Андрей Смирнов СНЫ О ЧЁМ-ТО БОЛЬШЕМ

Андрей Смирнов СНЫ О ЧЁМ-ТО БОЛЬШЕМ

Огни святого Эльма. [Не матадор] ("Союз Мьюзик"), 2009.

Рекламная наклейка на пластинке, надо сказать, не особенно вдохновляет. "Проект участников группы "Барто". Красивые медленные песни". На память почему-то приходит "Медленная хорошая музыка" одного, вечного как Агасфер, вокально-инструментального ансамбля. "Огни" - всё тот же тандем: Маша Любичева и Алексей Отраднов плюс окружение "Барто", а не побочный проект участника большого коллектива.

Посему неизбежно сравнение-столкновение с "Барто". Ведь и второй альбом "Барто", помимо ожидаемых культурных бомб, нёс на своём борту треки вроде "Берлина", который вполне мог бы вписаться на эту пластинку, где-то между "Римом" и "Камелотом".

Огни святого Эльма - это электрический разряд в атмосфере в форме светящихся пучков или кисточек, возникающих на острых концах высоких предметов вроде башен, мачт при большой напряженности электрического поля в атмосфере. Чаще всего бывает во время грозы или при её приближении, а зимой во время метелей. Название - от имени покровителя моряков святого Эльма. Морякам появление этих огней сулило надежду на успех, а во время опасности - и на спасение. Будет ли ассоциироваться с надеждой коллектив "Огни святого Эльма" - покажет время.

Кстати, групп, с названием "Огни святого Эльма" в России хватает. Но тут, что называется, чьи разряды будут круче. "Зазеркалье", например, тоже привлекательный образ, но, несмотря на имеющиеся прецеденты, - для меня ассоциация на все времена одна: легендарный ростовский проект.

Афиша одного концерта гласила следующее: "тёмная сторона группы БАРТО. А, может быть, наоборот, светлая. Красивые медленные песни, заставляющие вспомнить "Portishead", "Coil", группу "Стук Бамбука в XI часов" и даже советскую эстраду. Трип-хоп, пропущенный через фильтр древнерусской тоски. Новая искренность в действии". Ещё на ум приходит "Massive Attack", некоторые из опытов Ивана Соколовского.

"Огни святого Эльма" - это, скорее, романтическая сторона "Барто", вне дуализма светлое-тёмное. "Барто" атакует или работает по методам Карлсона("низводить и курощать"), "Огни" беспокоят иначе. "Барто" подавляет энергией и оправданным цинизмом, в "ОСЭ" хватает пространства для неконтролируемой фантазии.

Про "Барто" писали, что в текстах хватает цитат из "онтологического анархиста" Хаким Бея; пожалуй, в "ОСЭ" того же Хаким Бея обнаружить ещё проще. Романтическое отношение к реальности - не менее опасно для хозяев дискурса. Как говорил Хосе Антонио: "У них власть - ну и что же! У нас - поэзия!"

"Не матадор" - изысканная коллекция миров и состояний, выход за пределы, туда, где Король Артур, Франческа, всегдашние свидетели иных миров - кошки. От сумрака к просветлению, от умиротворения к беспокойству. Почти что "из земной юдоли в неведомые боли". Но без сдирания кожи, с романтической иронией. Это переходное состояние между повседневным сознанием и сном, в котором можно узреть нечто.

Можно сказать, что "Огни Святого Эльма" - это не "Барто", а Бардо. Причём не обязательно как период времени между смертью и перерождением, а в изначальном тибетском понимании - промежуточная стадия между одним явлением и другим. "Так можно говорить о пребывании в состоянии Бардо и в повседневной жизни (вне зависимости от величины его временного промежутка) при сознательном ожидании некоторого события. Иными словами - перетекая сознанием в каждую следующую секунду существования ощущать время и события как промежутки между погружениями весла в воду при движении Лодки Жизни по Реке Времени".

Вспоминается избитая, но симпатичная формула Толкиена "Придумать зелёное солнце легко; трудно создать мир, в котором оно было бы естественным". В мире "Огней святого Эльма" всё на своём месте.