Георгий Судовцев -- Апостроф

Георгий Судовцев -- Апостроф

Олег Лукошин. Капитализм. Повести и рассказы. — М.: АСТ, Астрель, Полиграфиздат, 2011, 348 с., 5000 экз.

Сказы — жанр немного подзабытый отечественной литературой со времён его создателя Павла Бажова. Но активно возрождаемый Олегом Лукошиным, который в этом отношении, можно сказать, выступает литературным внуком знаменитого уральского писателя, автора "Каменного цветка" и "Хозяйки медной горы". Видимо, не случайно местом первой публикации "Капитализма" и автора, проживавшего тогда в городе Нефтекамск Республики Татарстан, стал "толстый" екатеринбургский журнал "Урал".

С другой стороны, тот же Олег Лукошин выступает и "литературным внуком" Аркадия Гайдара, переписывая в хард-роковой тональности его повесть "Судьба барабанщика". Что получается в итоге? В итоге получается "литературный двойник", даже "альтер эго" небезызвестного Егора Гайдара, тоже внука Аркадия Гайдара и Павла Бажова. Только не времён "рыночных реформ", а чуть пораньше, когда Егор Тимурович работал в журнале ЦК КПСС "Коммунист" и специализировался, кажется, на критике буржуазных фальсификаций экономической теории марксизма.

И если "Капитализм" рассказывает о том, как претерпевшие до конца испытания рынком герои-одиночки стихийно и одновременно "упраздняют" капитализм на территории всех отдельно взятых областей и республик России, то написанные ровно через год уже вкусившим литературного успеха автором "Дороги, которые нас выбирают", представляет собой уже вполне "форматную" — ну, с неизбежной поправкой на сказовый авторский стиль Олега Лукошина и его тягу к "большой философии" — криминальную повесть. И с этой точки зрения фотография автора с красным флагом КНР в руках может считаться таким же "рекламным ходом", как и ставший узнаваемым брэндом силуэт Че Гевары.

Впрочем, в жизни главного героя "Капитализма" Максима тоже был период, когда он торговал в Тобольске компакт-дисками, "отстёгивал" долю местной братве и вообще, казалось бы, полностью включился в товарно-рыночные отношения.

И только встреча с пропавшим отцом, который, оказывается, все эти годы работал в цирке, исполняя по контракту роль дрессированного человека, снова вернула Максима в ряды борцов против "капитализма".

И, подобно тому, как его младший брат Денис недрогнувшей рукой убивает свою маленькую сестру Настеньку ради вступления в Избранный Круг власть и деньги предержащих, Максим убивает Дениса. "Мне отмщение, и Аз воздам".

Правда, "в офф-лайне", "в реале" вероятность такого изменения субъекта, мягко говоря, не превышает 5%, но ведь она, во-первых, не исключена и не стремится к нулю, а во-вторых, не так уж и важно, чем писатель занимается как живой человек — ведь давно известно, что "Жизнь — игра: сюжет отстой, хотя графика супер", — важно, что и как он пишет. Моменты эти, конечно, взаимосвязаны, но не линейно, не напрямую. "Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей..."

Так вот, исходя из вышесказанной жанровой и мировоззренческой принадлежности, никакой Олег Лукошин не постмодернист, а тем более — не "постмодернист европейского типа", как его в виду премиальных перспектив "Национального бестселлера" пытались было презентовать.

Если не то, что системных, а даже единичных нарушений причинно-следственных отношений в его текстах найти нельзя, то он и на "простого" модерниста-то "не тянет", не говоря уже про "пост-".

Да-да, не обольщайтесь: типичный реалист Олег Константинович Лукошин, "литературный внук" добротной и по-своему даже великой советской прозы второго ряда (на фоне Михаила Шолохова и Леонида Леонова, Андрея Платонова и Михаила Булгакова, согласитесь, Аркадий Гайдар и Павел Бажов смотрятся примерно так же, как Новосибирск и Краснодар на фоне Москвы и Ленинграда (хорошо, "Питера", "северной столицы", но мы ведь о советских временах говорим? Кстати, в этой же книге можно прочитать прекрасный рассказ "Помню тебя, Сейфуль-Мулюков!" — о том, что "в 90-х годах прошлого века психиатры нашей страны стали фиксировать крайне необычное заболевание. Оно получило название "Советский Союз". Советский Союз — это болезнь неудачников... это чудовищная иллюзия, миф о прекрасной и справедливой стране, которая якобы существовала в двадцатом веке на территории России и сопредельных государств. Иногда грёзы о Советском Союзе бывают такими, что люди называют имена, даты, события, будто бы имевшие место в истории..." — Г.С. ).

В общем, если не случится ничего дурного, от Олега Лукошина можно ждать куда более выдающихся книг, чем "Капитализм" и иже с ним. Хотя и это чтение далеко не бесполезно. Но главное — впереди!