Урны надувные, бюллетени липовые

Урны надувные, бюллетени липовые

04.02.2004

Русский человек — государственник, империалист, мистический централист. Верит в божественный смысл государства, в его небесный прообраз. В «райский чертеж», по которому из века в век Россия возводила государственный чертог, где венценосный Хозяин Дома восседает под Древом Познания Добра и Зла. Русский человек, казнимый царем, ложась на плаху, славил грозного царя, просил у него прощения. «Красный заговорщик» в темных коридорах Лубянки, под дулом нагана, перед тем, как пуля размозжит затылок, кричал: «Да здравствует Сталин!» Этого не понять либералу, европейскому бюргеру, мелкому буржуйчику, скучному диссиденту.

Это понимает Путин. Эксплуатирует русскую «религию государства», тонко имитируя государственные рефлексы. Обставляет свое правление государственными символами, будь то двуглавый орел или красное знамя, горностаевая мантия или советский гимн. Манит к себе народ. Так охотник, дуя в жестяную свистульку, манит на выстрел рябчика.

Государство, которое строит Путин, — это государство-оборотень, государство-самоед, государство, выгрызающее само себе желудок. Огромное, урчащее, ненасытное скопище больших и малых чиновников, хищных волков, мелких пиявиц, сосущих червей, трупных жуков, алчных и жестоких пираний. Министры и губернаторы. Генералы и прокуроры. Мэры и судьи. Хозяева роскошных залов и обитатели гнилых кабинетиков. У всех у них — рыла, хоботки, щупальца, присоски, вампирические красные губки, чувственные, в розовой пенке ротики, которыми они присосались к России и сосут. Впиваются в каждую вену, в каждый кровяной сосудик. Наливаются, как кровавые бурдючки, питательными веществами, оставляя страну синюшной, безжизненной. Румянят свеклой ее смертельно-бледные щеки в дни инаугураций и выборов.

Имитация — «политическая технология» нынешней власти. Говорить о военных реформах и продавать на сторону авианосцы. Вещать о целостности государства и готовиться передать японцам Курилы. Бороться с коррупцией, поручая эту борьбу коррупционерам. Стоять в храме со свечкой и участвовать в оргиях на швейцарских закрытых курортах.

Все, что зовется сегодня «российской элитой», будет гореть в аду и кипеть в смоле.

Вольский и Примаков, у которых только что отняли олигархический «Союз предпринимателей», — две вставные челюсти, переносимые из одной эпохи в другую. Нарусова — «веселая вдова», накрывшая юбкой сначала Петербург, а затем и Туву. Коптев, возвращающий Россию из Космоса к деревянной сохе. Все, кого ни возьми, внесены чертями в адское меню. Из каждого сделают в аду барбекю.

Потанин — владелец «Норильского никеля», глубинных шахт, где каторжане ГУЛАГа когтями процарапывали мерзлоту, пробираясь к драгоценным металлам. Построили в тундре город, чтобы во искупление жертв процветала страна, но все это «схапал» странный человечек, возникший, как сероводородный пузырек на болоте. Не он ли жирует в злачных, скрытых от глаз заповедниках, куда свозят шлюх, у которых в причинные места вшиты бриллианты по сто карат, в то время как в России без лекарств умирают младенцы?

Швыдкой — «духовный гуру» путинской культуры, представленной смехачами, эстрадниками, мужиками в бюстгальтерах, безмозглыми, с дырками в голове артистами, безголосым париком Кобзона, подагрическими ляжками Пугачевой, надувными резиновыми великанами, исполняющими танец живота под разговоры о «русском фашизме».

Политики «Единой России», похожей на огромный кусок пластилина, куда вмазаны едва различимые лица, расплющенные зады, скрюченные пальцы, пустые глаза. Серое, мягкое вещество, из которого скучающий Путин слепит медведя, верблюда, козла, унитаз, старую калошу, кровлю синагоги, гриб-поганку, Венеру Милосскую или большой, выставленный на Охотный Ряд кукиш.

Вершина путинских имитаций — выборы, выстраданные Россией за две тысячи лет своей истории. Походами Святослава на Царьград. «Словом о полку Игореве». Покорением Казани. Присоединением Сибири. Строительством Санкт-Петербурга. Написанием «Анны Карениной». Возведением Днепрогэса. Победой над фашизмом. «Космическим» Гагариным. И все для того, чтобы в президенты, на потеху Путину, устремился Малышкин под ручку с Хакамадой, вприпляску с Харитоновым, под мышкой с Глазьевым, в мошонке с Мироновым.

Когда-то главными новостями страны были известия о пуске ледоколов, открытия в астрономии и физике, изумительные романы и кинофильмы. Теперь же нас извещают о расколе в микроскопических партиях, о сифилисе в родильных домах, о суках и щенках Президента.

Как долго может держаться эта уродливая «государственная пирамида», поставленная дыбом, на острие? На сколько пунктов должен упасть доллар, чтобы рухнула пирамида? Сколько китайцев должны переселиться в Россию, чтобы страны не стало? Сколько чеченских женщин должно взорвать себя на Манежной, чтобы русские женщины перестали рожать? Какую песню должен исполнить Киркоров, чтобы у коров обнаружилась «говяжья чума»?

Россия живет святостью русских вдов, бескорыстием русских ученых, подвигами безымянных десантников, постом безвестных монахов. Она живет деяниями священномучеников — таких, как русский солдат Евгений Родионов, отдавший юную жизнь за Россию.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.