СЫН ПЛЕННОГО

СЫН ПЛЕННОГО

Я в течение длительного времени слушаю воскресные передачи по Российскому радио известного писателя Веллера. В отличие от многих других антисоветчиков типа Сванидзе, Млечина, Аксенова, Солонина он гораздо изворотливее их и гнуснее. Веллер в своих передачах может допустить критику существующего строя и даже резкие высказывания в адрес нынешнего режима. Но не проходит ни одной передачи, где бы он не полил грязью Октябрьскую революцию и ее вождей, Отечественную войну и ее героев и полководцев, коллективизацию и индустриализацию и другие события Советской истории, а иногда и дореволюционной России. После передачи 8 марта 2009 г. терпению моему пришел конец, т.к. он оскорбил не только Советскую власть, но и меня, и моих ближайших родственников. Вопрос, который был задан Веллеру, прозвучал примерно так: какой смысл было Советскому руководству репрессировать бывших эмигрантов, которые после войны изъявили желание вернуться на Родину. Вопрос этот, конечно, был или от недомыслия, или, скорее всего, от нечистой совести автора. На этот вопрос Веллер ничего не мог ответить, т.к. фактов о репрессиях в отношении бывших эмигрантов у него не было, да и не могло быть. Но Веллер не был бы Веллером, если бы он так просто отказался лишний раз поизмываться над советским прошлым. Он начал вещать о тяжелой судьбе бывших советских военнопленных, которых при возвращении всех отправляли в ГУЛАГ, семьи их всячески притесняли и даже выселяли в отдаленные места. Это наглая ложь, присущая не только Веллеру, но и большинству так называемых средств массовой информации.

Мой отец – Малышев Александр Борисович, далее я приведу выписку из его военного билета.

IV.19.19 корпусной артиллерийский полк – курсант полковой школы, ком. орудия с X-1931 г. по X-1933 г.

Уволен в запас с 19.X-1933 г.

Призван по мобилизации Дзержинским ГВК Горьковской области – 8.X-1941 г.

14 Гвардейский минометный полк ком. арт. установки – с X-1941 г. по XII-1941 г.

Эвакогоспиталь – с XII-1941 г. по I-1942 г.

64 стрелковый полк – ком. отделения – с I-1942 г. по V-1942 г. (в районе Керчи. – Г.М.)

С 15 мая 1942 г. по 9 мая 1945 г. находился в немецком плену, освобожден английскими войсками.

О пленении отца стало известно только после войны. Да и вообще понятия «пленных» в то время не было, были пропавшие без вести. И отношение к семьям было одинаковым, как ко всем семьям фронтовиков. Государство, как могло, в то тяжелое время помогало особенно нам, детям: были организованы столовые, куда нам давали пропуска, помогали также с обувью, одеждой.

Отец был освобожден английскими войсками в мае 1945 года в Дании, в районе Копенгагена, при этом был ранен, получил более 20 осколков от английской бомбы, несколько осколков оставались в его ноге всю жизнь. Отец тепло вспоминал о датчанах, его сразу же поместили в госпиталь, хорошо лечили, спасли от ампутации ногу. Датчане относились к бывшим пленным, как к освободителям.

Вернулся отец к семье в сентябре 1945 года, предварительно подлечившись в госпитале уже на Родине. Помню, какое-то время он отмечался то ли в военкомате, то ли в органах. Он был даже награжден медалью «За победу над Германией», медалью в честь 50-летия Советской Армии и другими наградами.

В день Победы он, как и все участники войны, получал поздравления от Советской власти.

Умер в 1982 году на 75-м году жизни.

В требующихся в советское время анкетных сведениях о ближайших родственниках в отношении отца я дословно приводил запись из его военного билета.

Отец – с мая 1942 по май 1945 г. – находился в немецком плену, освобожден английскими войсками.

Окончив в 1955 году Горьковский политехнический институт, я был направлен по распределению на оборонное предприятие в г. Зеленодольск ТАССР, где работал начальником смены, технологом, помощником начальника цеха. Через три года вернулся в г. Дзержинск, где поступил на работу в проектный институт, тогда это был п/я 3092, где 35 лет занимался проектированием химических производств как для Дзержинска, так и для других точек Союза. Начав с рядового инженера, закончил свою трудовую деятельность главным инженером проекта. Имел 1-ю или 2-ю форму допуска к секретным материалам. В течение 5 лет имел постоянный пропуск в Министерство химической промышленности.

Неоднократно бывал в Госплане, Госстрое, ряде союзных министерств и закрытых организаций. Приходилось участвовать в переговорах с американскими, японскими, немецкими фирмами. Принимал участие в подготовке и оформлении Распоряжения Совмина ССР от 5 января 1988 г. №16 «О строительстве комплекса акрилатных производств в г. Дзержинске. Два раза был в служебной командировке в Японии.

Я не исключаю, что в органах иногда возникали какие-то сомнения в моей благонадежности, если и были задержки в оформлении документов, то мне объясняли это чисто техническими причинами, но ни в коем случае не замечаниями к моей анкете. Считаю, что измышления Веллера о преследовании и ущемлении прав честных советских людей является гнусной ложью.

В течение 3-х лет я являюсь постоянным читателем Вашей газеты. У Вас сильные и достойные авторы, патриоты Советской Родины, среди них – Бушин В.С. Многих клеветников-антисоветчиков Вы пригвоздили к позорному столбу. Убедительная просьба – добраться и до этого прохвоста Веллера и прищемить его поганый язык.

Сейчас я, Малышев Геннадий Александрович, – пенсионер, инвалид, 77 лет, беспартийный, сочувствую и помогаю коммунистам. Проживаю в городе Дзержинске Горьковской области.

Г.А. МАЛЫШЕВ