Встаньте, дети, встаньте в круг

Что роднит Блаватскую, Ленина, Ганди и Гитлера? Кроме, конечно, национальности (шутка)? Все они – гностики. Гностики (они же манихеи) – это такие мыслители, которые считают, что все люди делятся по своему происхождению на несколько разных групп. Переход из одной группы в другую практически невозможен. Группы (расы, касты, классы) неравноправны: в первой группе просветленные, во второй – полезные, в третьей – никчемные. Хотя все это не имеет большого значения, поскольку эта жизнь – лишь приуготовление для жизни вечной. Душа – пленница в человеческом теле. «А при коммунизме все будет за..бись!»

Отсюда малая ценность конкретной человеческой жизни и жизни вообще. Крайне скептическое отношение к физическому телу. Как своему, так и чужому. Если всех нас ждет цепь перерождений, как-то глупо сокрушаться по поводу массовых казней и пошива торшеров из человеческих шкур.

Поэтому прямой человеческой противоположностью Гитлера был отнюдь не Ганди, а толстый мещанин Черчилль. А Ганди был для Гитлера «социально близким». Что он и доказал в годы Второй Мировой, выступив с несколькими обращениями принципиального характера. В первом он пожелал евреям Германии покончить жизнь самоубийством – всем, так сказать, кагалом. Чтобы Гитлеру стало стыдно. «Все засмеялись, а Гитлер заплакал». Во втором – посоветовал Англии сдаться. С той же примерно мотивировкой. Ну и в третьем Ганди обращался уже непосредственно к фюреру, начиная с интимного «Друг мой». Ганди по-дружески советовал Гитлеру «предотвратить войну» в Европе, что само по себе звучит неплохо, но в сочетании с предыдущими двумя обращениями – довольно-таки странно. А кто тогда будет сдаваться на милость победителя и совершать коллективное самоубийство?

Гитлер, как ни странно, Ганди не послушался. Хотя вообще любил все индийское – свастику, например.

Черчилль терпеть не мог Ганди, просто эстетически не выносил. Ну что это, действительно, старичок с отвисшей морщинистой грудью и беззубым ртом приходит в общество джентльменов, косит под блаженного и блажит: «Quit India!» (покиньте, дескать, Индию!) Сигару ему даже не предложишь – страшно подумать, что он с ней может сделать…

Более-менее неплохо Черчилль относился к генералиссимусу Сталину. И совсем хорошо – к президенту Рузвельту. Вот эти трое сообща свернули Гитлеру его физическую шею. Не будучи не то что святыми, а просто хорошими людьми.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.