Испытание Новороссией

Испытание Новороссией

25 мая, Донецк. Митинг против выборов президента Украины

Фото: ИТАР-ТАСС

Украина остаётся на перепутье. Голосование 25 мая за нового "президента" в условиях общественного противостояния, бойни на юго-востоке пока не добавили большой ясности. В чём истоки противостояния? Чего ждать дальше? Об этом, и не только, беседа «ЛГ» с известным писателем и общественным деятелем Святославом РЫБАСОМ.

- Святослав Юрьевич, мы знакомы много лет. Нас объединяют ещё и общие корни. Оба родились на Украине: вы – в Макеевке Донецкой области, мои деды жили по соседству, на Луганщине. В этих краях в последние месяцы происходят события, за которыми следят всюду. Первый вопрос к вам как историку – что это за территория?

«ЛГ»-досье

Святослав Рыбас – постоянный автор «ЛГ», писатель-историк, почётный член Академии военных наук РФ, член Общественного совета при Министерстве культуры РФ, член Московского землячества «Донбасс».

– Географически это Северное Причерноморье, Дикое поле, бескрайняя степь, по которой кто только не хаживал – скифы, готы, гунны, половцы, татары, славяне. Например, в районе нынешнего Славянска был лагерь хана Кончака, вблизи реки Кальмиус, протекающей через Донецк, происходила битва на Калке. Тут действовали летописные герои «Слова о полку Игореве».

Историческое развитие Московского государства, лишённого выхода к морским торговым коммуникациям, проходило в борьбе за эти самые коммуникации. Благодаря невероятным усилиям и жертвам она завершилась продвижением к Балтике, Каспию, Чёрному морю. В XVIII веке после побед «екатерининских орлов» территория стала российской, получив название Новороссия.

Её освоение шло под флагом русской культуры. Во второй половине XIX века, с началом индустриализации под руководством министра финансов Сергея Витте, южнорусские губернии превратились в быстроразвивающуюся «Новую Америку» (выражение Александра Блока), став мощнейшим промышленным регионом. Донецкий уголь и железная руда Кривого Рога – основа развития. Тогда же начал складываться свое­образный донбасский субэтнос, состоявший из великороссов, малороссов, немцев-колонистов, греков, татар, евреев, сербов, болгар, бессарабцев, которые по различным причинам оказались тут и довольно быстро ассимилировались с преобладающим русским населением, освоив русский язык.

В ментальном плане на них оказали сильнейшее влияние, кроме российских культурно-исторических традиций, дух первопроходства и новаторства, упорство хлеборобов-малороссов, дерзость донских казаков, предприимчивость русских и еврейских купцов, инженерная мысль англичан и немцев и, если брать шире, – интернационализм развивающегося молодого капитализма. Прибавим к этому влияние Святогорского монастыря (ныне Святогорская Свято-Успенская лавра), который сыграл на юго-востоке роль, сравнимую с ролью подмосковной Троицкой лавры. В итоге вырос регион колоссальной экономической мощи (металлургия, угледобыча, машиностроение, коксохимия, тяжёлое и транспортное машиностроение) с адекватным этому населением.

Донбасс по сути – гигантский мегаполис, здесь одна треть всех украинских городов с населением свыше 100 тысяч человек. Показательно, что выходцы из Донбасса оставили заметные следы в России и Советском Союзе. Назову лишь одно имя – Владимир Даль, писавший под псевдонимом Казак Луганский. Если вспомнить СССР, то тут не меньше десяти, если не больше, союзных министров, среди них – создатели атомного комплекса Ефим Славский и Авраамий Завенягин, председатель Госплана СССР Николай Вознесенский, министр угольной промышленности Александр Засядько. В области культуры назову создателя российского кинематографа Александра Ханжонкова, композитора Сергея Прокофьева, художника Архипа Куинджи, кинорежиссёров Ларису Шепитько и Леонида Быкова, актёров Нонну Мордюкову и Николая Гриценко, певца Иосифа Кобзона. Также уместно вспомнить советского лидера-«волюнтариста» Никиту Хрущёва, премьер-министра СССР Николая Рыжкова, олимпийского чемпиона-тяжелоатлета Юрия Власова, героя первых пятилеток Алексея Стаханова[?] Подчеркну особую роль городского партизанского движения в Донбассе во время Великой Отечественной войны. Краснодонская «Молодая гвардия» – яркий фрагмент этой борьбы…

При этом официальный Киев всегда ревниво относился к донбассовцам, а Москва, наоборот, выдвигала их. Это объясняется различной ментальной основой донбассовцев и населения центральной Украины, преимущественно сельских корней. Если у первых это масштабы сверхдержавы, то у вторых сильна память о своём хозяйстве, «вишнёвом садочке». В периоды гражданского противостояния такие различия становятся труднопреодолимыми.

– Иными словами, всплывший из глубины времён термин «Новороссия» неслучаен?

– Исторические явления намного длительнее человеческой жизни. В кризисные времена мы вдруг можем ощущать дыхание истории. В слове «Новороссия» дышит история России.

– Хочу немного «отмотать» время. Думаю, несколько лет назад мало у кого было в мыслях, что настанет момент такого кровавого раскола Украины. Что он пройдёт не только через границы регионов, но и через семьи, а бывшие друзья станут врагами. Бывая на Украине, видя, что вообще-то дороги плохи, многие заводы дышат на ладан, на полях всё ещё пашут старые советские трактора, а очень многие люди живут, сводя концы с концами, всё-таки трудно было всё это представить. Поработала чья-то «рука» или причины в противоречивости самого «украинского мира»?

– Раскол, о котором вы говорите, случился не вчера. В его основе – историческое противостояние между геополитическими (и цивилизационными) конкурентами. Сначала России противостояла католическая Польша, которая вела жёсткую колонизацию Украины, потом Австро-Венгрия и Германия, сегодня это Европейский союз и США. Во времена войны Богдана Хмельницкого с поляками украинская элита (запорожская старшина) нередко выступала на стороне поляков, рядовые казаки стояли за «белого царя» (так турки именовали русских царей). В Первую мировую войну германский генштаб санкционировал создание Лиги нерусских народов России для раскола империи по национальным основаниям.

В воспоминаниях Василия Шульгина, киевлянина, депутата Государственной Думы 2–4-го созывов, упомянут такой факт. Летом 1917 года киевский адвокат Бутович рассказал ему: «В своё время, когда я собирался ехать во Львов, тогдашний киевский генерал-губернатор Трепов сказал мне: «Не можете ли вы взять на себя очень деликатную миссию? Львовский профессор Михайло Грушевский ведёт против нас острую пропаганду. Нельзя ли его купить?» Это было мне очень неприятно, но я согласился и, приехав во Львов, познакомился с Грушевским. Через некоторое время намекнул ему, что он мог бы получить большие деньги при известных обстоятельствах. Он сразу меня понял и ответил: «Вы не можете мне дать столько, сколько я имею от...» Я спросил: «От Австрии?» Он сказал: «Нет, от Германии» .

Сегодня Грушевский считается одним из отцов-основателей Украинской республики.

Разумеется, никакими деньгами и никакими спецоперациями невозможно разрушить государство, если нет других для этого оснований.

Какие основания были для нынешнего украинского кризиса?

Их несколько: развал СССР, государственная незрелость (малоопытность) украинского политического класса, латентный антирусизм, провинциализм. Все украинские президенты проводили антироссийскую политику вопреки – прежде всего – экономическим интересам страны.

И в этом им содействовала Москва! У правительства России тоже не было чёткой украинской политики. Потратив за последние 20 лет 200 миллиардов долларов на поддержку Киева (как недавно сказал министр экономразвития А. Улюкаев), Россия не ушла «дальше трубы», воспринимая соседнее государство, наверное, как собственную вздорную губернию. При этом США потратили на Украине всего пять миллиардов, но очень прицельно.

Что касается «старых тракторов», то приведу пример. При Януковиче для поддержки угольной промышленности Киев выделял примерно 250 долларов на каждую добытую тонну. Сегодня в Донбассе действуют сотни примитивных кустарных шахтёнок («копанок»), где добывают дешёвый низкосортный уголь. Его потом смешивают с качественным, добытым на больших шахтах, и зарабатывают на этом до 180 долларов за тонну. Если учесть, что «копанки» дают 10 процентов общей угледобычи, прибыль получалась фантастической. Она шла в карман донецким олигархам. Как мне известно, за устройство на работу на «хорошую» шахту надо было заплатить взятку до тысячи долларов. Такого рода «промышленная политика» ни к чему хорошему не могла привести.

Более того, киевский майдан родился как заговор олигархов против президентской команды, которая стала «отжимать» у них бизнес. Потом к нему подключились обыватели. Западноукраинский «Правый сектор» был использован в качестве боевой нацистской силы. Он ещё будет пытаться захватить власть, что неизбежно приведёт к расколу в рядах временных победителей.

– Противостояние, как нередко бывает в таких случаях, породило войну символов. Почему Запад спокойно смотрит на идеализацию националистов Бандеры и Шухевича, сотрудничавших с немецкими нацистами, устроивших Волынскую резню поляков и сожжение белорусской Хатыни? Как это расшифровать?

– Вы хотите услышать, что точно так же Запад поддержал приход к власти германских нацистов, поскольку там считали, что именно Гитлер обеспечит возврат огромных инвестиций американских и английских компаний и выплату репараций по Версальскому договору? Да, это в принципе имеет сходную природу. Но вот что существенно. Например, в 1930-е годы правительство Франции делало выбор между возможностью гарантированного получения репараций и опасностью германского реванша. Париж выбрал деньги. Что было дальше, хорошо известно.

Боюсь, что мы можем стать свидетелями «Киевской резни».

– «Правый сектор» на днях зарегистрирован Минюстом Украины как политическая партия. К националистической партии «Свобода» добавилась, по сути, нацистская. Родственникам жертв евромайдана власти обещают выделить миллион долларов, а пострадавшие в Славянске или Мариуполе как бы не в счёт.

– Это означает только то, что радикальная часть киевской власти и её кураторы хотят укрепить свои позиции в ожидании неизбежной после выборов попытки нормализовать отношения с Россией. Думаю, украинская революция готовится пожирать своих детей.

– Как бы там ни было, при всём различии «востока» и «запада» многие десятилетия люди на Украине жили не только мирно, но и взаимодействовали, вместе работали, образовывали семьи и т.п. Это был только «мираж любви», как, скажем, между испанцами и басками, или нынешнее противостояние – всего лишь временный психоз?

– Этот «психоз» далеко не так ограничен во времени, как хотелось бы нам думать. Во время Гражданской войны сельская местность была охвачена крестьянским движением, которое возглавил Нестор Махно. В Донбассе же была создана Донецко-Криворожская республика в составе РСФСР. Надо вспомнить, что в начале советского периода Москва предприняла большие усилия, чтобы ликвидировать напряжённость на Украине, уравновесить «прорусское» население промышленных центров и «проукраинское» сельское.

В июле 1927 года Всеукраинский Центральный исполнительный комитет и Совет народных комиссаров УССР выпустили постановление «Об обеспечении равноправия языков и о содействии развитию украинской культуры». Цель документа – проведение дальнейшей украинизации бывшей Малороссии, вытеснение с её территории русского языка. Право оставаться русскоязычными в УССР сохраняли только выходцы из Великороссии. Коренное население республики объявлялось самостоятельной украинской нацией и обязывалось перейти на украинский язык, на котором отныне разрешалось вести научную и педагогическую деятельность, судопроизводство, делопроизводство (исключения допускались лишь в заведениях, специально предназначенных для обслуживания национальных меньшинств).

Во всех центральных учреждениях организовывались ведомственные комиссии, задачей которых являлась «выработка мер к полной украинизации» соответствующих государственных структур. Сотрудники, замеченные в «отрицательном отношении к украинизации», согласно постановлению увольнялись в административном порядке, «без выдачи выходного пособия и без предупреждения». В отдельном пункте указывалось, что за несоблюдение положений постановления «виновные подлежат уголовной ответственности».

Свыше 80 процентов общеобразовательных школ и 30 процентов вузов стали украиноязычными, что вызвало недовольство в промышленных районах и крупных городах, традиционно ориентированных на русский язык и русскую культуру. Разрыв в количестве украиноязычных школ и вузов (80 и 30 процентов) иллюстрирует эту коллизию: вузовская традиция была русской. В 1928 году нарком просвещения УССР Николай Скрыпник утвердил проект государственной комиссии о новом украинском правописании. В числе предложений был и перевод украинского языка на латиницу. Было введено новое правописание, которое отдаляло украинский от русского языка (транслитерация осуществлялась способом, более приближённым к западноевропейским языкам). Ещё раньше Скрыпник (кстати, участник Октябрьской революции 1917 года в Петрограде) резко возражал против укрепления бюджетного централизма, который фактически не позволял Украине перейти на конфедеративные отношения с Россией. Среди украинской интеллигенции стал популярен лозунг «Геть от Москвы!» Показательно, что на встрече со Сталиным украинские писатели настойчиво требовали запретить как «антиукраинскую» пьесу Михаила Булгакова «Дни Турбиных», поставленную МХАТом. В ней даётся нелицеприятная оценка петлюровщины.

Затрагивая на XVII партсъезде национальный вопрос, Сталин вспомнил и сослуживца по Реввоенсовету Юго-Западного фронта: «Грехопадение Скрыпника и его группы на Украине не есть исключение, такие же вывихи наблюдаются у отдельных товарищей и в других национальных республиках». И объяснил, что «украинский национализм сомкнулся с интервенционистами». Это был намёк на Польшу и, что было менее явным, – на политику кайзеровской Германии по отделению Украины и на восточные планы Гитлера.

Подобные «грехопадения», перекосы, скрытые преследования за «антиукраинизм» наблюдались у власти и в послевоенные годы, при «развитом социализме», при иных руководителях. Но их удавалось мекшировать.

Сегодня принято пренебрегать советским опытом, что, на мой взгляд, кроме демонстрации собственной слабости ещё и непродуктивно.

– Есть высказывания, что распад СССР не завершён и события на Украине это подтверждают. Так ли? Почему на Украине не нашлись силы и лидеры, которые бы постарались ради единства страны достичь гармонии и равновесия, используя сильные стороны разных её частей? Почему всё свелось к делёжке пирога? Почему на смену януковичам идут порошенки и коломойские? Почему идея реальной федерализации, а не расплывчатой децентрализации не принимается ни в Киеве, ни на Западе, ни в США?

– Распад СССР – это трагедия русской нации, совершённая её собственными руками. Мысль о том, что государственное размежевание принесёт процветание, что раздел советской собственности даст каждому благосостояние, оказалась смертельным оружием. Вспомните, как Александр Солженицын призывал «обустроить Россию», отделив от неё среднеазиатские, кавказские и прибалтийские республики. Ну, отделили. И что? Так почему же те, кто фантастически разбогател на этом расколе, и их клиентелы, опираясь на государственные ресурсы и массовую пропаганду, станут что-то делать против собственных интересов?

– Вернёмся ещё раз к вопросу о Новороссии. Не искусственное ли это образование в сегодняшних условиях? Не прав ли один из участников Беловежского сговора в 1991 году и первый президент Украины г-н Кравчук, который недавно в Харькове возмущался: право на самоопределение имеют нации, а Луганск–Донецк – какая нация?

– А что вы хотели услышать от него? Он не знает истории собственной страны. К тому же под его руководством мощнейшая экономика Украины была разрушена.

– На днях посол США в Азербайджане г-н Морнингстар предупредил руководство этой страны, что «события на майдане могут повториться в Баку. Если даже не сейчас, то через 5–10 лет». Конечно, если не будут соблюдаться «принципы демократии и прав человека». Это что – топорность чиновников Госдепа? Непоколебимость в правоте?

– Пусть комментируют высказывание американского посла сами азербайджанцы. Чиновники Госдепа знают, что делают.

– Какие уроки, на ваш взгляд, должны извлечь руководство России и наши элиты? Помимо, конечно, самого очевидного – нельзя надеяться, что у наших границ всё само собой будет рассасываться, а, значит, надо, как это было на Украине, «не вмешиваться во внутренние дела». Но можно ведь по-разному вмешиваться, притягивая к себе и отстаивая свою правду?

– Если после майдана, Одессы, бойни в Донбассе, после возвращения Крыма Россия не сделает радикальных выводов, она совершит непоправимую ошибку. Я имею в виду прежде всего не украинскую политику, а собственно внутрироссийскую. Мы хотим, чтобы нас уважали? Так давайте для начала уважать самих себя, свои традиции. Перед нами масса проблем – это проблемы консолидации российских народов вокруг русского (именно так!), проблемы культуры, проблемы развития территорий, проблемы справедливого судопроизводства, проблемы качества жизни. Конечно, это общая оценка. Но нельзя всерьёз говорить о будущем, являясь государством без идеологии, народом без национальной идеи, элитой без ясного понимания стратегии развития. Привыкнув в течение двадцати лет сидеть как бедный родственник в «передней» Запада, наша культурная и экономическая элита после Крыма вздрогнула и стала приходить в себя. Что дальше? Нас ждут увлекательные сюжеты. Главное, чтобы не проливалась кровь. Будем оптимистами.

Беседу вёл Владимир СУХОМЛИНОВ

Теги: Украина , майдан , СМИ