ВЕНОК ПЕСНЯРУ

ВЕНОК ПЕСНЯРУ

Даниил Торопов

11 февраля 2003 0

7(482)

Date: 11-02-2003

Author: Даниил Торопов

ВЕНОК ПЕСНЯРУ

Мулявин ушел, так и не оправившись после тяжелейшей автокатастрофы. Для многих и многих он был и останется олицетворением светлой белорусской души, идеалом музыканта, образцом настоящего человека. Пафосно, но говорить о Мулявине иначе не получается. Особенно представляя масштабы популярности его главного детища — легендарного ансамбля "Песняры".

"Песняры" — были и есть действительно общенародной любовью. Причем общенародной в самом широком смысле. Наверное, немного еще можно назвать имен, перед которыми преклоняются и стар, и млад.

В середине девяностых выходившая на волнах "Радио 101" программа "Трансильвания беспокоит" Георгия Осипова (графа Хортицы) фактически сломала музыкальные (а с ним и общекультурные, и мировоззренческие) пристрастия у определенной прослойки современной молодежи, буквально заставила обратить внимание на истинных героев. Хортица переключал внимание с персонажей иноземной, разного рода странной музыки на своих, родных. Не будь этой программы, возможно, многие остались бы в стороне от плеяды великолепных людей и художников. А так, в фонотеке появились и заняли достойное место пластинки "Поющих гитар", Магомаева, Мулермана, Ножкина. Но даже на этом могучем фоне четко и ясно выделяются "Песняры", ставшие символом Белой Руси, и в какой-то степени символом Советской Империи.

Владимир Мулявин не был, как нынче говорится, фронтменом "Песняров", но именно он для всех был, есть и будет главным "песняром". Находясь за спиной плейбоистого Борткевича и моложавого Кашепарова, Мулявин чем-то напоминал сказочного Дядьку — Черномора, создавая у всех уверенность в абсолютной надежности тыла. Он писал музыку (вспомните, чудесный "Крик птицы"), и в первые годы, наверное, более значимые, чем творчество 80-х гг. делал шикарные аранжировки. У него был замечательный голос. Послушайте гениальную рок-оперу Игоря Лученка по произведению Янки Купалы "Гусляр".Пресловутый вебберовский "Jesus Christ Superstar" отдыхает. Мулявин исполнил центральную партию Гусляра. Гусляр в этой поэме-легенде противостоит Князю, соблазнившемуся чужеземными идеями, жаждущему утвердить иные, чуждые ценности. Князь пытается переманить на свою сторону Гусляра. "Полны гусли насыплю дукатов". Но старик отвечает отказом и обличает властителя, подписывая тем самым себе смертный приговор. О, как напоминает сей Князь наших руководителей последних лет.

Вообще, некая предсказательность в сюжетах, в интонациях многих песен группы прослеживается. "Беловежская пуща" после катастрофы 1991 года воспринимается, как плач по великому братству, по доселе невиданной в мире цивилизации, "Наследство", как укор прадедов великих нам, правнукам поганым, в миг промотавшим великое наследство, доставшееся от предков.

А еще можно вспомнить такие шедевры, как "За полчаса до весны", "Крик птицы", "Александрина", "Косил Ясь конюшину", "Ой, рано на Ивана". И, конечно, "Белоруссия". Лично мне ближе, скажем так, ранний период "Песняров", особенно тот, когда они еще назывались "Лявоны". Циклы конца семидесятых — начала восьмидесятых (например, на стихи Бернса)довольно тяжеловесны. Но не надо забывать, что даже самые неудачные творения "Песняров" помощнее иных хитов, особенно сегодняшних клонов-клоунов.

Последние годы, когда "Песняры" оказались заграничной группой, коллектив откровенно лихорадило. Пошли расколы, возникло несколько вариантов "Песняров", каждый из которых претендовал на аутентичность. Хотя, думаю, для большинства аксиомой было — "Песняры" там, где Мулявин. В одном из последних интервью Владимир Георгиевич признавался: "За последние 15-20 лет я немного устал от примитивных песен. И переключился на серьезные программы, театрализованные мини-спектакли, где мы показывали, как проходили славянские праздники — колядки, ночь Ивана Купалы". ("АиФ" №5, 2003). Кстати, о фольклоре. "Песняры" первыми на эстраде стали на таком уровне работать с фольклором. Первыми показали, что фольклор может быть не музеем, но живым народным творчеством. И работая с таким тонким материалом, как фольклор, не оступились в пошлость, что произошло с некоторыми их коллегами. Не говоря уже об уродливых проявлениях сегодняшней российской поп-сцены.

"Песняры" были еще своеобразны тем, что сформировали свой неповторимый стиль, легко узнаваемый, но не позволяющий наклеить какой-либо ярлык. Они и эстрада, и фолк, и рок. Ранние вещи не уступают лучшим образцы западной психоделии 60-х. Более поздние — делают то же самое с прогрессивом. По большому счету в семидесятые именно "Песняры"  были мостом между Западом и Россией. Уровень исполнительского мастерства "Песняров" никто никогда не подвергал сомнению. По слухам, вокалом восхищался не кто иной как Пол Маккартни. Да и у нас покойный лидер одной из первых отечественных панк-групп "Автоматические удовлетворители" Андрей "Свинья" Панов признавался, что учился у "Песняров" "петь, протягивать, чтобы хватало дыхалки и потом переходить еще куда-то". В общем белорусские витязи делали все на таком высоком мировом уровне, который до сих пор недооценен у нас в полной мере и в то же время сохраняли свое оригинальное лицо, национальную и культурную идентичность. Их с интересом и приняли на Западе, именно потому что "Песняры" были иными, были оригинальными.

"Песняры" открывали своим слушателям чувство истории, вселяли гордость за прошлое и настоящее Родины. И делали это без фальши, без унылой официозности. "Песняры" всегда были неотделимы от своей малой родины. Их Белая Русь, словно Стоунхендж, Светлояр, Красная площадь в Москве, наполнена сакральными энергиями и смыслами, и образует особое загадочное пространство. Но в то же время они были певцами Большой Империи, Советской. И когда не стало "свода Советской России", фактически не стало и "Песняров". Сегодня, после ухода Владимира Георгиевича Мулявина, лично для меня история великого ансамбля закончилась. Но остались песни "Песняров". Жизнеутверждающие, выпрямляющие, вдохновляющие песни белорусских волшебников.