ПОТЕРЯ ТЕРРИТОРИЙ

ПОТЕРЯ ТЕРРИТОРИЙ

30 сентября 2003 0

40(514)

Date: 01-10-2003

Author: Георгий СЕМЕНОВ

ПОТЕРЯ ТЕРРИТОРИЙ

В Верховном Совете, как цели танковой стрельбы, была некая условность. Хотя настоящие снаряды крошили настоящие стены и настоящих, живых людей, все-таки этот расстрел был показательным. Главные, виртуальные, снаряды летели по национальным окраинам России, чтобы там "не возникали, нажравшись суверенитета".

Припомните, к тому времени распад страны уже считался свершившимся фактом. Будто стеклорезом прошлись реформы по границам субъектов федерации. Оставалось только слегка ударить по этим надрезам и пространство рассыплется на куски.

Зелимхан Яндарбиев тогда по всем мировым каналам новостей вещал о конце России. И это было правдой. Сытые, свежие боевики в новеньком обмундировании весело маршировали перед красавцем Дудаевым на главной площади Грозного, чувствуя себя в суверенной Ичкерии миссионерами исламского мира.

По ним, по ним стреляли танки с Краснопресненской набережной в октябре. И те же танкисты, что крутили в стальных башнях ручки наводки орудий на "Белый дом", через два месяца въезжали в Грозный. Потому нам тогда их и не жалко было— плененных, униженных Дудаевым. Столь ненавистным был Ельцин — расстрельщик, что в чеченцах мы видели едва ли не братьев по борьбе. Это потом, когда они стали убивать наших солдат не как ельцинских слуг, а как русских людей по соображениям джихада, в нашем сознании произошли перемены.

Пальба по "Белому дому" вызвала радость у чеченцев и ужас, отвращение других народов от центра — вот каким оказался краеугольный камень "построения новой многонациональной России".

После расстрела парламента чеченским, антироссийским духом прониклись не только татары и башкиры, но якуты, карелы, коми. Со скрытой симпатией они наблюдали за войной в Чечне на стороне боевиков. Многие народы рекрутировали своих молодых людей в Чечню. Недаром главным подрывником московских домов стал татарин Сайтаков.

Тупая, бездарная пальба Ельцина по Белому дому похоронила остатки уважения национальных окраин к русским правителям как таковым. Тогда проявилось самое жестокое начало московской власти, сравнимое разве что с массовыми депортациями. Как будто и не бывало традиции мирного сосуществования и дружбы народов. Самые тонкие, культурные связи между нациями презрелись Ельциным по причине махрового невежества.

Триумф образованщины в государственной власти — вот что такое был расстрел парламента 4 октября.