Памятник русскому созиданию

Памятник русскому созиданию

Михаил Кильдяшов

16 января 2014 0

Общество

Когда я впервые узнал о том, что либеральный легион воспрепятствовал установке памятника митрополиту Иоанну (Снычеву) в Самаре, мне сразу вспомнился эпизод из жизни владыки, когда тот, любивший в молодости захаживать на танцы, однажды увидел на танцплощадке вместо ног звериные копыта. И вот теперь те же самые копыта окружили плотным кольцом памятник владыке в клыковской мастерской, чтобы не выпустить его в город, где великий пастырь столько лет сеял духовные семена, плодами которых сегодня спасается вся Россия. Это либеральное сопротивление стоит в одном ряду с такими сквернодействами, как панк-молебен, крестоповал и попытка превратить памятник советскому солдату в бутылку "Кока-Колы".

Видимо, по аналогии со справочником атеиста, которым сегодня активно пользуется Невзоров, хуля православную церковь и создавая миф о своей религиоведческой подкованности, существует и справочник либерала, откуда время от времени выуживаются антирусские штампы о дремучести и нетолерантности нашего народа. Явно никогда не обращавшиеся к первоисточнику, противники установки памятника ссылаются на книгу владыки Иоанна "Самодержавие духа". Якобы книга эта посвящена исключительно еврейскому вопросу и сеет только раздор и смуту. Но тем, кто "всей плотью за океанами", никогда не осознать боговдохновенности этой книги, ее созидательной силы. Бесценны, например, рассуждения владыки о былинной, богатырской природе русского духа, о том, что выбор христианской веры был не исторической случайностью, а Божьим промыслом.

Да и как можно обвинить в раздоре того, кто одним из первых сказал: "нет ни красных, ни белых - есть русские люди"? Поэтому памятник владыке Иоанну - это не столько памятник конкретному человеку, сколько памятник русскому созиданию. Владыка Иоанн у Бога уже прославлен, и, верим, что со временем мы увидим икону владыки и прочтем акафист ему. Но сегодня русская душа молит о памятнике, равновеликом "Тысячелетию России" и "Родине-Матери" - памятнике-собирателю русской силы, русской души, русского пространства.

Так, своим жизненным и пастырским путем митрополит Иоанн связал три русские реки, три русские артерии - Урал, Волгу и Неву. Оренбург, Самара, Санкт-Петербург в разные эпохи стали символами приращения Империи, и удержать это имперское единство не в силах ни меч, ни монета - во все времена его скрепляла молитва. И чем злей и коварнее становились аспиды и василиски, тем горячее и усерднее была молитва наших духоносцев, каким был и владыка Иоанн.

На оренбургской земле, в изможденном послевоенном тылу, еще будучи келейником другого великого пастыря митрополита Мануила (Лемешевского), он написал удивительный по своей светозарности акафист Табынской иконе Божьей Матери. На ней изображен потемневший лик Богородицы, и только усердным молитвенникам открываются ее очи. Кажется, что лик покрылся копотью после вражеского нашествия, но враг изгнан, огонь потушен, дым рассеян - вновь звучит молитва, и вновь Богородица взирает на нас.

Но пришли новые смуты и новые пожарища: над страной дым от терактов, падающий самолетов, горящих лесов, полей и деревень. У тех, кому "в русской земле вовсе нету нужды", всегда при себе респираторы made in USA, а мы хотим дышать родным, чистым воздухом.

Еще в пору хрущевских заморозков владыка Иоанн часто говорил в письмах своим духовным чадам: "Крепись, христианин!" И теперь пастырское движение, в котором запечатлел владыку скульптор Клыков, нам вновь повторяет этот завет.

И пусть не захлебывается саркастическим ядом "пятая колонна", когда пишет о владыке "просветитель" в кавычках. Мы скажем и больше - светоч и светильник, рассеивающий удушливый дым. А неувядаемые цветы, которые будут возложены к памятнику митрополита, в русских садах уже расцвели.