом государстве. А уж в великом – так тем более. ВЕЛИКАЯ Россия обязательно должна быть РОССИЕЙ. Иначе не бывает. Мне другого и не нужно. А кто там будет рулить, кто не будет... Переживем.

Так что я начал читать документ МЭРТ с большим энтузиазмом. Но вскоре обнаружил... Чтобы не растекаться мыслью по древу (документ хоть и не на 112 страниц, но все же большой), буду формулировать по пунктам.

Первое, что я обнаружил, это полное отсутствие анализа реализации предыдущей Концепции развития до 2010 года. Той Концепции, которую группа Г. Грефа делала в 2000-2001 годах. То есть, анализа нет ВООБЩЕ. Вообще, понимаете? Абсолютно неясно (я бы сказал, непристойно неясно), в чем состоят достижения, провалы, заделы, что нуждается в корректировке, что требуется продолжать, а что менять, на чем настаивать и от чего отказываться.

Западная бюрократия – не Гегели. Реальные западные концерны и корпорации не состоят из яйцеголовых (хотя и яйцелоголовые там есть). Но даже самая кондовая бюрократия или самый упрощенный корпоративный менеджмент не вывесит новую Концепцию без анализа предыдущей.

Второе, что я обнаружил, – это отсутствие мало-мальски внятного (пусть не детального, но сколь-нибудь вразумительного) анализа текущего социально-экономического состояния России. То есть образа реальности, от которого необходимо отталкиваться при любом долгосрочном планировании.

Мне рассказывают, в какой точке Б я должен оказаться, но при этом не говорят, в какой точке А я нахожусь. Я понимаю, что культура стратегического проектирования претерпела за последние двадцать лет страшный и во многом невосполнимый урон, да и в 1985 году была не ахти какая. Но элементарные нормативы чиновно-бюрократического описания утеряны быть не могут. Согласно этим нормативам, без точки А нет точки Б.

Так что это все значит?

Третье, что я обнаружил, – отсутствие серьезного обсуждения возможных сценарных вариантов развития России, связанных с общемировым социально-экономическим и военно-политическим контекстом и его возможной динамикой. Между тем, это решающий момент.

Мне скажут: "Да это все заморочки, политология, а люди серьезным экономическим делом занимаются".

Прежде всего нужно установить, что это не заморочки, а стандарт. Не бывает серьезной Концепции без сценариев. Все это понимают. И вряд ли кто-то станет отрицать, что мир переживает непростой экономический период. Это тоже вроде все понимают. Что же касается того, что люди занимаются не заморочками, а очень серьезным делом, то... как не согласиться?

Они очень серьезным делом занялись, эти люди.

Они, например, выдвигают в качестве безусловного позитива то, что Россия – ура! – достигла беспрецедентной для развитых стран открытости своей экономики. И называют цифру – внешнеторговый оборот в 2007 году составил 45% ВВП.

Я не экономист, и у меня железные нервы. Но тут мне захотелось, чтобы налили... То ли десять грамм нитроглицерина, то ли 250 грамм спирта... Лучше второе. Потому что (сообщаю для справки) у ЕС внешнеторговый оборот со странами за пределами сообщества около 18% ВВП. Примерно столько же у США. А в Китае он составляет около 17% валового внутреннего продукта.

Для неспециалиста поясню. Если вы качаете нефть, продаете ВСЕ, что выкачали, а на выручку ввозите ВСЕ необходимое для жизни, то у вас внешнеторговый оборот составляет 200% ВВП. В каком-нибудь Тайване внешнеторговый оборот даже намного больше тех 45% ВВП, от которых так "балдеют" в МЭРТ. Но это страна без амбиций, страшно зависящая от экспорта и импорта. Это не США, не Китай и не Европейский союз. Так от чего балдеть-то? От того, что экономический суверенитет подорван? От того, что пропорции, которые имеют абсолютное значение для передовых стран мира, глубоко смещены в сторону зависимости, в сторону неспособности выстоять в условиях сколь-нибудь неблагоприятной конъюнктуры?

Но может быть, такая конъюнктура исключена? Так ведь нет!

Четвертое, что я обнаружил, – это констатация возможных изменений конъюнктуры. В Концепции прямо говорится, что "предстоит глобальная структурная перестройка мирового хозяйства", что налицо борьба противоречивых тенденций глобализации и регионализации", что неизбежно будут расти риски, и возможны кардинальные перестройки в мировой финансовой системе.

Так мы от чего балдеем-то? От того, что при изменении внешней конъюнктуры (а прогнозируются изменения на уровне глобальной структурной перестройки мирового хозяйства) все затрещит по швам? В США и Китае затрещит, а у нас не затрещит?

Пятое, что я обнаружил, – это успокоительное утверждение, согласно которому у нас почему-то не затрещит. У всех затрещит, а у нас нет. Потому что, как утверждает Концепция, российская экономика защищена от воздействия внешних шоков "резервными активами в почти 500 млрд. долларов".

Минуточку!

В той же Концепции говорится, что наш ВВП по паритету покупательной способности составляет 1,9 трлн. долларов. Внешнеторговый оборот, как мы уже узнали – 45% ВВП. То есть около 850 млрд. долларов. Если затрещит как следует (а в истории бывали внешние шоки, приводившие к сокращению внешнеторгового оборота вдвое и более), то "подушка" наших резервов может быть "съедена" года за полтора-два. А такие шоки порой длятся по несколько лет. Так почему у нас не затрещит? И что надо сделать, чтобы не затрещало? Накопить "подушку" втрое большего объема? А если (и об этом сейчас все говорят) произойдет резкое обесценивание наших резервов, размещенных в разного рода бумагах, номинированных в долларах и евро? Чем тогда мы будем гасить внешний шок?

Шестое, что я узнаю, касается стратегической цели. Оказывается, стратегическая цель – "достижение уровня экономического и социального развития, соответствующего статусу России как ведущей мировой державы XXI века". Что значит "статусу"? Почему у всех ведущих мировых держав XXI века внешнеторговый оборот меньше 20% ВВП, а у нас уже 45%? Это означает, что мы стремительно движемся в сторону завоевания этого самого статуса?

Цель – декларативно-неопределенна. Сопряженные блоки описания никак не увязаны с целью. Считать это все полноценным "образом будущего" для Концепции как документа, регламентирующего нашу жизнь, невозможно. Для этой прискорбной констатации совершенно не нужно быть злопыхателем или таким ревнителем свободы, которому на развитие наплевать. Для этой констатации надо просто относиться серьезно к развитию, а не сюсюкать по его поводу.

Между тем сюсюканье (в духе этого самого "сю-сю-реализма") в Концепции не исчерпывается вышеизложенным. И постепенно приобретает гротескно-фантасмагорический характер. Потому что вдруг оказывается, что "достижение этой (стратегической – С. К. ) цели означает формирование качественно нового образа будущего России к концу следующего десятилетия". То есть к моменту завершения срока реализации данной концепции? Значит, настоящий образ будущего мы сформируем после того, как дойдем до цели? А идти к ней мы будем без образа будущего?

Прочтя это, я зауважал не только Константина Устиновича Черненко (которого я, в общем-то, всегда уважал). Я зауважал самые кондовые комсомольские и партийные бумаги, рожденные в недрах глубокого брежневского застоя. Потому что там были хоть какие-то представления о концептуальной обязательности...

Седьмое, о чем я узнал, касается конкретных целевых ориентиров.

Назову наиболее показательные:

- "выход на стандарты благосостояния развитых стран",

- "высокое качество и комфортные условия жизни населения",

- "изменение социальной структуры в пользу среднего класса",

- "инновационное лидерство в мире".

Ничего против этого я не имею. Я просто не понимаю, за счет чего это будет достигнуто. И не понимаю, как можно об этом не сказать. Ведь за все надо платить, не так ли? Какова мобилизационная (как минимум, трудовая, если кто-то боится слова "мобилизация") ЦЕНА? Кто ее заплатит? Почему будут платить и нести издержки? Народ не может получить "на халяву" такие показатели жизни и такое лидерство. Ну, так?

Восьмое, о чем я узнал, – это что государство не должно подменять бизнес своей активностью, но должно лишь "создавать условия для успешного развития бизнеса", и что "именно частный бизнес является основной движущей силой развития".

Тем самым государству фактически запрещается роль реального Субъекта Развития даже в ключевой – экономической – сфере, которой в основном и посвящена Концепция. А при обсуждении проблемы инновационного развития – в качестве "субъектов развития" перечисляются компании, разрабатывающие новые технологии, работники науки, образования, здравоохранения и т. д.

Интересно узнать, кто так осуществлял развитие, преодолевая весьма проблемную ситуацию в короткие сроки? И почему государство не должно быть Субъектом Развития? Что это за фобия? И как она соединяется с державностью и вертикалью власти? Если развитие является сверхцелью и основным ориентиром, то почему государство должно самоустраниться от реализации своей же сверхцели? И чем оно тогда занимается? – вот главное, что меня волнует!

ЗАЧЕМ ОНО ТОГДА ВООБЩЕ НУЖНО?

Никто не оспаривает необходимости частного бизнеса. Есть огромное количество направлений, востребованных жизнью. Жизнь не может быть сведена к одному стратегическому направлению (развитию). Пусть бизнес работает там, где надо. И пусть чиновники ему не чинят препятствий. Пусть бизнес конкурирует или соучаствует с государством и в том, что касается стратегических направлений развития.

Но любой мировой опыт – хоть в развитых, хоть в развивающихся странах, – показывает и доказывает, что не иметь механизмов реализации стратегического целеполагания в виде мощного государственного предпринимательства и управления большим бюджетом (особенно в условиях, когда ставятся цели выхода из кризиса и развития) – эффективное государство НЕ МОЖЕТ. Ну, не может и все.

Посмотрите, как в нынешнем кризисе британское государство национализирует крупнейший "просевший" банк, и как американское государство меняет законодательство и "нерыночно" вливает в экономику многие сотни миллиардов долларов. Послушайте главу МВФ Доминика Стросс-Кана, который твердит, что "рыночные" меры для выхода из кризиса недостаточны, и призывает развитые страны к наращиванию антикризисной активности госбюджетов.

То есть везде, включая наиболее последовательно-либеральные "рыночные" развитые страны, государство от обладания инструментами решения таких проблем отказаться не может. (О странах вроде Китая или Индии, заявивших своим исключительным приоритетом форсированное развитие, я уж и не говорю). А у нас, согласно рассматриваемой Концепции, государству от них нужно отказаться. И как я должен к этому относиться? Серьезно?

Девятое концептуальное откровение состоит в том, что лишь глубоко демократическая Россия может осилить задачу быстрого развития. Тут же уточняется: "Только реализовав формулу "демократия – человек – технологии" и воплотив ее в повседневную практику жизни общества, Россия сможет реализовать свои потенциальные возможности и занять достойное место среди ведущих мировых держав".

Ребята, кто подменяет высший приоритет идеологическими "заморочками"? Но ведь и подменять надо уметь! Студенту известно, что все успешные быстрые модернизации – как старые (вроде голландской, британской или французской), так и новые (японская, корейская, тайваньская, малайзийская, китайская), – это авторитарные модернизации, с решающей ролью государства в управлении развитием и достаточно жестким сокращением пространства для демократических процедур.

Одесский автомобилист-частник хотел подвезти женщину за умеренную мзду. А та негодовала, что он не таксист. Частник ей возразил: "Мадам, вам об шашечки или ехать?"

Вот и хочется спросить: надо ли "ехать"? Или нужны "шашечки" демократии? Ведь никто не возражает против демократии. Никто не хочет заменять ее авторитаризмом ради авторитаризма. Но либо развитие действительно высший приоритет, и идеологии умолкают. Либо... Либо все будут навязывать свои идеологические приоритеты, и тогда не будет никакого развития.

В памятной мне телевизионной дискуссии Г. Резник и В. Никонов спорили о том, совместима ли свобода с традицией. Г. Резник утверждал, что наша традиция несовместима со свободой. В. Никонов ему оппонировал. То есть, дискуссия шла между сторонниками формулы "свобода минус традиция" (либеральная партия) и сторонниками формулы "свобода плюс традиция" (консервативная партия). Я, будучи третьим участником дискуссии, кожей ощущал наличие еще одного молчащего персонажа. Того, для которого желанной формулой является "традиция минус свобода". Вы скажете, что его нет? Ну, говорите, говорите... Прячьте голову под крыло... Дождетесь... Ждать осталось недолго.

Между тем, дискуссионное пространство из двух переменных (свобода и традиция) – это тупик. Вырваться из тупика мы можем, лишь введя пространство из трех (трех, а не двух!) переменных:

СВОБОДА, ТРАДИЦИЯ и РАЗВИТИЕ.

Нам надо не сюсюкать о развитии. Нам надо понять, что без развития обессмысливаются и традиция, и свобода. Что же касается несвободы, то она всегда отвратительна. Но может быть хотя бы отчасти оправдана только развитием. И чем больше несвободы, тем больше должно быть развития, чтобы хоть как-то несвободу оправдать. Да и преодолеть.

Пока СССР форсированно развивался, несвобода была как-то терпима. Хотя весьма и весьма издержечна. Но когда СССР перестал ускоренно развиваться (застой), то даже меньшая несвобода (а несвободы при Брежневе, конечно, было меньше, чем при Сталине) стала абсолютно невыносимой. И мы получили то, что получили.

Первая задача – не подменить развитие политическими играми.

Вторая задача – не подменить развитие странными "сю-сю" на тему развития. Отнестись к развитию серьезно. Без пафоса, без восклицательности, но серьезно. Авторы Концепции называют много прекрасных конкретных долженствований. Например, стабилизация численности населения и занятых в экономике. На основе чего? Оказывается, что на первом месте "эффективное регулирование миграции". А затем уже следует повышение здоровья нации и уровня социального оптимизма. Ну, ладно, миграция так миграция. Что еще должно состояться к 2020 году?

ВВП на душу населения должен увеличиться с 13,7 тысяч долл. в год до 30 тысяч... Средний уровень обеспеченности жильем должен составить 30-35 кв. м. на человека... Россия должна занять не менее 10% на мировых рынках высокотехнологичных товаров и интеллектуальных услуг по 4-6 и более крупным позициям... Доля высокотехнологичного сектора в ВВП должна подняться с 10 до 17-20%... Производительность труда должна увеличиться в 2,4 – 2,6 раза... Среднемесячная зарплата должна подняться с 526 долл. до 2700 долларов... Должна быть создана разветвленная транспортная сеть, обеспечивающая высокую территориальную мобильность населения и глобальную конкурентоспособность на рынках транспортных услуг... Должно быть завоевано лидерство в интеграционных процессах на евразийском пространстве... Россия должна превратиться в один из глобальных центров мирохозяйственных связей... Она должна стать одним из мировых финансовых центров... Должна, должна, должна...

Простые расчеты показывают, что для такого рода "комплексных прорывов" ни у какой России не хватит никаких денег и других ресурсов. Приходится предположить, что "долларовые" цифры названы "лукаво", в надежде на неуклонную и быструю девальвацию доллара.

Кроме того, ни сегодня, ни в обозримом будущем у частного российского капитала нет и не будет тех триллионов, которые нужны на реализацию перечисленных амбициозных задач. И (что показывает весь мировой опыт) частный капитал никогда не инвестирует даже те (скромные по сравнению с такими задачами) деньги, которые у него есть, в проекты с огромными сроками окупаемости и низкой нормой прибыли. А именно такие проекты и предполагает в большинстве сфер деятельности и отраслей рассматриваемая Концепция.

Частный капитал не может реализовать поставленные задачи. А государство (единственный возможный "генеральный субъект" мобилизационного развития!) не должно их реализовывать. Но, как мы прочли в этой Концепции, должно... помогать частному капиталу реализовать то, что он не может реализовать по определению. Мы же должны радоваться тому, что реализовывать будет тот, кто не может реализовать. А также тому, что внешнеторговый оборот составляет у нас 45% от ВВП.

Тут уместен только один главный вопрос: А ЭТО РАЗВИТИЕ КОМУ-ТО НУЖНО? МЭРТу ОНО НУЖНО? ЕСТЬ ЛИ СЕРЬЕЗНОСТЬ В ЭТОМ ВОПРОСЕ? И ЧТО БУДЕТ С РАЗВИТИЕМ, ЕСЛИ ЕЕ НЕТ?

Возможно, ответ поможет получить еще одна формулировка Концепции: о том, что мы должны сочетать "догоняющее" и "опережающее" (прорывное) развитие. Причем опережающе развивать нужно "секторы, которые определяют специализацию России в мировом хозяйстве и национальные конкурентные преимущества".

Поскольку специализация постсоветской России уже сложилась в сфере таких ее "национальных конкурентных преимуществ", как огромные запасы энергоносителей и сырья, приходится предположить, что именно в этих отраслях (где, в принципе, экспортных доходов частного бизнеса и привлеченного зарубежного капитала может оказаться достаточно для масштабных долгосрочных инвестиций), и будет "по факту" происходить "опережающее развитие".

Но это очень оригинальное "опережающее развитие". Что оно опережает? Нынешние темпы исчерпания ресурсов на территории РФ?

Впрочем, все, что касается типа развития (опережающее, догоняющее и т. д. ), требует отдельного рассмотрения. Пока мы только поговорили о столь важной вещи, как серьезность. И не вообще поговорили, а на конкретном примере.

Нет ее, этой серьезности, – не будет ничего остального.

А об этом остальном (и, конечно, самом главном) – отдельно.