КИБЕРДИССИДЕНТЫ

КИБЕРДИССИДЕНТЫ

В последнее десятилетие появился новый тип оппозиционеров, который имеет как локальный, так и глобальный уровень. У них много общего с предыдущими поколениями диссидентов, однако, они используют современные технологии коммуникаций и интернет, поэтому и называются кибердиссидентами.

Сложно сказать как именно и где появился этот новый тип борцов с правительствами различных стран.

Известно, что к становлению сообщества кибердиссидентов приложили значительные усилия «Репортеры без границ» (РБГ). Хотя эта организация и так достаточно часто многие годы критиковалась и за непрозрачность финансирования, и выборочность подающихся сведений[215], в данном случае немаловажным является тот факт, что некоторые спонсоры организации, по сути, являются заказчиками информационных кампаний. Финансовые вливания Центра за свободную Кубу[216], который базируется в Вашингтоне, удивительным образом совпадали с активностью на острове Свободы, а критика Уго Чавеса с политическими событиями в этой стране[217].

Точка бифуркации в этой организации произошла в 2008 г. — тогда РБГ учредили всемирный день борьбы против киберцензуры, который отмечается 12 марта. В этом же году представители организации пытались сорвать церемонию зажжения олимпийского огня Игр-2008, что имело явную политическую подоплеку, направленную против Китая[218].

Практически агентура РБГ, как указано в их публикации, работает по схеме спецслужб. Информаторы посылают с мест событий информацию, а комитеты на основе различных источников сопоставляют факты, и после подтверждения ее третья группа делает перевод на английский и распространяет на сайтах группы. Видео и фото вбрасываются на Facebook и фотоблоги.

Подобно «Фридом Хаус» и другим борцам за демократию, РГБ также ведет свой индекс свобод. В отчете, который прозвали «списком врагов интернета» за прошедший год в разряд таких стран попали Бахрейн, Беларусь, Бирма, Китай, Куба, Иран, Северная Корея, Саудовская Аравия, Сирия, Туркменистан, Узбекистан и Вьетнам. Интересно, что обычные журналисты по версии РБГ, отделены от блоггеров, что свидетельствует об особом статусе и роли сетевых активистов.

Для поощрения своих информаторов РБГ учредили «приз сетянина» в сумме 2500 евро. Можно догадаться, что его получают обычно граждане тех стран, где идут попытки или процесс демонтажа существующего режима. Например, в 2010 г. премию получил информатор из Ирана, в 2011 г. из Туниса, а в 2012 из Сирии. Кстати, спонсором этой акции является Google, представители которого присутствуют на церемонии вручения наград (в 2012 году президент французского филиала Google Жан-Марк отметил, что «интернет позволяет мужественным людям в Сирии и во всем мире рассказать миру свою историю»)[219].

Интересы этой компании в поддержке кибердиссидентов напрямую связаны с коммерческой прибылью — продукция Google, как указывают РБГ, блокируется в 25 из 125 стран, где работает компания. Следовательно — нужно оказать давление на правительства этих стран изнутри, поддерживая оппозицию под предлогом защиты свободы слова в виртуальном пространстве.

Альянс Google и правительства США очевиден. И как в других крупных компаниях США, руководство которых приходит из Госдепа и Пентагона, здесь тоже характерны ротационные карусели. Например, в марте 2012 г. стало известно, что директор перспективного оборонного агентства DARPA Регина Дункан переходит в Google[220]. По ее словам она не могла сказать «нет» столь инновационной компании, хотя действительная причина наверняка кроется в использовании продуктов Google в качестве инструмента ведения внешней политики и лоббировании взаимных интересов крупного капитала и государственного сектора США.

Кстати, в том же 2008 г., когда РГБ придумали день борьбы с киберцензурой, в США была создана и международная организация кибердиссидентов CyberDissidents.org[221]. Как указано на ее сайте, преемственность ведется от обычных диссидентов, но возможности для активных действий утилизируются с помощью медиатехнологий и так называемой силы WWW. Кибердиссиденты приглашают всех желающих, кто разделяет их принципы, присоединиться к их работе. Причастность США к данному проекту очевидна. Не исключено, что в Вашингтоне задумали перехватить нарратив и взять на себя инициативу по глобальному управлению протестами. Сервер, на котором размещен сайт кибердиссидентов, находится в Аризоне, США. Независимый ресурс SourceWatch указывает, что эта организация является неоконсервативной[222].

Впрочем, это подтверждается и сведениями о лидерах организации. Директор и соучредитель CyberDissidents.org Давид Кейс служил координатором программ в Институте стратегических исследований Адельсона и работал помощником посла в ООН. Связь с неоконсами напрямую проявляется и в том, что Кейс публиковался в ряде их изданий — The Wall Street Journal, The New Republic, National Review, Commentary, Daily Beast и The Jerusalem Post. Конечно, всем известно, что среди неоконсерванторов много евреев, однако вряд ли является случайностью, что Давид Кейс еще получил степень специалиста по дипломатии в Тель-Авивском Университете. Кроме того, он является основателем движения Students Against Dictators.

А Нир Бомбе, который является вторым лицом в организации, служил в посольстве Израиля в Вашингтоне и занимал пост вице-президента и директора программ Фонда защиты демократий, неоконсервативного мозгового центра из Вашингтона, где до сих пор числится исследователем.

На сайте организации не указаны источники финансирования, однако есть информация, что Давид Кейс связан с Phillips Foundation[223] — еще одной неправительственной структурой из Вашингтона (в совете числится вице-президент Heritage Foundation — Бэки Нортон Данлоп), поддерживающей онлайн журнализм, американскую культуру, свободное общество и свободные рынки.

CyberDissidents.org также занимается мобилизацией американских студентов и привлекает их в качестве киберпропагандистов и, возможно, хакеров. Последний призыв к американскому студенчеству был направлен, как указано на их сайте, на поддержку свободы на Ближнем Востоке[224] и раскручиванию арабских и иранских блоггеров. В связи с явной причастностью руководства CyberDissidents.org к политике Израиля и движению Students Against Dictators такой интерес к Ближнему Востоку и участие молодежи Туниса, Египта, Ливии в события на Ближнем Востоке наводят на выводы, что между ними есть определенная связь.

Деятельность кибердиссидентов также связана с распространением дезинформации в отношении правительств государств, гражданами которых они являются. Например, в Венесуэле оппозиционные интернетчики помимо классической критики режима УгоЧавеса начали целенаправленно раскручивать мифы

О его антисемитизме, государственной поддержке радикальных исламских групп типа «Хамас» и «Хизбалла», и их присутствии в Венесуэле (в анонимных публикациях они названы террористическими)[225].

Следует отметить и двуличный подход США к вопросам безопасности и контроля. Хотя официально Вашингтон ратует за четкие правила в киберпространстве, ведет цензуру и контроль в Интернете, и столбит за собой всяческие права действия[226], для других государств подобные намерения трактуются как ущемление прав и свобод. Это подтверждает довольно любопытная публикация Стивена Кауфмана, размещенная на сайте правительства США на семи языках, где говорится о том, как нужно уклоняться от цензуры в Интернет, какие существуют веб-сайты, видеоролики в сети YouTube, руководства и другие материалы, предлагающие советы, передовой опыт и инструкции по использованию анонимайзеров, прокси-серверов, средств обхода барьеров, а также другие инструменты, затрудняющие отслеживание правительством деятельности пользователя в интернете. В этом материале прямо указано, что «Государственный департамент предоставляет финансирование НПО для проведения учебных программ внутри страны или для разработки новых инструментов. Текущие программы в области гражданского общества и государственного управления, такие как курсы журналистики, получают новые дополнения к учебным программам. Начинающие журналисты и активисты не только учатся тому, как использовать интернет более эффективно, но они также учатся делать это более безопасно»[227]. Также приведены ссылки на пособие «Как обойти цензуру в Интернет»[228], где его можно скачать в различных форматах на девяти языках, в том числе на русском, и международную организацию «Коллектив тактической технологии»[229].

Эта организация, созданная в 2003 г., учит тому, как использовать современные технологии для распространения информации, установления связи и политического месседжа. Коллектив имеет филиалы во многих странах, а проводимые им семинары ориентированы на различные темы, например, как активизировать новую сеть активистов или применять мобильные гаджеты в уличных революциях. Как и следовало ожидать, среди доноров этой организации значатся Фонд Форда, Институт Открытого общества Сороса и ряд других с пропиской в США.

Конечно же, одним из столпов, на котором основан сам феномен кибердиссидентства — это идеология либерализма, точнее, ее новая форма, связанная с виртуальным пространством. Ведь в эпоху зарождения Интернет он предполагался как новый и удивительный мир свободы где отсутствует какой бы то ни было контроль со стороны государства. Один из современных идеологов киберлиберализма Милтон Мюллер считает, что «денационализированный либерализм выступает за всеобщее право на получение и распространение информации независимо от государственных границ, и видит свободу общения и обмена информацией в качестве основных и первичных элементов человеческого выбора, а также политической и социальной активности»[230]. По его мнению, денационализированный либерализм стремится превратить интернет-пользователей и поставщиков в автономную, глобальную политическую систему. По сути, речь идет о свободе воли, свободе действий и свободе ассоциации, т. е. это классический либерализм для информационного века. Мюллер признает, что «такая идеология должна ответить на вопросы о том, когда оправданы иерархические действия власти и через какие инструменты они осуществляются».

Мюллер пытается обосновать институциализацию киберлиберализма и предлагает политизировать виртуальное пространство в чисто западном либеральном ключе. В своей книге, посвященной государствам, управлению и сетям, он пишет: «мы должны найти способы перевода классических либеральных права и свобод в структуру управления, подходящей для глобальной сети Интернет. Там не может быть киберсвободы без политического движения, направленного на определение, защиту и институциализацию права и свободы личности в транснациональном масштабе»[231]. Т. е. это означает десуверенизацию государств и подчинение их граждан новой системе глобального управления, которой будут управлять разные Кауфманы и Кейсы.

Собственно, Мюллер не одинок в своих выводах, что и подтверждается усилиями всяческих кибердиссидентов и их покровителей из правительственных структур западных стран.

Различные страны имеют свое видение борьбы с кибердиссидентами. В Китае, например, их отправляют в тюрьмы, что официально закреплено в законодательстве. На момент написания публикации в Китае, по данным РБГ, в заключении находилось 68 сетянинов и 30 журналистов. Россия, кстати, отсутствует в этих показателях. Если у нас в тюрьме нет ни журналистов, ни сетевых блоггеров, тогда возникает вопрос по каким критериям ряд американских фондов и центров считает, что у нас в стране существуют проблемы с кибердиссидентами? Манипулирование фактами со стороны властей и «гражданского общества» США очевидны.

Возвращаясь к Китаю и их охранительным практикам — как считают западные эксперты, там уже давно установлен Великий Китайский Брандмаузер, который фильтрует входящую и исходящую информацию.

На международном законодательном уровне Китай вместе с Россией выступали за создание четких правил по действиям в киберпространстве, но предложения этих стран на данный момент были проигнорированы Западом. КНР без оглядки на Запад в марте 2012 г. ввел обязательную регистрацию для всех блоггеров, официально запрещая анонимность в интернет.

Для контроля ситуации в момент бунтов и беспорядков есть два решения — отключить подобные каналы связи, как было в Ливии, либо фильтровать и отлавливать провокаторов, как поступила полиция Нью-Йорка и Лондона после беспорядков на улицах этих городов.

Конечно, определенную роль может сыграть и образовательный фактор, — патриоты своей страны, даже не согласные с действиями властей всегда найдут способ установить диалог и обсудить различные проблемы, а не принимать вид обиженных, вступая в ряды несогласного интернационала, живущего на дотации неотроцкистских олигархов и прочей мировой закулисы.

Но самым оптимальным решением по отношению к виртуальному миру было бы создание своего, альтернативного кибрпространства с соответствующими правилами игры.