ТАЙНЫ КИШИНЁВСКОГО ДВОРА

ТАЙНЫ КИШИНЁВСКОГО ДВОРА

ОЧЕРК К СОБЫТИЯМ В МОЛДОВЕ

Вначале об истинной истории этого края. С 1918 по 1944 годы Бессарабия была оккупирована Румынией, за исключением короткого периода 1940-41 гг. Старожилы Кишинёва так рассказывают об этом времени:

Наш город был по большей части населён евреями, но было много русских. Однако администрация и чиновники были румынские. Нас, то есть евреев и русских, они хоть и считали людьми второго сорта, но всё-таки считали за людей. Молдаване же к людям не причислялись, им вообще разрешалось находиться только в нижней части города, в районе рынка, не выше ул. Стефана Чэлмарэ (бывшая Ленина). Полиция хватала и сажала тех, кто осмеливался пройти в верхнюю часть города.

Весь этот период существовало так называемое «бессарабское подполье», поддерживавшее контакты с СССР, оно в очень значительной степени состояло из евреев. Успех знаменитой Ясско-Кишинёвской операции Советской Армии в 1944 году и малые потери войск связаны, в первую очередь, с подробными разведданными, предоставленными бессарабским подпольем.

После войны бывших руководителей подполья задвинули на задний план, расставив на руководящие должности в Молдавии каких-то бесцветных, никому не известных «серых мышек», подобранных из местных жителей, главное достоинство которых было кричать «одобрям-с» на любые указания, присланные из Москвы.

Молдаване стали массово поселяться в Кишинёве и в других городах Молдавии только после войны, в результате индустриализации региона. Там создавались самые передовые предприятия по производству электроники и другой новейшей техники, ставилась цель создать советский вариант знаменитой «силиконовой долины» Калифорнии. Сегодня весь молдавский Хай-Тек пребывает в руинах.

На дальнейшее политическое развитие ситуации в республике наложила печать специфика, которая тщательно замалчивалась и в советской время, и во время перестроечной «гласности», и сейчас: речь идёт о вине.

Молдаване из поколения в поколение пили в небольших количествах вино. Традиционно виноград давили босыми ногами в бочках, производительность труда была низкая, времена трудные, жизнь голодная. Вина, естественно, потребляли немного. Неграмотные крестьяне не придавали значения тому факту, что вино могли пить и беременные женщины. В советские времена, с приходом современной техники, производство и потребление алкоголя резко возросло. Молдавский народ оказался жертвой своих традиций — широкое распространение получил феномен «пьяного зачатия и вынашивания плода».

Хотя процент пьяниц и явных алкоголиков среди молдаван ниже, чем среди русских, результат «пьяной беременности» в Молдавии оказался страшен. Переполненные психлечебницы и школы для умственно неполноценных детей. Ещё большее количество тех, кто вроде бы не проявляют особых отклонений и могут работать на простых работах, но обладают пониженным коэффициентом умственного развития. Не будем распространять это на всех молдаван, ибо потребления вина — фактор статистический. Можно вспомнить и обратное, в одесских ВУЗах училось множество студентов-молдаван, которые, по отзывам преподавателей, отличались большей усидчивостью и успеваемостью, чем русские. Однако трагедия молдавского народа, связанная с «пьяной беременностью», к сожалению, есть факт.

Но то, о чём молчали советские СМИ, очень хорошо знали в армии. Военным не было времени разбираться, каков коэффициент интеллектуального развития того или иного призывника, поэтому было дано указание — молдаван направлять только в стройбаты. Вместе с тем, элитные воздушно-десантные части Одесского военного округа формировались за счёт гагаузов, проживающих на юге Молдавии. Несмотря на то, что самые лучшие молдавские вина делались в Гагаузии, у этого народа были иные традиции и «пьяная беременность» там была нехарактерна.

Во времена Горбачёва в партийные органы Молдавии пошли инструкции, которые рекомендовали проводить «национальное возрождение». Реально это выглядело следующим образом. В Кишинёве проживали молдаване, получившие образование, работу и квартиру, и у них, в целом, с психикой было всё в порядке. Они, в большинстве своём, не горели желанием поддерживать дикие «перестроечные» маразмы. В связи с этим на пресловутое «золото компартии» (сегодня это официально доказано рассекреченными молдавскими партийными архивами) специальными автобусами из прилегающих районов доставлялись активисты Народного фронта на митинги и погромы. Ректора и их замы по идеологической работе ВУЗов тоже предоставляли молодёжь для увеличения «поголовья». То, что мы сегодня видим в Молдове, есть не что иное, как отработанная за двадцать лет до мелочей технология формирования «народного негодования».

«Национально ориентированные» митинги в Молдавии проходили следующим образом. Представьте себе беснующихся на площади двадцать тысяч человек, которым самое место в стационаре психиатрических лечебниц. Депутаты парламента, не торопясь, втолковывают туго соображающим участникам, приехавшим из глухих сёл: «После изгнания евреев и русских вам достанутся в Кишинёве квартиры с мебелью».

1988–1992 годы в Молдавии были страшные. Факельные шествия прорумынских нацистов, призывы к погромам, уличные бесчинства. Именно тогда родились знаменитые перестроечные лозунги, гордо выставляемые на плакатах на всех митингах Народного фронта. Напомню: «Утопим евреев в русской крови», «Чемодан — вокзал — Россия», «Русские свиньи — вон», «За одного молдаванина сто русских зарежем», «Русских за Днестр, евреев — в Днестр», «Убей русского». Лозунги, написанные психически неполноценными людьми, не оставались пустым звуком, они проводились в жизнь. За все время ни одного дела об убийствах активистов Интердвижения не дошло до судебного решения, хотя убийцы были всем известны!

Толчком к окончательному отмежеванию Приднестровья послужила очередная акция «оппозиции». По результатам «неправильного» поимённого голосования в парламенте, при выходе из него, «неправильных» депутатов идентифицировали по фотографиям и протоколу парламентского голосования и избивали тут же, у парламентских стен. Органы правопорядка, конечно же, «ничего не видели». После этого побоища депутаты от Приднестровья больше в Кишинёв не приезжали.

Хочу напомнить и о выдвижении на съезд КПСС в 1990 году по Ленинскому району г. Кишинева Александра Николаевича Яковлева, главного идеолога расчленения СССР.

Примечателен не только железный кляп, наложенный на эту тему московскими «прорабами» гласности и перестройки, но и молчание такого «защитника» еврейских интересов, как Израиль. Молдавское Общество еврейской культуры уже начало свою работу при тайном тогда еще финансировании. Оно, фактически, являлось представительством Израиля. Молдавским евреям, в ужасе приходивших туда по поводу диких актов антисемитизма, отвечали: «Руководство Молдавии хорошее, не волнуйтесь, мы всех вас вывезем».

Чтобы понять до конца, что представляло и представляет сегодня «национальное движение» в Молдове, нужно взглянуть на Израиль. Пройдя через ад, многие бывшие молдавские евреи сегодня являются самой непримиримой по отношению к палестинцам частью израильского общества. Операция «Литой свинец» явилась лишь зеркальным отражением того, что делали молдавские власти с евреями и русскими во времена «перестройки», отражением «кишинёвского синдрома» изгнанных бессарабских евреев, у которых «поехала крыша» на почве ужасов, которым они подвергались в Кишинёве.

О нынешнем лидере коммунистов Молдовы. Ещё в молодом возрасте, говорят, ему не понравилась его родовая фамилия, которая звучала как Чоарэ или Чорой, что в переводе означает «ворона, ворон». Он сменил фамилию и стал именоваться на русский манер Владимиром Николаевичем Ворониным. Во времена горбачевщины был назначен министром внутренних дел республики, на коей должности пребывал 16 месяцев.

Воронин и его служба делали вид, что ничего противоправного в Молдавии не замечают. А вот митинг, проведенный просоветским Интердвижением «Унитатя-Единство», он заметил и весьма активно противодействовал ему силами подчиненной ему милиции. За короткую, но полезную для «румынского народа» деятельность и попустительство бесчинствам против русских, евреев, болгар и гагаузов его щедро наградили — направили повышать квалификацию в Академию МВД. Нет, не в Бухарест, а в Москву! В погромные перестроечно-демократические годы Воронин спокойно жил в Москве.

Восстановление Компартии Молдовы в начале 90-х возглавил кандидат экономических наук А. Ф. Конопелькин, активист Интердвижения, при помощи и содействии руководства этой организации. Интердвижение рассматривало легализацию компартии как важный этап в усилении оппозиционных сил в республике.

Воронин вернулся из Москвы на правах олигарха, с огромными деньгами, и его совсем молодой сын стал одним из самых «крутых» бизнесменов Кишинева на фоне дичайшей, чисто азиатской нищеты Молдовы. Он фактически на корню «купил» компартию, а Конопелькина оттер на должность заместителя председателя ревизионной комиссии. Против Воронина поднялся Кишиневский горком партии, позже сама партия раскололась. Но сильная информационная и организационная поддержка власть имущих как Молдовы, так и Москвы сделали свое дело.

Взятие под контроль Ворониным Компартии Молдавии рассматривалось, как подмена и профанация левых и пророссийских сил, ослабление и ликвидация Интердвижения. Это, пусть и не сразу, удалось. Сегодня политика Воронина не имеет ничего общего ни с коммунистическими, ни вообще с левыми идеями.

«Мавр сделал своё дело, теперь мавр может уйти». Впрочем, мавру могут разрешить и остаться на некоторое время, если правильно поймёт необходимость проевропейского вектора развития Молдовы.

Мне много рассказывали про методы правления Воронина после избрания его президентом. Полный, тотальный развал остатков молдавской экономики. Личная глупость и некомпетентность, компенсируемая в какой-то степени знанием закулисных аппаратных интриг. Мы, в Одессе, хорошо знает про хронический голод, который царит в Молдове, про незасеянные поля. Большая часть нищих на улицах Одессы — с Молдовы. Недавний экономический крах украинской экономики возвращает молдавских гастрбайтеров домой — голодных и злых.

Можно много рассуждать о румынских и западных корнях так называемой «молдавской оппозиции», фактически представляющей осколки нацистского Народного фронта. Остался тот же погромный стиль, те же методы, та же безнаказанность в нарушении законов. Однако факт непопулярности и лично Воронина, и его политики не подлежит никакому сомнению. И надо сказать открыто: то, что сегодня в правобережной Молдове нет влиятельных пророссийских сил, — результат нынешней российской политики, которая в России сегодня носит название «Плана Путина».

А. СИВОВ