Сотворение мира в редакции Эффеля.

Сотворение мира в редакции Эффеля.

«Жан Эффель» – это творческий псевдоним популярного мастера сатирического рисунка. А настоящее имя нашего героя – Франсуа Лежён. Эффель – это всего лишь аббревиатура начальных букв имени и фамилии – Эф и Эль.

Его художественная мастерская, расположенная вблизи Сены на верхнем этаже дома номер 7 по улице Бонапарта, и сегодня является одной из важных культурных достопримечательностей Парижа.

Скончавшийся в 1982 году художник оставил после себя весьма значительное творческое наследие. Его политические карикатуры времён «странной войны»[29], оккупации фашистами Франции, Пятой республики[30] стали важными историческими памятниками эпохи.

Франсуа Лежён. «Сотворение мира»

Но наибольшую мировую известность получили циклы его работ: «Сотворение мира» (1951–1954) и «Сотворение человека» (1951–1953). В русском издании книга, объединившая эти серии, называлась «Сотворение мира и человека» (1959).

Это почти полторы тысячи остроумных рисунков, главными действующими персонажами которых является, конечно же, очень симпатичный старик Бог, его милые помощники ангелочки, зачастую по-детски наивные Адам и Ева. На многих картинках Создателю всячески пакостит зловредный интриган – сатана.

Франсуа Лежён. «Сотворение человека»

Ветхозаветная история о шести днях сотворения всего живого и первых людей в исполнении Эффеля получилась очень современной. Художник смело соединяет библейские толкования с современными научными открытиями, технологиями.

Так, для того чтобы сотворить Еву, Бог извлекает ребро Адама по всем правилам современной хирургии, то есть на операционном столе, специальными инструментами, с применением наркоза.

Франсуа Лежён. Зловредный интриган – сатана

Франсуа Лежён. Сотворение Богом Евы

А для того чтобы придать земному шару правильное вращательное движение, Творец, как и положено хорошему мастеру, тщательно смазывает земную ось из гигантской маслёнки.

После возгласа «Да будет свет!» Всевышний освещает созданную им Вселенную с помощью электрической лампочки.

На следующей карикатуре Бог раскрашивает радугу при помощи акварели. Желая же сотворить барашка, он использует вязальные спицы и моток шерстяной нити и т. д. и т. п.

Бог в творчестве Эффеля – добродушный выдумщик, обладающий такой же неистощимой фантазией и чувством юмора, как и сам художник. Бородатый старичок в белых одеждах постоянно увлечён творческим процессом создания людей, разных растений и животных. Козни же рогатого лохматого дьявола тоже вызывают у зрителей улыбку и смех, ибо они напоминают действия хулиганистого ребёнка, пытающегося из вредности сломать чей-то песочный замок.

Для Франции карикатуры Эффеля стали важным событием ещё и потому, что они сумели объединить как верующих, так и атеистов. Людей примирил смех. В стране, где религиозные столкновения часто приводили к потокам крови (достаточно вспомнить знаменитые гугенотские войны и ужасающую по своей жестокости резню – Варфоломеевскую ночь), это было особенно важно. Конечно, отдельные церковные иерархи брюзжали, что, мол, недопустимо изображать самого Господа, создающим свет при помощи зажигалки «Зиппо». Но к счастью, пыточные застенки и костры инквизиции остались в Средневековье, так что объект критики мог без опасений за свою жизнь ответить догматикам: «А кто сказал, что у Бога нет чувства юмора?»

Впрочем, голоса немногих недовольных творчеством сатирика тонули в восторженном хоре тех, кому очень нравились библейские сюжеты Эффеля. По мотивам его карикатур Исидор Шток написал пьесу «Божественная комедия». Эта пьеса была поставлена в Московском театре кукол Образцова. В Чехословакии в 1956 году был снят одноимённый мультипликационный фильм. Работы художника отмечены многими международными премиями, в том числе Международной Ленинской премией мира за 1968 год.

В СССР рисунки Эффеля издавались примерно такими же гигантскими тиражами, как и альбомы другого известного западного карикатуриста – Бидструпа. При этом советские критики объявляли творчество французского художника антирелигиозным. Но так ли это на самом деле?

С одной стороны, Эффель действительно изображает Бога без особого пиетета, смело иронизирует над библейскими сюжетами. Но это добрый юмор человека, любящего своих персонажей. В конце концов, верующий карикатурист не может писать иконы, но ему вполне по силам передать отношение к Богу через свой жанр. На мой взгляд, Эффелю прекрасно удалось это сделать.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.